Мои цитаты из книг
— Мальчик не мог сделать ничего плохого... Я видел недавно, с каким подлинным упоением читал он книгу. А человек, любящий литературу, не способен на дурные поступки. Не спо-со-бен!
ДОРОГОЙ ДРУГ! В этот сборник входят две повести. «Очень страшная история» написана от лица шестиклассника Алика Деткина. Алик подражает «высоким», как ему кажется, образцам приключенческой литературы, поэтому по форме «Очень страшная история»— остроумная пародия на детектив. Алик порой высказывается высокопарно, этакими многозначительными фразами: ему думается, что таким образом его первая повесть станет похожей на «взаправдашние» детективные произведения. Но по содержанию «Очень страшная...
Сегодня я кончаю писать свой дневник. Это ведь, оказывается, очень опасное дело: все могут узнать мои мысли и про все мои поступки тоже. Нет, не хочу!
Писать про себя только одно хорошее, то есть писать неправду, совсем неинтересно. Это мама правильно говорила. А описывать всё, как есть на самом деле, очень опасно.
Ведь если этот дневник через много-много лет будут читать мои дети и внуки, они скажут: «Ишь ты, какие номера откалывал в детстве наш папа (или дедушка)!» И тоже начнут вытворять что-нибудь похожее. И это будет, как говорится, непедагогично!..
Дима, правда, говорит, что есть ещё и другой выход: не думать и не делать ничего такого, о чём стыдно было бы писать в дневнике и за что могли бы насмехаться надо мною мои будущие дети и внуки.
— Поборись со своими недостатками! — сказал Дима.
ДОРОГОЙ ДРУГ! В этот сборник входят две повести. «Очень страшная история» написана от лица шестиклассника Алика Деткина. Алик подражает «высоким», как ему кажется, образцам приключенческой литературы, поэтому по форме «Очень страшная история»— остроумная пародия на детектив. Алик порой высказывается высокопарно, этакими многозначительными фразами: ему думается, что таким образом его первая повесть станет похожей на «взаправдашние» детективные произведения. Но по содержанию «Очень страшная...
... кто-то из старых, знаменитых, доказал, что можно производить переброску материальных тел в идеальные миры, то есть в миры, созданные человеческим воображением. Оказывается, кроме нашего привычного мира... существуют и другие миры, обладающие ярко выраженной реальностью. Это миры, созданные творческим воображением за всю историю человечества. Например, существуют: мир космологических представлений человечества; мир, созданный живописцами; и даже полуабстрактный мир, нечувствительно сконструированный поколениями композиторов.
Несколько лет назад, оказывается, ученик того самого, знаменитого, собрал машину, на которой отправился путешествовать в мир космологических представлений. В течение некоторого времени с ним поддерживалась односторонняя телепатическая связь, и он успел передать, что находится на краю плоской Земли, видит внизу извивающийся хобот одного их трех слонов-атлантов и собирается спуститься вниз, к черепахе
Академией, школой, колледжем волшебства – не удивить. Стругацкие сразу переходят на следующий уровень. «Понедельник начинается в субботу» – это про тех, кто уже выучился, кто уже освоил заклятия и магические формулы, занимается настоящим делом – чародейством и волшебством. Есть миф о том, что книги Стругацких для очень умных или для тех, кто хорошо помнит СССР. Интеллект нужен. Было бы странно, если бы нет. Но, если и есть книги, которые читаются за ночь, и вот ты только начал, а она уже...
– Я вам тысячу раз говорил, остолопам, – сказал Витька, перебираясь с моей койки на свою. – Нельзя ждать милостей от природы и бюрократии. Я, например, никогда не жду. Я выбираю подходящий момент, хватаю и рву когти.
Сотрудники НИИЧАВО прибывают в Китежград с целью получить у местных чиновников ряд чудесных предметов и существ для своего института, в их числе: клоп Говорун, спрут Спиридон и снежный человек Федор. Однако Тройка по Рационализации и Утилизации Необъясненных Явлений, обладающая абсолютной властью и возмутительным невежеством, препятствует их работе. Привалов и товарищи понимают, что бороться со сказочными бюрократами возможно только их бюрократическими методами. В книгу вошел также второй...
Какое блаженство.
Я лежу на самой удобной кровати в мире, вся такая мечтательная, улыбчивая и счастливая, а утреннее солнце играет на моих закрытых веках. Приподнимаюсь и потягиваюсь, закинув руки за голову, и падаю на ворох подушек.
Боже, как мне хорошо. Я… счастлива. И ночь была просто…
В общем, скажем так, ночь была…
Да ладно вам. Эти подробности вам ни к чему. И вообще, на этот счет можете дать волю своему воображению.
Все женщины делают это — ходят по магазинам и покупают, покупают, покупают… Некоторые, особо сильные духом дамы, могут вовремя схватить себя за шкирку и вытащить из торговой точки. Но есть и другие — те, что способны провести в магазинах всю свою жизнь (и надо заметить, очень счастливую жизнь). Подобные особы являются законченными шопоголиками. Ребекка — как раз из их числа. В магазины она отправляется, как иные на охоту — глаза сверкают азартом, руки дрожат от нетерпения, ноги сами несут в...
…Да чтоб вы все провалились к чертовой бабушке!.. Не нужно лезть к нему, лизать в нос, преданно заглядывать в глаза!.. Он терпеть не может маленьких собак, они все склочные, брехливые, трясущиеся! Он офицер, взрослый мужик, он вовсе не писательница Марина Покровская, с ее фантазиями и бурными проявлениями чувств!..
