Нет плохих рас, наций или национальностей. Есть просто плохие люди. Плохие драконы, оборотни или виверны. Не важно кто. Есть плохие, а есть хорошие особи и это никак не связанно ни с цветом кожей, ни с сексуальными предпочтениями, ни с умением или неумением менять ипостась.
Пока я мыслю, я не псих, и пусть мысли мои больше похожи на бред сумасшедшего, но пока я могу упорядочивать хаос в своей голове, буду априори считать себя нормальным.
Жалость — самое гнилое чувство. По мне, так пусть меня лучше ненавидят, чем жалеют. Ведь ненависть, она настоящая, а жалость можно сыграть, да и порой принять ее иначе, приручить ею…
Проблемы надо решать, а не топить их в собственных слезах.
– Нет, дорогая, – парировал Нуди, – истинно верующий христианин знает: за порогом земной жизни начнется загробная, душа вечна, она либо улетит в рай, либо попадет в ад. Надо ликовать, когда скончался близкий человек, он наконец-то избавился от бренного тела, забыл про болезни, страдания и гуляет по райским кущам,…
Хорошее воспитание — это в том числе и умение лгать по любому поводу, скрывать свои мысли и делать то, чего не хочешь. Воспитанный человек очень удобен для окружающих и весьма неудобен для себя.
Не расстраивайтесь, если к вам удача пока не заглянула, вероятно, завтра вы вытащите из обычной лужи золотую рыбку. Кстати, непременно попросите у нее крылья. Те, кто научился летать, уже никогда не захотят ползать на коленях.
Если хочешь быть красивой, не переусердствуй!
Никогда не позволяй страху завладеть тобой. Если боишься выйти ночью из дома, то через некоторое время струсишь ступить за порог днем. Нельзя кормить свой страх, он разжиреет и тебя задушит.
У полезной еды имеется лишь один недостаток: ее невозможно есть.
Потому что неправда, будто у нас нет роскоши. Есть: свобода и надежда. Мы живем с людьми, чьи умы принадлежат им самим, кто не признал господства треножников и кто, терпеливо вынеся многие лишения, готов был к войне с врагом.
Лужи – озера, когда следуешь чужим желаниям. Озера – лишь лужи на пути к истинному желанию сердца.
"Мне стало совсем нехорошо. Неужели я похожа на папашку? Вот беда! Вообще говоря, до последней минуты я считала себя вполне симпатичной особой."
Неприятности никогда не приходят внезапно. Добрая судьба всегда посылает нам предостережения, иногда завуалированные, в виде вещих снов или странных предчувствий, либо откровенно прямые, но большинство людей просто не понимают, что Мойры их решили предостеречь, и отмахиваются от этих знаков, словно от назойливых мух.
– Это их «опель»!..
– Очень, очень хорошо! – мстительно пропел Нартай и резким броском двинул танк вперед прямо на ни в чем не повинный автомобиль. – Сейчас я ему устрою техническое обслуживание по первому разряду!!! Держись крепче, мужик!..
Если бы самоубийцы знали, каково на самом деле умирать, большинство из них мигом бы позабыло о глупостях.
Если ваш муж в воскресенье смотрит по телевизору подряд три футбольных матча, то он напоминает живой труп.
Как только милые голоса администраторш сообщали тарифные ставки, меня начинала душить не просто жаба, а огромный динозавр.
Хуже нет, чем иметь дело по службе с людьми.
Вчера заглянула на рынок и, идя по ряду, где продается сантехника, увидела ценник «Унитаз сидячий на одну персону». Был позыв подойти к продавцу и спросить: – Парень, а мне нужен стоячий, для двоих, где купить?
– Юрасик, подскажи, где Олег? – По бабам пошел, – заржал приятель. – Маловероятно, – вздохнула я. – Почему? – продолжал дурачиться Петров. – Видишь ли, Олега интересуют только две категории дам. Одна – это те, кто вступил в игры с Уголовным кодексом, а с подследственными он шашни не заводит. – А вторая? – хихикнул Юрка, –…
Не задавай дурацких вопросов - не получишь дурацкие ответы. Чем больше внимания старается к себе привлечь человек, чем больше усилий в это вкладывает - тем больше проблем накоплено в его подсознании. В горе люди делятсяна две категории: на тех,кто не желает горем делится , и на тех, кто готов разнести его по городам и…
Через три минуты мы со старухой знали все. Она про меня, я – про Абрама. Никакой он не «Абрам». Он – обычный еврей Виталий из Ленинграда, где был каким-то доктором, а сбежав полтора года тому назад в Мюнхен, здесь переименовался в «Абрама» и сразу же заговорил на русском языке с еврейским акцентом, которого у него никогда не было и быть не могло, потому что он совсем еще молодой человек – ему не больше пятидесяти, а у молодых людей, родившихся и выросших в Ленинграде и Москве, акцента не бывает!
Попав за границу своей искореженной и изгаженной родины, наш интеллигент с необычайной, всепрощенческой силой пронзается таким высоким градусом сентиментального патриотизма, что вытравить из него это прекрасное заблуждение, наверное, невозможно до смерти.
– Спасибо, товарищ полковник. Я коньяк не пью.
Он даже дымом поперхнулся:
– А ты почем знаешь, что у меня коньяк?!
Я даже обиделся. Пожал плечами и говорю:
– Что же я – пальцем деланный, товарищ полковник?
А он посмотрел на меня так задумчиво и говорит:
– Да, нет… Тебя хорошо сделали. Как надо… Вот поэтому-то я и хочу тебе поручить одно важное и совершенно секретное задание.