Да, не все получается так, как мы хотим. Но, должно быть, так нужно для нас. Ты говоришь: что делать? Жить. Что еще можно делать? Жить и стараться понять, зачем все получилось именно так.
Нам нравилось уходить туда, откуда уже не видно земли. На семнадцать миль в ясный день. Бывало шестнадцать, четырнадцать или десять, смотря по погоде. Мы вглядывались в горизонт.
- Ну вот! - говорил он, и я смотрел.
И видел, что он прав. Земли не было. Только океан. И никакого смысла уходить дальше - там везде будет одно и то же. Только океан, и корабль вздымается и падает, как дышит.
Мы двигались по волнам космическим кораблём в тёмном космосе.
При восточном ветре мог незаметно подкрасться шторм. Застать врасплох. Так врасплох застаёт нас жизнь.
Никогда не смейтесь над стариками и богачами - вдруг сами постареете или разбогатеете (первое вероятней).
– Существуют разные виды темноты, – вновь заговорил Риз. Я по-прежнему не открывала глаз. – Есть темнота пугающая, темнота успокаивающая, темнота, дарующая отдых.
Я мысленно представила их все.
– Есть темнота влюбленных и темнота наемных убийц. Она становится такой, какой ее хочет видеть взывающий к ней. Или какой она ему нужна. Сама по себе темнота не является ни абсолютно плохой, ни абсолютно хорошей.
Являясь скорее судьбой, чем ремеслом, занятие литературой порождало для каждого поколения формы святости и безумия, служившие образцами в течение долгого времени. То, что в средневековых сказаниях являли собой христианские мученики, аскеты, великие грешники, просветленные благодатью, теперь воплотилось в столь же исключительных личностях, таких, как Мандельштам, Селин, Сильвия Плат, Мисима. Томас Бернхард надеялся, что соседки по дому будут пугать им детей: «Будешь себя плохо вести, придет герр Бернхард и заберет тебя!!!» Сегодня писатели, наоборот, больше всего хотят, чтобы родители и дети любили их, как любят Деда Мороза (писательницы, ясное дело, стараются походить на добрую фею, при этом склонность к одариванию остается той же).
Тот, кто остался в живых, всегда чувствует себя виноватым.
Мыслительный процесс и сознание оказывают влияние как на поступки человека, так и на его тело. Наша свободная воля вовсе не иллюзия.
- Сынок, - мама оторвалась от меня и целенаправленно пошла на несколько растерявшегося от такого обращения, Рика. - Сейчас я тебя обниму.
Память у Суки была 128 гигабайт. Жизнь умещалась целиком, еще и оставалось место для музыки. Думаешь, ты своё прошлое помнишь, а помнишь на самом деле снимки, которые и так сохранены в мобильнике.
Теперь телефон такое в людях видел, что человек бы не разглядел. Можно стало вернуться, проверить себя.
"Всякий, кто считает,что бесконечный рост возможен на имеющей пределе планете, -- либо безумец, либо экономист", -- утверждает французский профессор Серж Латуш.
В литературных кругах распространено мнение, что любой человек несет в себе по крайней мере один роман. Сомневаюсь. Я знаю несколько мужчин и женщин, которые действительно несут в себе роман, но громадное большинство людей, которых я встречал, носят в себе, может быть, только одну фразу или, в лучшем случае, рассказ.
Я никогда не даю обещаний, если у меня есть хотя бы малейшие сомнения в том, что они могут быть исполнены.
Люди - женщины - очень опасны. Некоторые злые как волчицы, другие кроткие, словно косули, но не угадаешь, кто есть кто, пока они не подберутся достаточно близко.
Существует такое количество этих библио, что его можно сравнить с числом жителей Книгорода. Библионисты, библиодромы, библионеры, библиокласты, библиогеты, библиодонты, библиоготы, библиоспасты, библиоты, библиоклепты, библиометы, библиоганты, библиоманты, библиофасты, библиофанты, библиогомы, библиобилы, библиофаги, библиогамы, библио…
Если женщина плачет, то она конечно готовит козни.
Если хочешь как следует узнать характер человека — поставь его в тупик и посмотри, что он сделает. Или обвини в том, чего он точно не совершал.
Протокол Эмуляции Разумности Мандрейк – хитроумное заклинание, придающее видимость жизни чему-либо, что в действительности живым не является. Его используют при создании упырей, привидений и длинноногих манекенщиц. Если заклинание выплетено на совесть, жизнеподобие получается весьма убедительным.
Прошу вас, называйте меня просто Мильвио. Официальное обращение оставим для врагов и спесивых глупцов.
Теряя близких, мы все ищем виноватых.
Если ты чувствуешь в глубине души, что не заслуживаешь счастья, то должен понять одно: это чувство - точно такая же болезнь, как рак, и малярия, и грипп.
«И вот теперь что-то должно измениться. В какую сторону?...Но перемены такая мерзкая штука, которую тягостно и ждать, и принимать, и переживать. Не люблю перемены. Ненавижу...»
Как уважать ребенка, как научить его уважать других и самоуважению? Очень просто - надо признать его автономной личностью со своими желаниями, потребностями, вкусами. Надо соблюдать границы его личности. Есть Я и есть Ребенок. Ребенок не мое продолжение, а самостоятельная свободная личность. Ребенок не обязан соответствовать моим ожиданиям, разделять мои желания. Я - не приложение к Ребенку, а свободная личность. Родители не обязаны соответствовать всем его запросам и удовлетворять все его желания. Еще раз: есть Я и есть Ребенок. И важно сделать так, чтобы вместе нам было хорошо.
Удивительное изобретение человека — слово, вне зависимости от того, произнесено оно вслух или написано. Оно может вызвать гнев, восторг, радость, печаль, жалость, желание, страх, любовь. Передать ощущение холода, жары, голода, боли, эйфории, стыда.
"Подростком я тоже, насмотревшись всяких сопливых фильмов, верила в любовь с первого взгляда и родство душ. Но с годами я поняла одну удивительную вещь: любовь ты уже носишь в себе. Это сгусток энергии, который изначально находится внутри тебя, – что-то вроде шаровой молнии. И он тебя тяготит, потому что предназначен для кого-то другого, для отдачи. Только так шаровая молния сможет разрядиться. Поэтому ты ищешь такого человека, которому сможешь отдать свой огненный шар. Того, кому он окажется нужен. Того, в кого можно вложить эту томящую тебя энергию, разрядив ее, поделив на двоих… Того, кто захочет и сможет ее принять, испить ее, как жаждущий родниковую воду…"
И вот что здесь возразишь? Землю дали, замков кучу тоже, подданных выделили, коня обещают и портки чистые. Земля, правда, похуже, чем в зоне Чернобыльской: все замки добрые солдаты милостиво сожгли, зато подданные — народ проверенный: с такими куда угодно идти можно, на все наши два возможных направления — хоть топиться, хоть вешаться.