Ольга

Продолжаем раскрывать мировые заговоры, бороться за всё хорошее против всего плохого.

Громову предстоит непростое испытание - учёба в элитной гимназии. И ладно бы надо было только террористов вычислить, но нет, придётся ведь реально учиться. А ещё сверстники вокруг сплошь благородные и любопытные. И самое главное, этих, в отличие от террористов, убивать никак нельзя

Чтобы сохранить семью и выжить, Савелию Громову предстоит пройти по следам отца и покопаться в тайнах прошлого. А заодно уж разобраться с настоящим, в котором, что у властей, что у революционеров на Громова свои планы имеются.

Официально род Громовых оборвался. Вот только далеко не все готовы поверить, что Громовых больше не осталось. Да и сами они категорически не способны вести тихую незаметную жизнь. А потому пусть Петербург и велик, но не настолько, чтобы долго в нём прятаться.

Савелий Громов не привык сдаваться. Даже если шансов нет, приговор озвучен и смерть давно обосновалась в его палате. Если есть хоть крохотный шанс выжить, он его использует. Проломить границу миров? Почему бы и нет. Подселиться в тело мальчишки-детдомовца? К тому же незаконнорожденного, не имеющего права на отчество и фамилию? Уже было. Обжиться в новом мире, где сохранилась монархия и аристократы? Где противоречия между властью и рабочими вновь набирают силу? А ещё есть маги, Священный...

Савелий Громов не привык сдаваться. Даже если шансов нет, приговор озвучен и смерть давно обосновалась в его палате. Если есть хоть крохотный шанс выжить, он его использует. Проломить границу миров? Почему бы и нет. Подселиться в тело мальчишки-детдомовца? К тому же незаконнорожденного, не имеющего права на отчество и фамилию? Уже было. Обжиться в новом мире, где сохранилась монархия и аристократы? Где противоречия между властью и рабочими вновь набирают силу? А ещё есть маги, Священный...

Савелий Громов не привык сдаваться. Даже если шансов нет, приговор озвучен и смерть давно обосновалась в его палате. Если есть хоть крохотный шанс выжить, он его использует. Проломить границу миров? Почему бы и нет. Подселиться в тело мальчишки-детдомовца? К тому же незаконнорожденного, не имеющего права на отчество и фамилию? Уже было. Обжиться в новом мире, где сохранилась монархия и аристократы? Где противоречия между властью и рабочими вновь набирают силу? А ещё есть маги, Священный...

Домой лечу на крыльях любви. Хочу первой поздравить Пашку с повышением. А вижу его в нашей постели с брюнетистой шваброй. И в довесок получаю презрительное: – Я – топ «АВИАКОСМОС». Я вырос. А ты осталась деревенской замухрышкой. Мы разные. Ты мне по статусу не подходишь. Дедовская выучка «держать лицо» снова меня спасла: – Выметайся. И «статус» с собой забери… – Ты – обычная толстуха, Маш. Для парня на ржавых «Жигулях». А я теперь на «Порше» буду катать шикарных телочек! – ухмыльнулся...

Неспокойно ныне в царстве Росском. Того и гляди отойдет царь-батюшка. Недовольны бояре. Плетет интриги царица, пытаясь спасти единственное дитя свое. Беспокоятся маги. Бродит по рукам проклятая книга, по-своему судьбы мира перекраивая. Вот и отправляются студиозусы подальше от столицы беспокойной, в которой мятеж зреет. Глядишь, на свежем воздухе целее будут. Да только сколько ни беги, а со своей дороги не сойдешь. И встречает гостей проклятая деревня. Пробуждаются к жизни болота. Азары и те не...

Интриги завязываются. Узел скручивается. Сказка сказывается, а дело делается. И вступают в игру силы такие, с которыми Зославе не справится. Да и кто она, чтобы самой царице перечить, пусть и пожелала та ни много, ни мало, но жениха Зославиного. У внучки-то берендеевой и без Арея хлопот полон рот. И бабка с блажью своею, и Люциана Береславовна, наставница нелюбимая, и царевичи, и Кирей, и жених мертвый, который близок, да поди-ка достань.