Рассказ
Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О. Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни. «Джефф Питерс был готов спорить со мной без конца, едва только, бывало, зайдет у нас речь, можно ли считать его профессию честной. – Уж на что мы друзья с Энди...
Пародия, высмеивающая штампы, по которым создаются рассказы о светской жизни Нью-Йорка. В ее основу лег собственный рассказ О.Генри «Бляха полицейского О'Руна»
Рэмзен в рассказе «Бляха полицейского О'Руна» и Ван Суэллер из этого рассказа — одно и то же лицо.
Недолго осталось гулять на свободе самому плохому человеку в Париже Канайе Крюшону, более известному под кличкой Серый Волк. На его след уже вышел знаменитый сыщик Тикток.
Ранняя пародия О. Генри на бульварную беллетристику его времени, в данном случае великосветско-криминальный роман из парижской жизни.
Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О. Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни. «В Денвере Балтиморский экспресс брали с бою. В одном из вагонов удобно и даже с комфортом, как свойственно бывалым пассажирам, устроилась очень хорошенькая,...
Рассказы этой книги дают представление о творческой эволюции и о писательской манере Юдоры Уэлти, для которой характерно сочетание лиризма и иронии, комического и трагического. Юдора Уэлти (р. 1909) — замечательный мастер рассказа, уступающий в этом жанре разве что Фолкнеру — по праву считается одним из ведущих американских прозаиков. Уже первый сборник ее рассказов «Зеленый занавес» (1941) был высоко оценен Робертом Пенном Уорреном и Кэтрин Энн Портер. «Даже в самом коротком из ее рассказов...
Читать повести А. И. Куприна, хотя бы для того, чтобы подобрать новые синонимы к слову любовь, а также найти подтверждение мысли Сократа: «Любви женщины следует более бояться, чем ненависти мужчины. Это – яд, тем более опасный, что он приятен».
Он задержался перед домом Лири, посмотрел по сторонам, и тут в голову ему пришли слова, которые он где-то слышал: „Просчитанный риск“. Вот что лежало в основе его плана, если он сумеет его реализовать.
Он чувствовал, как учащенно бьется его сердце, и коснулся рукой лежащего в кармане пистолета, чтобы добавить себе решимости…
Древнейшие чувства: измена, ревность, любовь, от которой, как известно, до ненависти один шаг. Они зародились одновременно с человеком. Мужчина и Женщина – существа настолько разные, будто прибыли с разных планет. Ключик и замочек, две потерянные и ищущие друг друга половинки, два кусочка пазла среди сотен тысяч… Вероятность, что они совпадут, – ничтожна. Как мягко, бережно обтесать выступающие углы, чтобы не сломать друг друга?
Простые мужички-«чудики» с непростой судьбой, на которых всё ещё чудом держится земля русская. В жалких, как собачьи конурки, рабочих и совхозных курилках они решают глобальные задачи. Потому что кто, если не они?! Йеллоустонский вулкан, гигантский астероид, бурый карлик Нибиру, сдвиг магнитных поясов. Перегрев (парниковый эффект), обледенение (остановка Гольфстрима)… Адронный коллайдер, всемирный потоп, инопланетное вторжение. Экономический коллапс. Войны: ядерная в мировой масштабе и...
«Странная женщина, странная», – поёт певец. Это про них, моих женщин. Унылые возрастные тётки с авоськами, с далёкой от модельных параметров внешностью, они то и дело попадают в нелепые ситуации. Кто догадается, что под старомодными шляпками и крепдешиновыми платьями прячутся трепетные благоухающие розы, готовые щедро окутать избранника нежным ароматом любви?
Чего хочет женщина?
Большой и чистой любви. Куклы по имени Мужчина, не важно, что него (у неё?) другая семья (другая хозяйка). Хочу, и всё! А ещё денег, шубки, бриллиантов, телевизионной славы, квартиры в центре города, путешествий. Приключений на пятую точку. На худой конец, ванну – непременно розовую.
Иногда они возвращаются. Не иногда, а всегда: бумеранги, безжалостно и бездумно запущенные нами в молодости. Как правило, мы бросали их в самых близких любимых людей.
Как больно! Так же было больно тем, в кого мы целились: с умыслом или без.
Морозы убили всё живое. Сковали поля и реки, человеческие отношения. Запустели, заледенели, спят летаргическим сном сердца и души. «Крепитесь, люди. Скоро лето». Разбудит ли сонное, мёртвое царство долгожданная сорокаградусная жара?
Хорошо известная нам районная поликлиника. Это Храм, где жизнь безжалостно отделяет Главное, Настоящее от второстепенного, наносного. Боль, страдания, страх, надежда, ликующее выздоровление, рождение заново – или отчаяние и смерть. Нынче больницы из Храмов глумливо превращены в отхожее место, где измотанные врачи и униженные пациенты выясняют отношения. Как важно до последнего оставаться Человеком.
