Она считала, что отпустила прошлое, от которого пряталась четыре года. Прошлое, которое не оставило ничего, кроме ран в душе и сердце, ставшее пустой оболочкой, но сумевшее затянуться грубыми рваными шрамами… Прошлое, забравшее настоящее… Четыре острых угла, образующие единую фигуру, из которой сложно найти безболезненный выход… История о любви: взаимной и неразделенной, история о дружбе и недодружбе, история взаимоотношений в семье и о том, как, порой, взрослые меняют судьбы своих детей… ...
Замечательная книга, глубокая.
Книга о любви, зависти и предательстве. Предательстве тех, кого считал самым близким.
Книга об осознании, принятии и прощении.
Книга заставляет задуматься, сопереживать и радоваться за гг-ев и вместе с ними.
Она считала, что отпустила прошлое, от которого пряталась четыре года. Прошлое, которое не оставило ничего, кроме ран в душе и сердце, ставшее пустой оболочкой, но сумевшее затянуться грубыми рваными шрамами… Прошлое, забравшее настоящее… Четыре острых угла, образующие единую фигуру, из которой сложно найти безболезненный выход… История о любви: взаимной и неразделенной, история о дружбе и недодружбе, история взаимоотношений в семье и о том, как, порой, взрослые меняют судьбы своих детей… ...
— Да что с тобой такое? — жалко сиплю. Степан опускает лицо, бросает взгляд на мои пальцы, которыми я вцепилась в его локоть, и мне приходится тут же отпрянуть, потому что этим взглядом он бьёт меня по рукам. — Я тебя не узнаю, Степ, — сожалеюще качаю головой. — Шесть лет прошло, — напоминает. — Вот именно! Мы не виделись шесть лет и, мне кажется, люди, которые раньше дружили, не так должны вести себя при встрече. Он для меня всегда был лучшим другом. Степа Игнатов — мальчишка, таскающий мне...
— Да что с тобой такое? — жалко сиплю. Степан опускает лицо, бросает взгляд на мои пальцы, которыми я вцепилась в его локоть, и мне приходится тут же отпрянуть, потому что этим взглядом он бьёт меня по рукам. — Я тебя не узнаю, Степ, — сожалеюще качаю головой. — Шесть лет прошло, — напоминает. — Вот именно! Мы не виделись шесть лет и, мне кажется, люди, которые раньше дружили, не так должны вести себя при встрече. Он для меня всегда был лучшим другом. Степа Игнатов — мальчишка, таскающий мне...
— Да что с тобой такое? — жалко сиплю. Степан опускает лицо, бросает взгляд на мои пальцы, которыми я вцепилась в его локоть, и мне приходится тут же отпрянуть, потому что этим взглядом он бьёт меня по рукам. — Я тебя не узнаю, Степ, — сожалеюще качаю головой. — Шесть лет прошло, — напоминает. — Вот именно! Мы не виделись шесть лет и, мне кажется, люди, которые раньше дружили, не так должны вести себя при встрече. Он для меня всегда был лучшим другом. Степа Игнатов — мальчишка, таскающий мне...
Второй год я страдаю по самому популярному парню нашего курса. Он –красавчик, рядом с которым сияют местные Дивы.
Я — неприметная заучка, в очках и скромной одежде, которую объект моего воздыхания совершенно не замечает!
Но я собираюсь это исправить!
А поможет мне его друг — упрямый, невыносимый спортсмен, который раздражает меня до икоты!
Счастлив ли тот, кто имеет право выбора? Не знаю, не пробовал. Мне не дали выбора, его сделали за меня, когда навязали роль «плохиша», когда выбрали за меня профессию и работу, когда отобрали любимое дело и мечту. Я всегда был вторым, в тени старшего брата. И как бы я не старался, я всегда не дотягивал, всегда не соответствовал. Я просто существовал в мире навязанных ценностей, стереотипов и обязанностей. А потом появилась она — девчонка с веснушками и маленькой родинкой над губой… Эта книга...
