От знаменитого автора «Мира глазами Гарпа» и «Отеля Нью-Гэмпшир», «Правил виноделов» и «Мужчин не ее жизни», «Последней ночи на Извилистой реке» и «Четвертой руки» — единственное в его творческой биографии собрание произведений малой формы. При всем их жанровом разнообразии — рассказы и повести, размышления о жизни, воспоминания, развернутая дань уважения любимым писателям (таким, как Чарльз Диккенс и Гюнтер Грасс) — Джон Ирвинг остается верен себе: этот мастер психологической прозы, по глубине...
Сергей Шаргунов – писатель, автор биографии В.П. Катаева в серии «ЖЗЛ», романов «1993», «Книга без фотографий», «Ура!», «Малыш наказан», «Птичий грипп». Лауреат премии «Большая книга», финалист премии «Национальный бестселлер». Новый сборник «Свои» – это проза очень личная. О родных, о любви, о памяти. О русской глубинке и далекой чужбине. Свои – образы, мысли, люди. От знаменитых предков автора до его маленького сына. От статиста из телевизионной массовки до одиночки, стерегущего в тайге...
«Искушение архангела Гройса» вначале кажется забавной историей бизнесмена, который бежал из России в Белоруссию и неожиданно попал в советское прошлое. Но мирные окрестности Мяделя становятся все удивительнее, а события, происходящие с героем, все страннее и загадочнее… Роман Вадима Месяца, философский и приключенческий, сатирический и лирический, – это прощание с прошлым и встреча будущего.
Прогрессивный индийский прозаик известен советскому читателю книгами «Гнев всевышнего» и «Окна отчего дома».
Последний его роман продолжает развитие темы эмансипации индийской женщины. Героиня романа Басанти, стремясь к самоутверждению и личной свободе, бросает вызов косным традициям и многовековым устоям, которые регламентируют жизнь индийского общества, и завоевывает право самостоятельно распоряжаться собственной судьбой.
«Шиза. История одной клички» — дебют в качестве прозаика поэта Юлии Нифонтовой. Героиня повести — студентка художественного училища Янка обнаруживает в себе грозный мистический дар. Это знание, отягощённое неразделённой любовью, выбрасывает её за грань реальности. Янка переживает разнообразные жизненные перипетии и оказывается перед проблемой нравственного выбора.
Вы окунетесь в мир простых людей с их мелочными и пустяковыми неурядицами. Захватывающие сюжеты, стилистически яркие, интригуют с первых же страниц. Комизм ситуаций настолько гармонично вплетен в сюжеты, что становится неразрывной его частью. Автор не делает никаких выводов, он веселится, грустит и умирает со своими героями. В книге «Бульварное чтиво» есть и прекрасный воплощенный замысел и изюминка для истинных ценителей художественного слова.
Владимир Алексеев – представитель поколения писателей-семидесятников, издательская судьба которых сложилась печально. Этим писателям, родившимся в тяжелые сороковые годы XX века, в большинстве своем не удалось полноценно включиться в литературный процесс, которым в ту пору заправляли шестидесятники, – они вынуждены были писать «в стол». Владимир Алексеев в полной мере вкусил горечь непризнанности. Эта книга, если угодно, – восстановление исторической справедливости. Несмотря на внешнюю простоту...
События, описанные в этой книге, произошли на той странной неделе, которую Мэй, жительница небольшого ирландского города, никогда не забудет. Мэй отлично управляется с садовыми растениями, но чувствует себя потерянной, когда ей нужно общаться с новыми людьми. Череда случайностей приводит к тому, что она должна навести порядок в саду, принадлежащем мужчине, которого она никогда не видела, но, изучив инструменты на его участке, уверилась, что он талантливый резчик по дереву. Одновременно она ловит...
Они ненавидят друг друга, они презирают друг друга. Их нельзя рассматривать как единое целое. Между ними лишь жгучая ненависть и холодная месть. И только одно общее — скорость. Любовь к скорости. Смогут ли они преодолеть все, что сделало их врагами и перевернуть этот мир с ног на голову? Смогут ли они набраться храбрости и преступив через себя, доверится друг другу? Доверить свою свободу, свою душу, свою жизнь? Существует ли настоящая дружба, о которой нам так любили рассказывать в детстве?
