Очень жаль, что даже такие прекрасные вещи, как музыка, могут омрачаться тенями из нашего прошлого.
Ни один ребенок не должен заслуживать родительское одобрение. И никакими достижениями не заполнить пустоту там, где должна быть безусловная любовь.
Спокойствие было ей незнакомо. Возможно, именно поэтому она хотела много детей. Русскую матрешку из себе подобных, на кого она сможет выплескивать цунами неконтролируемых эмоций. Заполнить мучительную пустоту внутри мини-версиями себя, которые будут смотреть на нее с обожанием.
Каким-то образом, несмотря на боль и утомление, Руби сумела торжествующе улыбнуться. В ее руках был не просто ребенок, а олицетворение женской власти. Ее верховного права выковать новую душу по своему образу и подобию.
Через две недели после знакомства Руби потребовала определенности.
– Так мы поженимся? – спросила она.
Кевин, застигнутый врасплох, пробормотал самое опасное слово в словаре.
– Да.
Излучавший искреннюю доброту Кевин был окружен аурой спокойствия, которая бальзамом ложилась на обостренную чувствительность Руби. Она ведь не хотела никакой борьбы за власть – ей нужен был кто-то, кто позволит ей встать у руля, не оказывая особого сопротивления; второй пилот, готовый отдать управление их общим кораблем, оплачивать счета и делать Руби детей, о которых она столько мечтала.
Внезапно в мозгу всплыла мысль: этот момент, кульминацию падения моей семьи в бездну безумия, необходимо снять на камеру, сохранить и выложить в соцсети. Как выкладывались все наши лживые улыбки и постановочная идиллия.
Я вытащила телефон – руки у меня не дрожали, несмотря на суету вокруг.
Фото. Щелчок.
Подпись родилась сразу же: одно-единственное слово, несшее в себе груз многих лет.
НАКОНЕЦ-ТО.
Я свернула в наш сонный тупичок и оказалась в зоне военных действий. Полицейские джипы с включенными мигалками баррикадировали проезд. Спецназовцы топтали наш газон. Соседи группками стояли на тротуарах, и страх на их лицах мешался с любопытством.
Знаешь, было бы слишком легко свалить всю вину на дьявола, но следует признать, что порой зло берет начало в темных глубинах человеческого сердца.
Это в наше время, когда над детьми трясутся, не давая им и шагу ступить, родители чуть что бьют тревогу, хотя нынче мир стал гораздо безопаснее.
Похоже, моей собеседнице не приходит в голову, что мир стал гораздо безопаснее именно потому, что родители не позволяют своим четырехлетним отпрыскам бегать по лесу без присмотра.