Обманулась налаженным бытом вокруг,посчитала, что попала к цивилизованным людям и напрочь потеряла осторожность! А тут от цивилизации только сортиры!
— Ох и неугомонная. Как у тебя вообще хватает сил попадать сюда.
— Оно само как-то, — пожала плечами Света.
— Я так и понял, — проворчал дед. — Что на этот раз? Жив еще мой внучок-то?
Света хмыкнула:
— Он у вас нервный очень. Чуть что — орет, — пожаловалась она, — а так ведь и удар схватить можно. И что мне потом с ним делать? Памперсы менять?
Постепенно у меня в голове созрела мысль: раз я уже не могу быть серфингистом, стану писателем.
Когда люди погружены в свои переживания, они могут быть слепы к эмоциям самых близких людей.
— Но я же тебя не просила об этом. Он смахнул влагу из глаз и отвернулся от неё, смотря на последствия своего «доказательства». — Ещё бы. Если бы ты попросила, то все Кошмары в округе точно бы передохли.
Иногда в жизни Писателя появлялась какая-нибудь женщина, которая казалась ему менее неприемлемой, чем остальные, она объявляла войну уродливой и неудобной старой мебели, загромождавшей дом, ругала стулья с высокими жесткими резными спинками и протертой, раздерганной на нитки парчой сидений, книжные шкафы из черного дерева, источенного извилистыми ходами червей, узкий гроб стоячих часов в коридоре с давно уже неподвижным медным диском маятника. Но женщины приходили и уходили, а мебель оставалась.
«Винсент приехал на следующий день ближе к ужину. За это время я успела накрутить себя по полной. Много ли надо женщине – пять минут и правильная мысль. Вообще-то я успела сделать это нескол»
Но, захватив с собой самые необходимые вещи - всего один чемодан и пару сумок, - я отправилась в тот самый посёлок
-Положим он умён, он гений! - говорила она, - да что же это доказывает? После этого всякий может надеяться быть моим зятем?
«если ты не можешь извлечь из мира ничего лучшего, извлеки из него по крайней мере хороший обед»
Выжить любой ценой. Эти слова были ниточкой, которая держала меня. Ниточкой, к которой я привязывала жизни своих пациентов. Выжить любой ценой, твердила вместо молитвы. По капле, по звуку вливая это правило в тех, кого оперировала. Я старалась заразить их этой фразой, сделать ее якорем для тех, кто лежал передо мной на операционном столе. И мне это удавалось. Почти всегда.
Только потеряв свою так называемую «репутацию», вы начинаете понимать, какая это обуза и как хороша приобретенная такой ценой свобода
Запомни навсегда вчерашний день — его нельзя забыть, потому что он самый важный день в моей жизни. Да и для всякой девушки тот день, когда ее впервые поцеловали, — самый важный день!
Чтобы путешествовать, надо иметь дом, откуда уезжаешь и куда возвращаешься.
На свете только одно настоящее зло; находиться где-нибудь, откуда не можешь уйти.
Люди ошибочно принимают измерение за понимание. И они вечно ставят себя в центр вселенной. Таково их самомнение. На земле становится теплее — это наверняка наша вина! Гора уничтожает нас — мы не умилостивили богов! Слишком много дождей, слишком мало дождей — как приятно думать, что все это как-то связано с нашим поведением, что если бы мы жили лучше, чуть скромнее, то наша добродетель непременно была бы вознаграждена. Но на Плиния сейчас надвигалась сама Природа — непостижимая, всепобеждающая, равнодушная, — и префект увидел в ее пламени всю тщетность человеческих притязаний.
— Никакой изюминки нет. Душа отморозков черна, как ночь, и не пытайтесь усмотреть в ней проблески света. У неё нет оттенков. Такая душа жаждет только одного – любой ценой получить то, чего ей вдруг захочется.
Иногда лучше желать, чем получить.
Врачи не верят в астрологию и пьют коньяк, в приготовлении которого луна не участвует.
Интересно, что бывает, когда мы умираем? По-моему, это медленное, не зависимое от тебя помутнение сознания, своего рода молчаливое опьянение, после которого уже не отрезвеешь. Действительно ли отец держал Хетти за руку и просил ее не беспокоиться, или же она придумала эту сцену? Как мы умираем? Хотелось бы знать. Быть подготовленным.
Страх-не повод не делать.
Отложенная любовь - усиливающаяся похоть.
Первая жена Билла презирала его за симпатию к врачам — думала, Билл примеривается, как бы ее пережить.
Я выдохнула, чувствуя легкое головокружение и слабость после долгой болезни. Может, и правда пора перестать геройствовать?
– Надо же! Разумная моя герцогиня, – отозвался Рей. – Знал ведь, кого выбирать в жены!
– Ха ха ха! – медленно и отчетливо посмеялась я в ответ и даже остановилась на миг, откинув волосы с лица. – Выбирал он! Кого сказали, того и взял! Тоже мне выбиратель нашелся.
По словам Джорджа, чтобы узнать, готовы ли спагетти, нужно достать макаронину из кипящей воды и швырнуть ее в стену. Если прилипнет, значит, сварились.