— Я понял, чем отличается любовь от секса.
[...]
— Ну, так что там с отличиями?
— Когда занимаешься сексом, после оргазма хочется отвернуться и заснуть. Когда занимаешься любовью, после оргазма хочется обнять и не отпускать.
Мальчишки — они всегда мальчишки, сколько бы им не было лет и сколько бы у них не было денег.
Буров, конечно, человек порядочный, хоть и гинеколог...
Мужчина может быть привлекательным внешне, и ты получаешь удовольствие от того, что на него смотришь. И даже от того, как тебе завидуют другие женщины.
Мужчина может быть потрясающим любовником, и в постели с ним ты забываешь обо всем.
Он может быть умным, с прекрасным чувством юмора, интересным собеседником. Но сваливает с ног и окончательно подкашивает тебя другое. Когда ты восхищаешься им. Не потому, что так пишут в гламурном глянце и советуют гуру-блогеры по женской части. Не потому, что мужчиной обязательно надо восхищаться и всячески его хвалить, чтобы он, болезный, не зачах.
А потому, что не восхищаться им невозможно. Потому что он делает что-то, для тебя совершенно немыслимое, недоступное, невероятное. И чем больше он делает вид, что ничего особенного не происходит, тем сильнее твое восхищение.
— Вот он меня в сентиментальности обвиняет. А сам, знаете, как это называет? — мотает головой в сторону белого экрана.
— Как?
— Портал к Богу.
Апрель в этом году с амнезией — не помнит, что он как бы весенний месяц.
Ну что, Григорий Олегович, вам конкурент появился. Следующий главный врач на подходе... Только вылезла, а уже смотрит на всех, как на дерьмо.
Счастье всегда приходит вовремя. Точно по расписанию.
Мозги и красивое нижнее белье схожи — и то, и другое не видно, но и то, и другое придает уверенности в себе.
"..как на кровное дело своё, как на пожар в собственном доме, как на беду собственных детей.." и не можешь ты по-другому.
..если бы у людей был хвост, то в "Камасутре" был бы второй том...
Марина не отвечала, разглядывая то, что было изображено на каске — череп, перекрещенные кости и надпись «Не спорь — убьет».
Вот какой злыдень придумал галстуки? В том, что это был не очень добрый человек, Ваня не сомневался. Разве может добрый человек придумать удавку? А навязывать ее другим, якобы для презентабельного вида?
– Девочка на чем-то играет? – поинтересовалась бабуля.
– Бубен, - пискнула Яна.
Да уж, умеет его семья произвести впечатление.
– Что же... – Идея Ивановна задумчиво пожевала губами. - Бубең – это концептуально
Как прекрасна юность.
Впрочем, в зрелом возрасте тоже есть свои плюсы.
Он сам по себе и шарик, и лента,и вообще – мальчик-сюрприз.
Это была такая жизнь-жизнь. Без соцсетей и пиара, здесь и сейчас.
Кажется, Мравинский однажды сказал: «В сущности, присутствие публики в зале – это условность. Ее может быть больше или меньше, а играть надо для Господа Бога». Илье теперь казалось, что раньше именно он так и думал – по сути. Именно так и играл. Но сейчас… было ли дело в перерыве… или в репертуаре… Но он собирался играть для людей.
— Все стройка гудит — прораб приехал злой как черт и кирпичи кладет. Где руками, где матом. Народ нервничает.
Но все перемены - к лучшему. Я это точно знаю, родная. Когда ты что-то чуть не потерял – ты начинаешь это ценить. А когда одна дверь закрывается – непременно открывается другая.
С этой девушкой одной возней под одеялом не обойдешься. Ты уже готов к тому, чтобы вкладываться и отдавать?
Ну, здравствуй, реальная жизнь. Я ненадолго отходила.
Судьба одной рукой отбирает, другой дает. Одной рукой дает, другой – отнимает. Адекватна ли цена? По средствам ли заплатить?
Нет лучше средства, чтобы утихомирить клокотание внутри, чем простая физическая работа. Грушу в зале околачивать — это для тех, кто не может сделать ничего полезного. Бесполезное Андрей презирал. А поэтому методично плюхал раствор, ровнял мастерком, клал кирпичи. Ей-богу, кирпичи созданы для того, чтобы мужик смог не сдохнуть, когда ему враз сворачивают мозг и жизнь.
Только маленькой четырехлетней девочке обижаться на мироздание — простительно. А взрослой женщине — нет. Стыдно верить в какие-то чудеса, готовить им место в своей жизни — а потом обижаться на то, что эти чудеса не происходят.