Книги Галина Колоскова
Девушка показательно перекинула ноги, изображая фирменный жест конечностями в «Основном инстинкте». Но, то ли она не дотягивала до Шарон Стоун, то ли стул стоял неустойчиво. Он покачнулся назад, вперёд, снова назад и завалился, являя свету высоко задранные ноги хронической неудачницы. – Поднимайтесь!– широкая мужская ладонь потянула за тонкие пальцы. – Протрите очки.– Кусок ткани лёг в руку несостоявшейся звезды Голливуда. Вместо слов благодарности: – Чего лыбимся?– взгляд обиженной фурии...
Таня отключила диктофон, как только алчные родственники вышли из комнаты. Кровь гулко стучала в висках, будто делала недозволенное. В душе всё кипело от несправедливости. Файл с аудиозаписью ушёл адресату с короткой подписью: «Умоляю, спаси нас!» Тоня удивилась сообщению в Контакте. В друзья стучалась девушка её года и дня рождения. Планшет чуть не выпал из рук. С фотографии чужого профиля на Тоню смотрело её собственное лицо… Двух сестёр разлучат сразу после рождения. Спустя двадцать лет...
— Это мой номер! — рыжеволосая девушка рассерженно топала ножкой.
— Да ладно! Кто первый встал того и тапки. Я заселился на пару минут раньше!
Она пару раз вздохнула, выдохнула.
— Настоящий джентльмен всегда уступит даме! — поза «русалки» в гневе не впечатляла.
Бровь мужчины взметнулась вверх. Он огляделся по сторонам, выдав:
— А где ты увидела джентльмена?
Я почти смирилась с тем, что эфир подходит к концу без потрясений. Осталась пара минут. Вдруг на пульте загорается ещё одна лампочка. Всегда находится тот, кто тянет до последнего. — Здравствуйте… — раздаётся наконец голос. Сердце, привыкшее к чужим историям боли, ёкает. Есть в этом голосе что-то знакомое. Меня словно пронзает молния. Я не дышу. — Говорите, — выдавливаю из себя, и собственный голос кажется чужим, доносящимся из-за спины. — Я… я не знаю, зачем звоню, — говорит он, и каждый...
— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать. Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло. — Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе. Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец. — Ну… может, переговоры и были… А это так, после… Перевожу...
Лика отказывалась верить в происходящее, но что-то толкало заглянуть внутрь, узнать, с кем изменяет муж в первый день свадьбы. В душе пустота. Женский голос казался знакомым. — Хватит. Нас, наверное, уже потеряли. Потерпи, недолго осталось! Я дала наводку богатой тётушке, где та сможет найти наследницу. — Уговаривала остановиться змея, согретая на груди долгими годами дружбы. — Каких-то полгода, и нам достанется всё, а жену отправишь вслед за её мамочкой! — Ради тебя всё что угодно. Не...
— Сын, скажи, как звали твою девушку. Ту, четыре с лишним года назад. Ты представлял её нам с отцом как невесту. — Лена. Даже на расстояние ощущаю, как его голос дрожит. — Ты знаешь, что она одна растит твою дочь? Антон отвечает чуть слышно: — Не мою… Чувствую, как сжимается сердце. Заикаюсь, с трудом продавливая сквозь горло: — Ка…как не твою? А чью? Ответа нет. Но он уже и не нужен. Наблюдаю из беседки за мужем. Макар оглядывается, словно вор. Отводит Лену с ребёнком в сторону от...
Я безмолвно кричу. То, что сейчас испытываю, не передать словами. Не пожелать врагу. Хотя враг совсем рядом. «Метр с кепкой» торжествует за дверью, пока муж советует, как мне дальше жить. — Жалко тебя. Не унижайся, Лиза! Уходи. Ещё найдёшь своё счастье! Зря он так. Ненавижу жалость! Выпрямляю спину. Собираю в кулак остатки гордости. Из последних сил сдерживаю слёзы. Твёрдо верю в то, что произношу: — Яковлев, себя пожалей. Своё я верну! — онемевшие губы с трудом растягиваются в ухмылке....
Растерянный взгляд мечется между мной и любовницей. Чувствую сердцем каждую его эмоцию. Успели срастись кожей за семь лет. Не могу терпеть двойную боль. Делаю выбор за него. Подхожу на дрожащих ногах. Вблизи его любовница ещё красивее. Совсем молодая, надеюсь, ей есть восемнадцать? Испорченные водой туфли предательски хлюпают. Говорю, стараясь не разреветься. — Можешь не появляться дома три дня? За это время я соберусь, подам на развод и уеду. В чёрных глазах предателя отчаяние. Не думал, что...
