Елена

После четырёх лет счастливых отношений и совместной жизни любимый говорит Фран, что женится на... своей лучшей подруге-пацанке, потому что та случайно забеременела.При этом он не знает, что на коже Фран давно горит Печать Угасания — метка, безошибочно отсчитывающая дни, оставшиеся ей до смерти. Единственным известным способом спастись считается брак с аристократом древней крови, таким, каким был любимый Фран.Учёная по призванию, Фран отказывается смириться с такой судьбой и направляет все силы...

Ее била свекровь. Презирал муж. А слуги смеялись прямо в лицо. Она считалась пустоцветом — забитой дурнушкой без капли магии. Но однажды в этом теле очнулась другая. Нина Петровна считалась лучшей мастерицей по фарфору в своём мире. Здесь у неё нет ничего — кроме глины, болот и ненавистной свекрови. Нина погибла при взрыве на заводе, а очнулась в теле баронессы Нинель фон Торн. Её новый мир суров: магия спит, денег нет, единственная верная служанка — в тюрьме, а муж приедет через две...

Я умерла и очнулась в другом мире, в теле юной служанки, прибывшей в замок могущественного Лорда, на свадьбу своей госпожи. Но в самый разгар церемонии древняя магия дает сбой. И вот я, безродная служанка, случайно становлюсь женой дракона вместо своей госпожи. Он меня презирает и ищет способ избавиться. А я пытаюсь выжить в чужом мире и скрыть главную тайну: та ночь, которую мы оба не помним, принесла не только позор, но и новую жизнь.

— После тридцати жены приходят в негодность. Свежести в вас не хватает что ли… Другое дело — фаворитки… — буднично произнес муж-дракон. — Я тебе двоих детей родила за последние десять лет… — задрожала от боли. — И ни одного мальчишки! — хлопнул по колену муж, глядя на меня с недовольством. — Не обессудь, за такую оплошность раньше в монастырь отправляли, а я с тобой даже не развожусь, а отсылаю с дочерьми в теткино поместье. — А сам будешь стараться над наследниками с любовницей,...

— У меня с моей новой истинной ребенок с магией рода родился… — бросил муж с холодом в голосе. — Ее дракон попробовал. Она ему понравилась… — А я? А наши дети? А пятнадцать лет вместе… — не веря словам, прошептала я. — А ты… — муж на секунду задумался. — А тебя я никогда не любил. — Но зачем… — Выгодная партия. Сирота. Последняя из умирающего рода. Ничего более. Но сейчас все иначе. Метку нашей с тобой истинности выжгу. А ты отправишься в старое поместье… — А дети… — С собой заберешь. Мне...