Отзывы о книгах
глупо
графомания
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
Тоже еще одна жертвенница, десять лет своей жизни бросила под ноги изменщику мужу, но за то гордая ушла из семьи мужа.. Вот я не пойму то ли авторы описывая такие ситуации нам читателям, предостерегают нас от таких ошибок которые совершают героини их романа , или на самом деле по мнению автора книги, считают, что так и надо поступать, с голой ж"пой в новую жизнь и все оставить своему неверному мужу, пусть живет с новой женой на всем готовом, а она гордая сама все заработает.. Для меня так и остается дилеммой, чем руководствуются авторы таких романов, призовым к глупости или гордости. Пролистала этот шедевр.
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
Экономистки, юристки закончились, в "бой" пошли художницы.
Уже не в одной книге. Но, вновь ГГероиня - женщина-амёба. А если бы не упала под машину банкира?
Уже не в одной книге. Но, вновь ГГероиня - женщина-амёба. А если бы не упала под машину банкира?
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
Тамара
№ 73 в рейтинге
поделилась мнением
о книге
«Измена. Месть домохозяйки и авторитета»
5 месяцев назад
в отпускКороткие истории к Новому Году!
Меня похитили в мой день рождения, чтобы сообщить страшную новость. — Это касается вашего мужа. Незнакомый голос. Мужской. Сдержанный. — Простите… Кто вы? — Он вам изменяет. И мы с вами в одной лодке. Он спит с моей женщиной. Так мы оба оказались в эпицентре лжи. И объединились ради одной цели — мести. Мы хотели разрушить их, отомстить за предательство. Но пока мы писали сценарий расплаты, всё вышло из-под контроля. Чем ближе мы были к разрушению их жизней, тем сильнее пылало между нами. ...
графоманияНаписано отвратительно. Сюжет- шаблон, картон.
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
наивноглупографоманияЭта история американских горок - настоящая чепуха. Перед нами обыкновенный мусор для мозга. Почитаешь такие шедевры и хочется пойти на улицу, найти машину по круче и провернуть всё остальное, что автор провернула с этими персонажами. Такие испанские страсти даже в страшном сне не снились.
Столько хлама вокруг, что находя в этом бесконечном хламе что-то более менее значимое, радуешься как ребёнок, считая наградой за все эти чтивы, написанные как под копирку, не заботясь о правдоподобности и хоть какой-то минимальной реальности.
Столько хлама вокруг, что находя в этом бесконечном хламе что-то более менее значимое, радуешься как ребёнок, считая наградой за все эти чтивы, написанные как под копирку, не заботясь о правдоподобности и хоть какой-то минимальной реальности.
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
жизнь вообще шаблон. все живут одинаково шаблонно, с разным достатком, но шаблонно жрут, ср*т, занимаются сексом и, представьте, все умирают. печалька. моя подруга родила близнецов шестимесячных, выходили. до двух лет были лысенькие, но потом и косички кудрявые появились , и деток остальных догнали в весе, и замуж вышли, и внуков пдруге подарили. всё по шаблону ))
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
грустно
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
Это заезженная драма с мнимым бесплодием, изменой мужа, встречей героини Лизы и банкира Руслана, с ребёнком от бывшей, беременностью двойней и кучей шаблонов: страх аборта, выставка картин, авария от злодейки и преждевременные роды с неясными сроками (на 6 месяцах двойня выживает как ни в чём не бывало, ха, реализм уровня сказки). Всё предсказуемо до зевоты – злодеи наказаны, ХЭ с рождением детей, но скептицизм берёт верх: логика героини на нуле, сюжет как конвейер клише без твистов, хотя коротко и не перегружено эмоциями, так что не устаёшь.
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
грустно
до слез
не оторваться
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...
мило
Он должен был быть рядом. Она — помочь мне стать матерью. А в итоге они сделали ребёнка вместе. За моей спиной. — Вадим, я беременна. Я застыла. Сердце пропустило удар. В кабинете сидит мой муж, а перед ним наш врач-репродуктолог, которая держит руку на пока еще плоском животе. — От кого? — его голос дрогнул. — А ты как думаешь? От тебя, конечно. Поздравляю, папочка! Слова, что разрезали как скальпель — точно, намеренно, без анестезии. Она говорила, что я сильная, утирала мои слёзы после...