Грех уныния — самый страшный из всех грехов, так считала Ольга. Ведь уныние заставляет человека опускать руки, а если ты опустил руки — ты перестал быть бойцом и можешь смело ставить на своей жизни жирный черный крест.
- Снег - это хорошо... Он укрывает землю, залечивает раны. В Империи считают весну началом возрождения, а у нас зиму. И не просто зиму, а ту, что укроет снегом все земли.
- Почему? Сейчас, наоборот, все умирает.
- Умирает, - кивнул он. - Или возрождается... Снег дарит покой и умиротворение. Помогает принять решение и начать подготовку к новой жизни.
- И что здесь происходит?! - Не то, что ты думаешь. - И сколько осталось до того, что я думаю?
– Я и раньше смелый был! А знаешь почему? –
– И? –
– Потому что быстро бегаю! И когда ты трусливо за мной погонишься, то геройски улизну и отважно спрячусь! –
умная обиженная женщина – это гремучая смесь…
– Вы женщина, мадам. А женщины постоянно требуют счастья.
Навешивание собственных ожиданий от других в итоге всегда приводит к разочарованию...
Георгий Алексеевич Князев: "Я верю, и здесь я неисправимый мечтатель, что настанет такое время, когда войны не будет на земле".
Животное может быть свирепым или хитрым, но один только человек умеет лгать.
Сначала мы играем по их правилам. И побеждаем. А потом отдаём приз людям, которые вообще не признают правил.
Как, черт побери, можно быть настолько необычайно нормальным?
А самое худшее – испытывать завышенные ожидания по отношению к новым сотрудникам и предполагать, что они быстро их оправдают. По сути, вы тем самым обрекаете новичков на ошибку.
Мне необходимо было найти какой-то мост к людям, какой-то способ с ними ужиться, не будучи всегда слабейшим. Если другого пути нет, то, быть может, меня приведет к ним моя музыка. Не захотели любить меня — пусть полюбят мои сочинения.
Никогда не напрашивайтесь на несчастье, — бодро сказал Кадфаэль. — Ожидайте лучшего и ведите себя осмотрительно, а остальное предоставьте Богу.
Но я был тогда удивительно наивен и полагал, что большинство людей мечтает о том же, что и я. Как я ошибался, считая очевидным неприемлемость личного счастья вне контекста всеобщего душевного благополучия! Большинство об этом даже не догадывалось и при каждом удобном случае тянуло одеяло на себя.
Нынешний механизм выборов – это просто иллюзия сопричастности к жизни в стране, и при этом многие даже в этой иллюзии не хотят участвовать. Один хрен на выборы ходит только часть населения, из этой части только часть голосует за определенного кандидата, так где тут большинство?
- Знаете, вы не обязаны, - сказал Дарио. - Не обязана что? - Задавать вопросы. Вы не обязаны задавать вопросы лишь потому, что он в коляске.
Крайне трудно, пожалуй что и невозможно, удерживать в рабском повиновении людей образованных, думающих, обладающих множеством практических умений и навыков. Сообщество людей просвещённых быстро объединится против тиранов и сбросит с себя рабский гнёт. Другое дело — сообщество людей тёмных, суеверных, живущих за гранью нищеты, вынужденных все силы тратить на то, чтобы…
— Не сдохнуть с голоду и не навлечь на себя хозяйский гнев...
Касаюсь его губ своими. Но из нас двоих я удивляюсь больше, когда он сразу отвечает на поцелуй, обхватывая меня руками, прижимает к себе так крепко, что у меня начинают болеть рёбра. Он целует меня сам, раздвигая языком мои губы. Жадно, поспешно, будто этого хотел именно он, и хватается за возможность, пока она есть. По телу разливается жар, и я забываю, ради чего всё это начала, пока он забирает мой воздух, забываю, что ненавижу его и где мы вообще находимся. От него пахнет металлом и кожей.
-Любовь не станет терпеливо поджидать подходящего момента. Она нападает с тыла, причём тогда, когда ты меньше всего ожидаешь. -Тогда любовь - коварный подонок.
Честному человеку всегда сложно поверить, что его кто-то попытается обмануть
- Говоришь, две недели назад туда какой-то мужик въехал? Сильно страшный?
- Да не сильно. Руки, ноги, голова.
Многообещающий мужчина – тот, кто много обещает и ничего не выполняет.
И без людей человек не может жить и с людьми тяжко.
— Нет уж, мы сначала поговорим! Не хватало мне ещё твоего волка сейчас успокаивать.
— Поговорим?! — зло прошипела в ответ.
— Ты разговариваешь?! — опешило высокомерное Высочество.
— А вы собирались только себя слушать? — язвительно поинтересовалась у него.
— Так ты всё время могла говорить? — угрожающе шагнул ко мне Арвинский.