Иногда человек тебе так нравится, что ты решительно на можешь смириться с тем, что возможно на следующей остановке он навсегда уйдет из твоей жизни, ведь ты так привязался к нему всего за несколько остановок. И тогда твой удел фантазия. Надежда на какое-то безумное, неожиданное решение вопроса. Например - брошенная записка. Или вы выходите на одной станции и долгое время идете в одном направлении. В метро как-то не принято так себя вести, здесь не выходит знакомиться, слишком мало времени и ты...
В один из тех дней, когда погода на улице до того студеная, что и нос на улицу не хочется показывать, а вьюга завывает снаружи словно дикий зверь, в дверь дома местного доктора раскатисто постучали. Дверь отворилась и через порог в комнату ввалился крупный бородатый мужчина, в полушубке до колен и с толстым кнутом, собранным в несколько колец. Он хлопнул дверью, заставив только что ворвавшиеся в вместе с непогодой снежные хлопья плавно опуститься на пол.
Над лесом нависла тьма. Слабый свет строительных фонарей не мог отринуть ее и лишь создавал причудливую дрожь в ветвях густого ельника. Широкая просека, несколько метров шириной, вела к месту, где лесу еще не было нанесено свежее увечье. Чуждый этому месту желтый экскаватор остановился в конце просеки и лишь неторопливо фыркал двигателем, ожидая продолжения работы. От земли шел теплый пар, как от свежей раны источающей кровь на холоде.
Жил-был один мальчик. Это был особенный мальчик и от других детей он отличался тем, что совсем не умел говорить, ведь собственный язык совсем его не слушался. И когда другие дети, его сверстники, задорно лупили языками и болтали целый день напролет, он молчал, потому, что он совсем их не слышал.Этот мальчик был очень умный и наблюдательный.А еще, он мог так замечтаться, что ему приходили в голову всякие забавные истории. Он очень любил их рассказывать, но к сожалению никто не мог их услышать,...
Это небольшой рассказ о далеком детстве, о лете, о яблоневом дереве, которое я надеялся вырастить. Про то, почему я люблю рассказывать сказки и о тех, кто слушал мои сказки, хотя они, в общем-то, не совсем и мои. О маме, папе, о бабушке и вечернем саде.
Сижу я за столом и чищу картошку. Так как у нас снова дорога не проездная из-за только что закончившегося снегопада, а картошки осталось чуть-чуть, то на котелок я могу отправить только четыре штуки. Зато есть капуста. И морковь. Так что суп у меня будет. А вареный кусочек ребрышек уйдет на второе с рисовой кашей. Крупы тоже мало, но можно растянуть на две недели. А там, Бог и чиновники если подсуетятся, то дорога будет.
Приключилась у нас настоящая детективная история. Наша коровка Дочка в прошлый год ни весной, ни осенью так и не повязалась. Пытались два раза повязать искусственно и один раз водили к быку. И это хорошо, что нашелся хотя бы один бык. Народ от коров избавляется. Но увы. Женька маленький и Юлька привели корову от быка всю в крови и страшно усталую-Дочка быка не просто к себе не подпустила, а в гневе даже сломала рог. И окатила кровью и себя, и хозяев. Правда, это был тот рог, с которого она в...
На берегу небольшой реки Шумной стояло несколько домов. Если посчитать жителей, то их тоже было немного. Все они, кроме трех детей, были весьма преклонного возраста. Так как были поколения одно молодое, а другое пожилое, то и никаких животных, кроме лошадки Майки и нескольких собак и кошек, в селе не было. Конечно, в былые времена село Шумное, как и одноименная речка, было богатым и дородным селом. Но сейчас...сейчас и село стало старым. Населенные пункты тоже старятся и иногда умирают.
Мини фэнтези. Что получится если смешать любовь, деньги и магию? Компактный, содержательный, поучительный, а главное непредсказуемый рассказ о нешуточных опасностях. подстерегающих нас на фронтах любви.
Сборник историй из практики ветеринара, живущего и работающего в мире, где фантастические существа и магия являются обыденностью.
Они - последние из народа таутов, пытающиеся спасти то немногое, что от него осталось. День ото дня их борьба становится все более безнадежной. Так не проще ли уйти за северный хребет? Рассказ о том, как умирает память, о горько-сладком прощании с родиной, о совести, тирании и конце суровой эпохи.
- Стоять! Кряжистый монах с шевроном в виде двойных ангельских крыл на рукаве оттолкнул Марка к стене. В коридоре, выкрашенном в два цвета убогой краской, было тихо, душно и противно пахло дымком. Вовсе и не похожим на дым от ладана. Монах перекрестился перед облупленной дверью с жестянкой, на которой было выдавлено почему-то "1-1" и осторожно постучал. За дверью буркнули. Монах, угодливо согнувшись, сунул голову в щель и что-то пробормотал. В ответ буркнули снова, начальственно...
Он достал его на пикировании, зайдя сверху и сзади-слева, и почти в упор жахнул изо всех стволов. Строенные трассы хлестнули по жёлтому капоту и плоскости, аккурат по паучьей свастике (1). Проскочив над финном, Стас собрался уйти на вираж, как вдруг по машине снизу заколотило. "Киттигавк" (2) затрясся, словно на булыжной мостовой, и Стас, опрокинув машину, по широкой дуге пошёл вниз.
- Тук-тук-тук! Дома есть кто?! Ау-у-у! - дракон легонько постучал когтем по гулкому железу. Из помятого нагрудника показалась макушка вихрастой головы. Кое-как обкорнанные ножницами волосы мелко дрожали. - О, ты тут! - дракон оскалился, блеснув двумя рядами безупречных белых зубов, - А я-то стучу-стучу... Давай, вылезай целиком! Клацающая зубами физиономия, как выяснилось, принадлежала лопоухому парнишке с пушком на бледных щеках. - Боишься?
Среди темных лесов Стародубравья бродит одичавший странник, ищущий покоя. Тени прошлого преследует его. Но как иначе обрести покой, если не исцелившись от ран, нанесенных злом?
У Серёги Плотникова день рождения, ни сегодня, но скоро. Пол ста два. Кто скажет мало, кто много. Сам себя ощущает как будто и не было этих лет. Сердцебиение застыло где-то на тридцатке. Вес набрал немного, да ведь это само собой. А сердце стучит, то ровно, то бешено...