Было уже довольно поздно. Вечеринка в ночном клубе была в самом разгаре. Марк сидел забившись в углу своего столика и тихо попивал коктейли. Его внимание привлекала довольно милая и весёлая особа, сидящая напротив него. Эта была его коллега по работе, юная, наивная, весёлая, стажёрка Элли. От неё все были в восторге, в офисе её прозвали "Малышка Элли" и было понятно, что свободная вакансия достанется ей. Вокруг неё весь вечер крутились её коллеги, неудачники, которые изрядно напившись и...
Виктор проснулся. Полежав немного, чтобы разогнать остатки сна, он открыл глаза и взглянул на часы. Две минуты до сигнала будильника - неплохо он натренировался просыпаться вовремя. Интересно, имплант самодиагностики как-то может помогать в этом? Надо будет почитать, находили ли такие эффекты... Вспомнив про диагностику, Виктор взял в руки портативный терминал, лежавший на столике, и взглянул на экран. Все параметры в норме. Другого Виктор и не ожидал, он чувствовал себя отлично, но...
Андре покоится в темной утробе капсулы, как было уже много раз до этого. Он мог бы использовать вместо нее симуляцию. Можно было не только вызвать неотличимые первичные ощущения. Возможно временно изменить память, чтобы полностью отдаться обману. Но для Андре была важна вещественность капсулы, воды, маски. А вдруг это все-таки симуляция? Разве есть гарантия, что он не решил в прошлом обмануть, изменив соответствующим образом, сам себя? Как можно быть уверенным? Может, все его окружение за...
- Но дед говорил... - Какая разница что говорил дед?! Я тебе сейчас говорю, как будет, Трой! Трой, невысокий лохматый подросток шестнадцати лет, опустил голову. Его глаза бегали по полу, пытаясь что-то найти. Обычно с отцом у них не доходило до криков и грубостей, но сегодня что-то пошло не так. Предстоял важный день - они пойдут в магазин, где сын купит свою первую любовь.
В солнечных лучах сверкает белоснежная Арктика до пронзительно голубого горизонта. Виднеется единственное крохотное тёмное пятно на снегу, мы быстро приближаемся, это небольшое строение, полярная станция. Вдруг в небе появляется ещё одно тёмное пятно. Приближаясь, пятно стремительно вырастает в вертолёт, сажающийся у станции. (голос за кадром) Отправили как-то в Арктику трёх полярников жить на станцию.
Как то встретил я приятеля, Игоря. Дружили в детстве. А во взрослой жизни уж лет пять не пересекались. И странное дело, он меня не узнал. Пять лет, это не пятьдесят, чтоб не вспомнить старого знакомого. Я увидел его в торговом центре и, решив свалять дурака, подошёл к нему, словно не узнавая. Спросил, - сколько времени? Игорь посмотрел на меня, на свои часы, буркнул: 16.40, и собрался было идти дальше своей дорогой. Ну, так мельком-то, конечно, можно сразу не признать, - решил я и...
В сборник советской писательницы Натальи Сухановой (1931–2016) вошли восемь рассказов, опубликованных ранее в печати. В центре каждого — образ женщины, ее судьба, будь то старухи в военное время или деревенская девочка, потянувшаяся к студентке из города.
Рассказы Н. Сухановой — образец тонкой, внимательной к деталям, глубоко психологичной, по-настоящему женской прозы.
«Роддомам названий не дают. А я бы назвал какой-нибудь роддом «Делос». В память об эллинах, писавших о родах. В память о плавучем острове Делосе, который вопреки запрету Геры дал приют рожающей Лето́. В память о прекрасной двойне, рожденной здесь: Аполлоне и Артемиде». «Её «Делос» шибко мне лег на душу и по глубине своей, и по мужеству, и по целомудренности какой-то, вовсе не бабьей. Это рассказ тонкий, человечный и суровый в своей неотмолимой святой простоте, во всяком случае я давно не читал...
С утра у экономиста ремонтно-строительной конторы Людмилы Алексеевны было приподнятое настроение. Сегодня 7 марта, и к тому же четверг, а значит, во-первых, короткий рабочий день и впереди ещё три выходных, а во-вторых, на работе намечается вечер, посвящённый Международному женскому дню 8 марта. Сначала, как водится, будет торжественное собрание, речи, вручение грамот, концерт, а потом начнётся самое интересное. В комнате мастеров сдвинут столы, женщины разложат по тарелкам закуску, мужчины...
