Кухню я нашла по запаху. Оттуда шел умопомрачительный аромат свежей сдобы. Желудок взвыл и сделал кульбит. Пришлось ему напомнить, что сдобу мы «едим» только вприглядку и впринюшку, а на зуб ни-ни.
Но мужчины, знаешь ли, предпочитают сами завоевывать девушек, а не бегать от тех, кто с упорством носорога в эту постель лезет.
Наплела с три короба, добавила еще несколько корзинок и увешала весь этот караван лжи полевыми цветами.
Затаив дыхание, я искоса на него взглянула. Интересно, мне сейчас нужно падать в обморок от восторга, что я так нравлюсь и меня отпускать не хотят, или от испуга, что меня фиг выпустят, потому как я ценный кадр?
Какая хорошая сказка: и драконы есть, и водопровод с канализацией, причем одно не исключает другое.
Как говорил незабвенный Ретт Батлер из «Унесенных ветром»: «Подслушивая, можно порой узнать немало интересного и поучительного».
Да вы не обращайте внимания, это же я так, в порядке бреда!
Великолепно. Только что назвала хозяев древней рухлядью, заявив, что столько не живут, и практически обозвала их алкоголиками, пьющими от скуки.
И вообще, как говорит мама, нет в хозяйстве и в шопинге более полезного существа, чем виноватый мужчина.
У меня психика не крепкая, но гибкая. Или даже не крепкая, а растягивающаяся. Тянется, тянется, тянется, потом - хлоп - сжимается. Тогда надо поплакать или поорать, или выпить, или поругаться. И снова жизнь вполне терпима.
Да, как это ни прискорбно, но я, похоже, умудрилась по уши влюбиться в своего фиктивного мужа. Ну, это если быть с самой собой кристально честной. А так-то, конечно, нет. Ни-ни! Никакой влюбленности в этого невыносимого и синеглазого и близко нет. Выдумки всё это!
Но на что не пойдешь ради сохранения девичьей чести? Велено читать? Да я страсть как люблю читать! Вот просто обожаю!
Мне нужна ты вся, твои мысли, твои чувства, твоя любовь. Ради того, чтобы ты смогла тоже меня полюбить, стоило ждать и мучиться, приручая и соблазняя тебя. Ты нужна мне целиком и без остатка. Моя восхитительная Черная Роза. И тем слаще было сорвать цветок, когда твои колючки перестали колоть. – Да ты поэт, – смущенно фыркнула я. – Нет. Просто без памяти влюбленный мужчина.
Обтесалась, конечно, смирилась, решив, что бунтовать имеет смысл лишь тогда, когда есть что противопоставить. А до того – улыбаемся, приседаем в книксене или реверансе, молчим и слушаем. А дальше – по ситуации.
Я кралась к своей добыче словно… мышь. Хищная, плотоядная, невероятно эротичная мышь. Очень смелая, храбрая и дерзкая. Мы, мыши, вообще страшные звери. Трепещите, коты! Кто не спрятался, мы не виноваты.
Обморок, приди ко мне, пожалуйста! Ну очень надо! Я так хочу в твой черный непроглядный плен! Иначе я умру от стыда…
Есть у меня нехорошая привычка - замыкаться в себе, если переживания по-настоящему серьёзные. Такие вещи "перетирать" с мамой или подружками я никогда не пыталась. Пока сама не осознаю, не приму и не смирюсь, просто не могу выплеснуть это всё в эфир.
Я слишком привыкла жить в мире, в котором самая страшная и самая главная власть - это информация. От того, кто владеет этой самой информацией, в большинстве случаев зависело всё - благополучие, спокойствие, жизнь.
Лучше уж хорошая дружба, чем плохая любовь.
- У меня есть кот... - неожиданно выдал Керин - и удивленно моргнул. - Саня.
- Прелестно, - вздохнула Ира. - Ты не помнишь своё собственное имя и откуда свалился, но кота не забыл.
- А потому что котики рулят миром! - расхохоталась Полина.
Можно раз исполнить чью-то просьбу. Два, три. На четвертый раз больше нет желания делать все за кого-то, кто уже требует, а не просит.
"Во рту была Сахара,в которой нагадила стоя мерзких,бродячих котов.Сухой,распухший язык ощущался чем-то инородным,а губы пересохли.В голове шумело...Нет,в голове бил набат,стреляли пушки и шла третья мировая война.Все признаки жесточайшего похмелья были налицо." А сейчас от себя-почти всем знакомо это состояние? Ну,хоть раз в жизни?
— Нет, – подумав, ответила я. – Просто хотела ввести вас в курс дела и напугать.
— Последнее – не удалось. В нашей жизни всё и так идет кувырком с момента вашего появления. Подумаешь, еще одно маленькое сальто.
У вдовой маркизы же начал дергаться правый глаз. Она выслушала меня крайне внимательно. Только зубами скрипела. Наверное, у нее глисты завелись. Предложить выпить отвар глистогонных препаратов? Наверняка она питается не пойми как, пока играет в карты долгие партии. Вот и подцепила.
На лицах дам исчезало презрение, и проявлялся страх. Ну и пусть! Боятся – это привычно. Презрение тоже привычно, но мне меньше нравится его терпеть.