Борис пыхтит от вожделения. Над ним, в акробатической стойке, замерла фитнес тренерша. Напряженные руки слегка дрожат, поддерживая на весу стройное молодое тело с раздвинутыми в шпагате ногами. — Ну, иди же ко мне, моя куколка… — от волнения шепелявит мерзавец. Ненавижу, когда меня в чём-либо превосходят. Кристина не только забрала моего мужа. Она покусилась на чувство моего достоинства. Шальная мысль закрадывается в голову. "Интересно, а в темноте она так сумеет?!» Мысль только пришла, а...
— Лерочка, это недоразумение — жена Ильи, Агата. Но думаю, ты и так это знаешь. Проходи, дорогая, осматривайся! Не стесняйся. Квартира записана на меня. Тебе здесь жить. Стою столбом, забыв, как шевелиться. Меня обходят, словно предмет мебели. Трясу головой, ничего не понимая. — Какой член семьи? — Растерянно улыбаюсь, выдавая нелепые версии: — Вы собрались замуж и это дочь вашего нового мужа? Или ваш племянник решил, наконец, жениться? Свекровь растягивает губы в изуитской ухмылке. — Ни то,...
Свадебное приглашение. Шрифт с завитушками, золотое тиснение. Имена жениха и невесты пляшут перед глазами, сливаясь в одно ядовитое, ослепительное пятно: Максим и Алиса… Мой бывший муж и лучшая подруга женятся. Сердце совершает в груди немыслимый кульбит и проваливается куда-то глубоко, в самые пятки. Пальцы сами нащупывают что-то ещё в конверте. Маленькая, нарочито небрежно вложенная записка из той же плотной бумаги. Знакомый, размашистый почерк бывшего мужа. Медленно читаю, и каждая буква...
Фотография. При взгляде на которую подкашиваются ноги. Вероника в нашей спальне. На нашей кровати. Она лежит, обняв спящего Олега. Её темноволосая голова на его плече. На довольном лице победоносная улыбка. Подпись: «Мы встречаемся уже год. Олег жалеет тебя, оттягивая разговор о разрыве. Боится, что вскроешь вены. Ты ему надоела со своей правильностью. Сделай нам всем одолжение — исчезни. И сделай аборт. Если не захочешь добровольно, найдём способ заставить. У меня есть знакомая бабка,...
Снова рассматриваю фотографию. Денис выглядит счастливым. Настолько счастливым я не видела его давно. Теперь понимаю каждую деталь его вечных переработок. Важные встречи. Холодность в постели. Всё было ложью. Долгой, продуманной ложью. Я открываю его блог снова. Читаю комментарии. Незнакомые люди пишут ужасные вещи. Они верят ему. Они поддерживают его. Они жалеют его. Но ненавидят меня. — Держись, Денис! — пишут подписчики. — Ты заслуживаешь лучшего. Спасибо, что раскрыл правду об этой...
Племянница и её подруга, совсем юная, с длинными чёрными волосами и слишком яркой помадой, сидят на кровати. Между ними рассыпаны фотографии. Распечатанные, глянцевые, живые… Успеваю рассмотреть кое-что, пока они не сгребают их в кучу. Сердце ухает вниз. — Сколько тебе лет? — слышу собственный голос, словно со стороны. Он, становится плоским, безжизненным, чужим. Девчонка удивлённо поднимает на меня бровь. — Двадцать. Вы пришли готовить еду и на мой праздник тоже. Мы родились с Зариной в...
Арина пыталась проскользнуть под протянутой к ней рукой. Не получилось. Широкая ладонь сдавила плечо.
— Я сказал, мы идём наверх. Два раза повторять не привык. — Он кивнул на второй этаж. — Поднимайся! Показывай, где твоя комната!
— Какое вы имеете право! — она смотрела на прячущего глаза отца. — Вы, гость в нашем доме!
Демид рычал в рассерженное лицо:
— В этом доме всё принадлежит мне! Ты, в том числе!
Говорят, от судьбы не сбежишь?
В животе давил комок арктического холода.
С газетного снимка с превосходством во взгляде чёрных пронзительных глаз взирал муж, а рядом с ним улыбалась счастливая новая жена.
— Как же так? — пухлые губы дрожали от обиды. В зелёных глазах стояли слёзы. — Этого не может быть…
– В шестьсот шестьдесят шестом номере мой жених скрестился со своей секретаршей. – Вы так спокойно об этом говорите… Незнакомец качал головой, с удивлением разглядывая очень красивую блондинку. Она гордо вскинула голову. – Если начну истерить, станет лучше, доходчивее? – Не надо.– Проговорил он по слогам. – Что может быть хуже плачущей женщины? – Вот и я так думаю. – Фрося усмехнулась. – С мерзавцами надо расставаться без сожаления. Пойду, с горя напьюсь и отомщу! *** Эта история...