Светило солнышко, было утро летнего дня. Парнишка лет двадцати пяти в синей майке с надписью: "Я люблю", не спеша шел по дороге наслаждаясь музыкой, что звучала в его наушниках. "Да." подумал Игорь. "Если так дальше будет продолжаться, то можно уволится. Ни один магазин не хочет делать заявки." Тут его музыку и размышления прервал телефонный звонок. Отключив наушники и ответив на него, молодой человек услышал приятный, женский голос. -Здравствуйте меня зовут Виктория. Я звоню вам...
Кедровая колотушка, обтянутая шкурой оленя, неторопливо постукивала по бубну: бум-м! бум-м! Солнце ещё не показалось из-за холмов, но там, где оно нарождалось, встал прозрачный столб света и упёрся в розовое небо. Всё племя собралось на камлание. Напряжённые и испуганные, жители стойбища расселись вокруг, мой ученик - отдельно, ближе ко мне, а я не торопился, всё постукивал по гулкой коже, натянутой на каркас из кедра, рассечённого молнией, и пока молчал. Костёр я велел не разжигать, не нужно...
Муха маленький, но упорный. Перескочил сегодня через забор на ту сторону. Так-то ничего интересного, ну, может, почище как-то и шуму меньше. Никто не кричит да и не бегает. Из взрослых. Малышня-то такая же - и в песочнице, и на карусели. Хотя нет, тоже потише как-то: даже если с горки навертываются, не орут. И девчонки красивые. Но тоже тихие, сидят по одной и в смартики играют. Или прихорашиваются. Парни тоже есть, но странные какие-то, на девчонок похожи. Верно ребята говорили...
Это была обычная велосипедная прогулка. Велики мы взяли на прокат у местных курортных деятелей. Практика довольно распространенная в этой местности. Меня конечно больше влекло к байдарке. Очень хотелось попробовать сплав по местной горной реке. Но вернемся к прогулке. Выехали мы около пяти утра, дабы насладиться утренним туманом и свежим воздухом. Конечно, туман мы не застали, а вот свежий воздух, в лесу его было полно.
Осторожно пробраться сквозь кусты. Дом и манит, и пугает. Он несколько раз уже приближался к самому входу, но в последний момент трусил и убегал. Что это за место? Никого нет. И в тоже время - полно людей. Но чуждых, ненормальных: заторможенных, сонных, словно неживых. Надо спросить старших. Временами они снисходили до него и объясняли. Сперва все разузнать и только потом вернуться. А если это как раз то, что он так давно искал?
Стайка учениц - класс седьмой-восьмой - высыпала из дверей здания и, весело щебеча, покатилась прочь от школы. Через пару минут появилась еще одна девочка. Голова опущена, слезы на глазах, губы трясутся. - Нина! Ты почему раздета? - из школы выскочила невысокая полная женщина с сероватым плащом в руках. Девочка обернулась, схватила протянутый тренч и пошла дальше, закинув одежку на плечо. Женщина минуту смотрела ей вслед, потом покачала головой и скрылась в дверях.
Болото, со всхлипом, поглотило мой посадочный модуль. Хорошо успел сигнал спасателям послать. Угораздило же так попасть. Из-за сбоя навигационной системы унесло, чёрт его знает куда. Лес дремучий кругом, ёлки небо подпирают. Предчувствуя незавидную перспективу ночёвки среди болота, я заковылял ближе к лесу и, дойдя до опушки, замер. Из густой тени деревьев, выставив копьё, на меня смотрел негр. Я даже зажмурился. Показалось что ли? Нет, точно негр. Только в шапке ушанке и шубе медвежьей....
Сквозь расползающуюся каменную кладку старого покосившегося дома иногда просачивались всполохи яркого света. Но даже случайный прохожий через заросший терновником сад не смог бы увидеть этих вспышек и услышать выкрики, доносящиеся из дома. Там, вокруг очага, сооружённого посреди небольшой комнаты, стояли три фигуры в чёрных накидках. - Ваал Аханам, прими эту кровь, - раздался женский голос. - Прими! - взвыли остальные.
Леголасу правда нестрашно. Нет-нет, конечно, он совсем не боится ни этих ужасных глаз, выворачивающих его наизнанку, ни шипящих, ядовитых, полных ненависти слов, ни тонких пальцев с сотней колец, змеями обвивающих его шею. Ему честно-честно нестрашно сжимать в своих пальцах холодное лезвие, видеть темную кровь на белом мраморе, осторожно отмеривать каплю яда в собственный кубок и раз за разом натягивать улыбку, шепча, что все хорошо. Он правда не боится. Быть может, только самую чуточку.