Под Новый год Лариса получила от родной телекомпании подарок – набор красок для волос. И хотя ей, как самой отстающей сотруднице, подсунули бракованную упаковку, девушка не обеспокоилась качеством косметики. Все знают: по натуральному цвету волос многое можно сказать о характере человека. Думала ли Лара, что окрашивание в черный повлечет глубинные изменения и темперамента, и образа жизни! Не нарадуется теперь начальство успехам своей журналистки. Счастлива и она сама: не зависит от мужского...
Выпускник театрального института приезжает в свой первый театр. Мучительный вопрос: где граница между принципиальностью и компромиссом, жизнью и творчеством встает перед ним. Он заморочен женщинами. Друг попадает в психушку, любимая уходит, он близок к преступлению. Быть свободным — привилегия артиста. Живи моментом, упадет занавес, всё кончится, а сцена, глумясь, подмигивает желтым софитом, вдруг вспыхнув в его сознании, объятая пламенем, доставляя немыслимое наслаждение полыхающими кулисами.
В своей новой автобиографической книге знаменитый актер, сценарист, писатель и священник, сделавший временный перерыв в служении, приоткрывает занавес – и пускает нас в свою гримерку, где вперемешку лежат медицинский халат, церковное облачение, рокерская куртка и драные джинсы. Он вспоминает о детстве, рассуждает на острые темы, философствует, провоцирует публику, балуется и призывает к действию, остроумно пытаясь разобраться в противоречиях своей артистической натуры. Героем этой и...
Новая книга рассказов Мастера Чэня, полюбившегося читателям по серии книг о самаркандском шпионе Нанидате Маниахе, – это заметки на полях его романов и в то же время самостоятельные истории на фоне Таиланда, Камбоджи, Малайзии, Филиппин и других не менее экзотических мест, известных нам намного хуже, чем Европа и Америка. …в системе навигации автомобиля вдруг появляется местный дух, желающий убить путешественников; в отеле на границе джунглей прислуживает постояльцам мертвец; а рубин вдруг...
Трудно быть Богом... А легко ли быть Мессией в современном мире? Ричард Бах заставил миллионы читателей задуматься над этим, создав «Иллюзии». Когда живешь и думаешь лишь о хлебе насущном, рядом с тобой всегда может находиться такой же человек из плоти икрови, вот только взгляд его будет чересчур внимательным, а среди личных вещей найдется «Карманный справочник Мессии. Памятка для возвысившейся души», в котором будут ответы на все твои вопросы.
Красивые любовные истории не умирают. Они продолжаются в наших воспоминаниях и совпадениях, в которых мы видим былую любовь. Но в жизни Натали эти совпадения вдруг становятся слишком частыми и многочисленными. Повсюду она встречает напоминания о давней своей любви. Кто-то стремится вернуть к жизни ту страсть, что некогда почти уничтожила ее? Когда прошлое повторяется в настоящем почти до полной неразличимости и уже невозможно дать происходящему рациональное объяснение, Натали начинает всерьез...
Джек Вэнс – один из самых достопримечательных талантов, когда-либо украшавших мир научной фантастики. Его неповторимым стилем восхищались поколения читателей. В числе его пользующихся постоянной популярностью произведений – сборник «Волшебник Мазириан» и другие новеллы «Сказаний умирающей Земли»: последовательность изобретательных и увлекательных повествований, действие которых происходит на Земле далекого будущего в лучах гигантского красного Солнца, обреченного скоро погаснуть навсегда.
Ксения Букша (р. 1983) – автор получившего премию «Национальный бестселлер» романа «Завод "Свобода"», биографии Казимира Малевича, сборника рассказов «Открывается внутрь» о всевозможных человеческих судьбах. В её прозе сочетается жёсткий реализм и лиричность, юмор и гротеск. «Чуров и Чурбанов» – полный киношной движухи короткий роман с непредсказуемым сюжетом и густой, мрачноватой питерской атмосферой. Живёшь-живёшь, и вдруг выясняется, что у тебя есть двойник, чьё сердце бьётся синхронно с...
В романе, сюжет которого развертывается на фоне азиатского барокко, Александр Иличевский реализует тему радикальной связности поверх метафизических границ - сна и яви, живого и неживого, жизни и смерти. Автор предлагает идею тотального единства, но опирается не на буддийское мировоззрение, а скорее на то ощущение «жизни везде», что заставило в свое время Мориса Бланшо высказать мысль о смерти как избытке жизненной силы. Для Иличевского бытийное одиночество и подлинность каждой отдельной жизни в...