Сын всегда – отрезанный ломоть. Дочку растишь для себя, а сына – для двух чужих женщин. Для жены и её мамочки. Обидно и больно. «Я всегда свысока взирала на чужие свекровье-невесткины свары: фу, как мелочно, неумно, некрасиво! Зрелая, пожившая, опытная женщина не может найти общий язык с зелёной девчонкой. Связался чёрт с младенцем! С жалостью косилась на уныло покорившихся, смиренных свекрух: дескать, раз сын выбрал, что уж теперь вмешиваться… С превосходством думала: у меня-то всё будет...
Не приведи никому Бог такой старости. «У нас тоже, как на Востоке, уважают старость. Пока она на ногах. Пока возится в огороде, закатывает банки, нянчится с внуками, тратит пенсию на любимых детей. Переписывает на них квартиры, машины, гаражи. Как только старость обессилеет, сляжет и начнёт ходить под себя, – сыны и дочки немедленно вспоминают, что они никакой не Восток, а совсем даже наоборот: настоящая Европа. А в Европе, извините: дети сами по себе, родители сами по себе».
Кто-то сравнил раскрученных писателей со свинтусами, пробившимися к корыту. Места у кормушки мало. Свинтусы жрут, чавкая и давясь, толкаются, довольно хрюкают, презрительно поглядывая маленькими свинячьими глазками на тощих неудачливых собратьев по перу. Им не досталось места у кормушки… Это о писателях. Журналисты делятся на тех, кто чистит авгиевы конюшни – и на тех, кто из этих конюшен выезжает, гарцуя, на гламурном коне. Не факт, что на белом.
«Она на нас сыпалась, сыпалась, сыпалась: ледяная, обжигающая лица крупа. И вместе с порывистым ветром грозила нам гибелью. Вот так вчетвером и погибнем на этой холодной Канавке, а может быть, Мойке: засыпет, и все. Нет, я не шучу. Какие тут шутки, когда мы приехали увидеть дворцы, Летний сад, Эрмитаж, а нас и не встретили? Странно. А впрочем, наш друг, общий друг, ведь покинул Москву навсегда, его взял Товстоногов, теперь у юнца в голове одни тайны большого искусства, ему не до нас. А звал-то...
Он рожден в огне и на углях. Избит молотом и окутан паром. Он служил на ферме и уничтожал сорняки, но всегда знал что рожден для большего. Он менял хозяина за хозяином и прошел не одну войну. Он был погребен под землей, но вырвался наружу... для того чтобы стать легендой. Он — меч, по имени "Разящий".
Трагически погибший в сталинском концлагере беллетрист А. П. Каменский (1876—1941) в начале XX века приобрел громкую славу как проповедник полной свободы и естественности человеческих и, в частности, сексуальных отношений. В сборник включен его самый знаменитый роман-бестселлер «Люди» (1910), герои которого проделывают над собой рискованные эксперименты, проверяя в парадоксальных ситуациях разные обличья любви, похоти и страсти. В циклах его рассказов, включающих скандально нашумевших «Леду» и...
Если немного помечтать... Уборка орбит и ремонт спутников 50 рассказов, ранее печатавшихся в журнале «Если». Содержание: Леон Арсеналь. Мёртвая точка вселенной (рассказ) Кейдж Бейкер. Счастливого рождества! (рассказ) Стив Бейн. Информацид (рассказ) М. Шейн Белл. Зафиксируй! (рассказ) М. Шейн Белл. Дебетовое сальдо (рассказ) Эллен Гуон. Да услышит нас господь! (рассказ) Джефф Дантман. Драмлинский котёл (рассказ) Мэтью Джарп. Уборка орбит и ремонт спутников...
Были ли у нас свои Шерлоки Холмсы, настоящие сыщики-полицейские с большой буквы? Конечно же, были! И среди них первое место по праву принадлежит гению русского сыска Ивану Дмитриевичу Путилину (1830–1893). Вошедшие в легенду приключения Путилина — русского Шерлока Холмса — были описаны в книгах Романа Лукича Антропова, творившего под псевдонимом Роман Добрый. В них, так же как и в зарубежной шерлокиане, повествование ведется от лица друга Путилина — доктора, который помогает расследовать дела....
Джон Диксон Карр (англ. John Dickson Carr) (1906–1977) — широко известный и популярный писатель в жанре классического направления детектива. Публиковался также под псевдонимом «Картер Диксон». Он жил и писал как в Америке, так и в Англии, поэтому его иногда называют «англо-американским писателем». Один из лучших представителей «золотого века детектива». Известна даже крылатая фраза, введенная литературоведами: «В царстве детективов, где королевой признана Агата Кристи, премьер-министром,...
Сложно жить в советском государстве в 20-е годы! Вот только съездишь к знакомым на дачу, возвращаешься — а на твоей жилплощади обосновались чужие люди. Так пострадала Маруся: некто предъявил свидетельство о ее смерти и вычеркнул ее из числа живых. Разобраться с необычной проблемой поможет московский угрозыск, а конкретно — молодой сыщик Опалин…