- И какой это идиот мог сказать, что война все спишет!. Ну, нет! Война -жестокий бухгалтер. Она ни о чем не забывает и никому ничего не списывает и, наверное, долго еще будет хранить строгие свои счета.
Знаешь что? За нами следит и пытается убить столько людей, что мы стали главным городским средством от безработицы. Вся долбаная экономика Тал-Веррара зависит от нас.
Нет ничего более раздражающего, чем двое, хранящие общую тайну, тогда как ты – третий
Суть девичника перед свадьбой отчасти в том, чтобы отдать дань восхищения мужскому началу. А кто разделяет это восхищение? Женщины и геи.
Иногда сожаление проникает под самую кожу, чтобы обосноваться внутри, и тогда от него не убежать.
Когда речь идет о выгоде, и о серьезной выгоде, куда и воспитание исчезает?
Подходит официантка. Ходжес заказывает колу со вкусом вишни.
Норма фыркает:
– Кола? Вы вроде бы уже большой мальчик.
– По части выпивки я расплескал больше, чем вы выпили, дорогая, – отвечает Ходжес.
Пережившему стресс человеку нельзя позволять вариться в нем, это грозит усугублением психологической травмы.
Я сидела у окна, уткнувшись носом в стекло, и смотрела, как мимо пролетают леса и перелески, деревушки и поселки, автобусные станции и магазинчики. Люди на велосипедах, деды на телегах и женщины с колясками. В палисадниках цвели георгины и астры, мальчишки сидели верхом на велосипедах и ели мороженое, старухи шептались на лавках, опершись на суковатые палки.
А я уезжала, не зная куда.
С надеждой — совсем небольшой, — что когда-нибудь мне станет не так больно.
Ну хоть на это я имею право?
— Почему у тебя не было мужчин?
Я подавилась соком, закашлялась, разлила половину стакана на белоснежную скатерть.
— Осторожно! — Демон тут же разжал мои пальцы и отобрал несчастный стакан.
"… лучше утонуть в волнах прибоя, чем праздно стоять на берегу… "
...для этого и существуют правила. Чтобы ты хорошенько подумал , прежде чем их нарушить.
Одним из признаков наступившей зрелости является осознание того факта, что в жизни ничего нельзя переиграть. Что ход сделан раз и навсегда.
Увы, самоотречение и самопожертвование реже награждаются ответной любовью, чем ветреность, неверность, а то и паскудство.
маленькому человеку непрерывно нужно быть кому-то необходимым
Любимый мужчина, несомненно-очень важный атрибут жизни.
В нас происходит глубинный и закономерный экзистенциальный конфликт. Как кажется, мы являемся первыми существами на этой планете, кто переживает это осознанно.
– У меня есть дядя, – говорит профессор Калаш. – У него последняя стадия рака. Он обречен. Но никто не убивает его заранее. Он умрет, когда придет его час.
То, что все болезни от стресса, - это тебе не рекламная кампания успокоительных средств. Это печальная реальность. Наш организм может быть себе злейшим врагом.
Закат солнца – как конец жизни. Но там, где заканчивается одна, сразу же начинается другая.
– И вы, боярич, посчитали себя вправе вершить суд? Вместо законов божеских и людских?
Голос императрицы казалось заморозил всё в радиусе десятка метров, но Николаю было наплевать.
– Ну с законами божьими, я разберусь сам, а вот насчёт законов людских… Скажите, государыня, где написано в законах наших, что убивать запрещено? Я подскажу. Нигде. А написано, что за убийство полагается такое-то наказание. По сути, наше уголовное уложение - лишь список запретных удовольствий и расценки на него. Я, кстати, выбрал не самое дорогое, и готов оплатить полной мерой.
Тюльпаны-это единственные цветы,которые продолжают расти после того,как их срезали. Ты когда-нибудь смотрела на них внимательно? Они тянутся к солнцу, ищут его, открываются ему навстречу. Тюльпаны остаются сильными, даже если увядают. На их лепестках появляются морщинки, но от этого они не становятся некрасивыми. А потом эти лепестки падают, словно слезы.
Она из тех девушек, которую мужчина рад был бы привести к себе домой и познакомить с мамой. Если только его маме нравятся хладнокровные убийцы.
— Мама, в этой сценке я играла пьяную, одинокую, беременную студентку колледжа ...
— Но ты, по крайней мере, была беременна.
Известно, что история каждого народа начинается мифами. Не будем говорить о народах древнего мира; напомним более близкие к нам примеры: сказания о Пшемысле у Чехов, о Кроке и Лешках у Поляков и пр. Откуда главным образом берутся эти сказания? Из простой, естественной потребности объяснить свое начало, то есть начало своего народа и своей государственной жизни.