Когда писательница, с ее фантазиями и проявлениями, вернулась, майор сидел на колченогом стуле, прижимая крохотную собаку к щеке и закрыв глаза.
Та самозабвенно лизала ему лицо.
Писательница Маня Поливанова становится невольной свидетельницей убийства на тв-шоу. Спасаясь от творческого кризиса, она приезжает в солнечный Пятигорск, но вместо отдыха ее ждет запутанное расследование, ведущее в прошлое погибшего шеф-повара. Неожиданно на веранде домика Лермонтова для нее открывается портал во времени. Там, в девятнадцатом веке, Маня проживает другую жизнь, полную страстной любви к молодому поэту Мишелю и отчаянных попыток спасти его от роковой дуэли…
– Господи, – пробормотала медсестра в изумлении и сделала большие глаза, – что это с вами случилось?..
Маня моментально поняла вопрос, еще бы!..
– Новое платье! – И она покрутилась немного в тесном и темноватом коридоре ветклиники, пахнущей дезинфекцией и зверями. – Со мной случилось новое потрясающее платье!
– Вообще плюс вайб! Чиназес!.. Как из ТикТока!.. А раньше так кринжово было!..
– Это на каком языке? – мрачно поинтересовался майор Раневский у писательницы Покровской.
Та махнула рукой и перевела:
– Настя говорит, что я выгляжу очень модно и молодежно, а раньше выглядела неприлично.
Писательница Маня Поливанова становится невольной свидетельницей убийства на тв-шоу. Спасаясь от творческого кризиса, она приезжает в солнечный Пятигорск, но вместо отдыха ее ждет запутанное расследование, ведущее в прошлое погибшего шеф-повара. Неожиданно на веранде домика Лермонтова для нее открывается портал во времени. Там, в девятнадцатом веке, Маня проживает другую жизнь, полную страстной любви к молодому поэту Мишелю и отчаянных попыток спасти его от роковой дуэли…
Гадкий современный оборот – «в отношениях»!
Маня ненавидела этот оборот всем сердцем не только потому, что истово любила русский язык, а этот язык так устроен, что любая пошлость, вроде этих «отношений» из него выпирает, кособочится, нарывает, как гнойник. Маня ненавидела этот оборот еще и потому, что Алекс так и остался с ней «в отношениях», мать его за ногу, а жениться ему и в голову не приходило!
Писательница Маня Поливанова становится невольной свидетельницей убийства на тв-шоу. Спасаясь от творческого кризиса, она приезжает в солнечный Пятигорск, но вместо отдыха ее ждет запутанное расследование, ведущее в прошлое погибшего шеф-повара. Неожиданно на веранде домика Лермонтова для нее открывается портал во времени. Там, в девятнадцатом веке, Маня проживает другую жизнь, полную страстной любви к молодому поэту Мишелю и отчаянных попыток спасти его от роковой дуэли…
– Нам нужно запастись книжками про Лермонтова, – сообщила она Вольке. – Мы невозможно серые, ужас просто! Стыдно так уж совсем ничего не знать! Сходим в книжный магазин! Как ты думаешь, в Пятигорске есть книжные?
Волька об этом не думал, но готов был сопровождать хозяйку хоть куда.
– Но первым делом мы разложим вещи.
Волька скроил кислую мину. Лучше бежать на солнце и пугать в кустах птиц.
– Потом примем душ!
Волька закатил глаза. Лучше гулять по дорожкам и брехать на всех встречных собак.
– А потом… потом мы разыщем бывшую жену убитого повара Толяна Истомина!
Волька сел на задницу. Лучше есть шашлык под полотняными зонтами и пить из миски ледяной нарзан!
Писательница Маня Поливанова становится невольной свидетельницей убийства на тв-шоу. Спасаясь от творческого кризиса, она приезжает в солнечный Пятигорск, но вместо отдыха ее ждет запутанное расследование, ведущее в прошлое погибшего шеф-повара. Неожиданно на веранде домика Лермонтова для нее открывается портал во времени. Там, в девятнадцатом веке, Маня проживает другую жизнь, полную страстной любви к молодому поэту Мишелю и отчаянных попыток спасти его от роковой дуэли…
– Волька, нельзя! Отстань! Нельзя, тебе говорят!
Небольшая белая свинка на упористых коротких ножках с шумом сверзлась с дивана, помчалась и стала прыгать на Маню.
Пол от прыжков сотрясался.
Свинка на самом деле была вовсе не свинкой, а Маниной собакой породы мини-бультерьер. Маня везде и всегда таскала Вольку за собой, даже в командировки! Если ее приглашали выступать в другие города, она первым делом выясняла, можно ли приехать с собакой.
И, если нельзя, отказывалась наотрез.
Александр Шан-Гирей, большой русский писатель и мужчина Маниной жизни, считал, что Маня на своей собаке совершенно помешалась.
Писательница Маня Поливанова становится невольной свидетельницей убийства на тв-шоу. Спасаясь от творческого кризиса, она приезжает в солнечный Пятигорск, но вместо отдыха ее ждет запутанное расследование, ведущее в прошлое погибшего шеф-повара. Неожиданно на веранде домика Лермонтова для нее открывается портал во времени. Там, в девятнадцатом веке, Маня проживает другую жизнь, полную страстной любви к молодому поэту Мишелю и отчаянных попыток спасти его от роковой дуэли…