У заклинания было лишь три условия: знать имя принца, обращенного в дракона, иметь убежденность и по доброй воле отдать тому половину своего любящего сердца.
Много ли найдется непутевых принцесс, способных на этот отчаянный шаг?
Ответ, увы, прост и печален — много. И далеко не у каждой хватало духа, а после и сил, чтобы пережить подобное.
Ранним утром его разбудил далекий крик Азалии, призывающий к ней. Как и любой дракон, он мог услышать свою собственную принцессу, как бы далеко она от него ни находилась. Он разлепил сонные веки, вдохнул мятно-пряный аромат облаков, кучковавшихся под сводами пещеры на верхушке горы, потянулся передними лапами, точно кот, и, расправив черные крылья, вылетел из драконьего убежища.
— Эра, нам надо поговорить, — бодро объявила Азалия, удерживая в руках букет из алых и желтых роз с аппетитными ветвистыми корнями на концах.
Дракон подозрительно прищурился. Где-то в глубине его древней памяти сохранилось знание, что фраза «Нам надо поговорить» не сулила добра ни одному живому существу.
Что-то у нее никак не вязалось в голове (хотя этот недуг сопровождал многих принцесс).
Раньше были волосы — длинные, карамельно-медовые. Но однажды она решила все изменить, начать новую жизнь… И проплакала весь вечер, поняв, что после парикмахерской ничего не изменилось, ни в ней, ни вокруг нее.
— Молодость, — неодобрительно констатировал Гийом, — весь мир крутится вокруг любви. Глупо.
— И тем не менее, вы ее не отговариваете, — заметила Джейд.
— Каждый сам должен пройти через это, — пожал он плечами. — Обжечься, набить свои шишки. Только так и взрослеют, мисс.
Джейд не выдержала и фыркнула:
— Ты несешь какую-то околесицу. У тебя, видимо, жар.
— Это называется романтика, — обиженно ответил он.
Бедная твоя матушка совсем отчаялась, так что представляю, сколько прекрасных девушек прошло перед твоим придирчивым взглядом.
— Такой как ты не было.
Она вздернула бровь и скептически хмыкнула:
— Никто не находил трупы раньше тебя?
Не знаю, что подумал святой брат, когда в храме появился плюющий через плечо, стучащий по косяку боевой маг, который еще и зеркало попытался потребовать. Разве что — наивный — решил, будто молодые надумались развестись еще до первой брачной ночи.
— Он предложил временный брак, — вернула я фею с небес на землю. — Тайный.
— Звучит отвратительно и сразу становится ясно, почему умные люди не называют хорошее дело — браком, — немедленно высказала она мнение. — Ты согласилась?
— Да, все прошло спокойно, — согласилась я. Подумаешь, Гард с кем-то поругался. Главное, не стащили ни одной баснословно дорогой диадемы, вместе с приколотой к ней нимфой.