Счастлив ли тот, кто имеет право выбора? Не знаю, не пробовал. Мне не дали выбора, его сделали за меня, когда навязали роль «плохиша», когда выбрали за меня профессию и работу, когда отобрали любимое дело и мечту. Я всегда был вторым, в тени старшего брата. И как бы я не старался, я всегда не дотягивал, всегда не соответствовал. Я просто существовал в мире навязанных ценностей, стереотипов и обязанностей. А потом появилась она — девчонка с веснушками и маленькой родинкой над губой… Эта книга...
Второй год я страдаю по самому популярному парню нашего курса. Он –красавчик, рядом с которым сияют местные Дивы.
Я — неприметная заучка, в очках и скромной одежде, которую объект моего воздыхания совершенно не замечает!
Но я собираюсь это исправить!
А поможет мне его друг — упрямый, невыносимый спортсмен, который раздражает меня до икоты!
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
Очень трогательная история, прочитанная в осенний вечер, в общем под настроение, замечательный слог, искренние диалоги, не чувствуешь наигранности, просто проживаешь с гг каждый миг, и очень жаль расставаться с ними. Чудесный автор
Второй год я страдаю по самому популярному парню нашего курса. Он –красавчик, рядом с которым сияют местные Дивы.
Я — неприметная заучка, в очках и скромной одежде, которую объект моего воздыхания совершенно не замечает!
Но я собираюсь это исправить!
А поможет мне его друг — упрямый, невыносимый спортсмен, который раздражает меня до икоты!
Второй год я страдаю по самому популярному парню нашего курса. Он –красавчик, рядом с которым сияют местные Дивы.
Я — неприметная заучка, в очках и скромной одежде, которую объект моего воздыхания совершенно не замечает!
Но я собираюсь это исправить!
А поможет мне его друг — упрямый, невыносимый спортсмен, который раздражает меня до икоты!
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
Не смола дочитать, уж слишком раздражала героиня. Ей 26, она дипломированный специалист, практикующий специалист, а ведет себя как вздорная, неадекватная и хабалистая истеричка. Не понравилась героиня, вот совсем, поэтому книга не зашла.
Не дочитала, поэтому оценивать историю не буду, может когда-нибудь я и дочитаю, а пока так.
Счастлив ли тот, кто имеет право выбора? Не знаю, не пробовал. Мне не дали выбора, его сделали за меня, когда навязали роль «плохиша», когда выбрали за меня профессию и работу, когда отобрали любимое дело и мечту. Я всегда был вторым, в тени старшего брата. И как бы я не старался, я всегда не дотягивал, всегда не соответствовал. Я просто существовал в мире навязанных ценностей, стереотипов и обязанностей. А потом появилась она — девчонка с веснушками и маленькой родинкой над губой… Эта книга...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
Второй год я страдаю по самому популярному парню нашего курса. Он –красавчик, рядом с которым сияют местные Дивы.
Я — неприметная заучка, в очках и скромной одежде, которую объект моего воздыхания совершенно не замечает!
Но я собираюсь это исправить!
А поможет мне его друг — упрямый, невыносимый спортсмен, который раздражает меня до икоты!
— Потанцуй со мной, — требую я. Он знает, о чем я прошу. — Сейчас же. Я настолько сошла с ума, что прошу его сама, умоляю… Устало усмехается. Нет, не смей! Даже не думай меня бросить с этими чувствами одну! — Я не танцую маленьких глупых девочек, — глядя в глаза, изрекает Романов. — А умных? — срывается мой голос. — А умная никогда не попросит об этом сама. Вот и всё. Глупая, маленькая дурочка — вот кто я для него… В тексте есть: взрослый мужчина, героиня добивается любви героя,...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...
— Илюша, я записала нас на сеанс к ясновидящей, — ошарашивает меня ба. — Ты что сделала? — подскакиваю со стула. — Ты в своем уме? — Не хами. Она сильная. Потомственная гадалка в седьмом поколении, — невозмутимо сообщает ба. — Пф, это меняет дело, — всплёскиваю руками. — Была бы в шестом, я б еще задумался, а раз в седьмом — однозначно сильная, — иронизирую я. — Увидеть правнуков, уже поняла, мне не посчастливится, пока я на этом свете. Дай хотя бы узнать, будут ли они вообще, а там и...