Я ненавидела Рафаэля, когда только приехала. Сочувствовала ему, когда познакомилась с Валанте Карстро. Но теперь я понимаю, что мы похожи.
Мы оба мечтаем о том, что никогда не получим.
На моей коже появилось слишком много шрамов. Они оставались после каждого пореза когтями. Мое тело будто становилось второй клеткой для богини, только прутья здесь были реже и тоньше.
Урок первый. Не ищи сама. Стань той, кого нужно искать.
– Когда он возвращается после сражений, то всегда вызывает только меня.
– Значит, он ценит тебя.
– Нет. Это значит, что именно я несколько лет назад натолкнулась на господина после очередного его возвращения с боя. Он не хочет показывать свою слабость кому-то еще.
Ты имеешь силу, но годами не властен над своей судьбой. Даже с родными увидеться не можешь, если не повезет. А еще постоянный страх, проверки и контроль до конца дней.
Мы псы на цепи. В лучшем случае однажды она будет золотой.
Рафаэль не отпускал руку, а я не торопилась ее выдергивать. Все еще ощущала себя опорой, хотя это так глупо…
Он сильнее и живучее меня в сотни раз. В его глазах я не опора, а хрупкая соломинка.
Все просто. Нет у людей инстинкта сильнее, чем инстинкт самосохранения.
Здоровый эгоизм – хорошая черта.
Голос его тотчас стал жестче, а передо мной словно захлопнули дверь: – В общем, рогатая, не лезь мне в душу.
– Ее все равно нет? – нерешительно подсказала я после того, как Рафаэль умолк.
Существа, похищающие чужих детей, чтобы развязать новые сражения, не знают милосердия.