Тьма скрывала ошибки.
Тьма дала индульгенцию на ликвидацию любых запретов.
Тьма позволила стать кем-то другим.
– Но я слушал твое сердце. Оно всякий раз стучало быстрее для меня!
– Сердцу можно верить...
– Мой отец всегда шутил, что наспех получаются только девчонки, – огорошил Рину заявлением, одновременно сильным толчком проникая в уже влажную глубину ее тела. – Так что поспешим!
старуха Гунилла, вместо того чтобы сидеть дома и пасти внуков, как подобает приличной прабабке, удумала тряхнуть стариной и подрядилась гребцом на корабль морских разбойников.
Поступавшие на парагвайскую военную службу русские зачислялись на довольствие и после двухнедельной адаптации получали назначение. Из 86 офицеров, служивших в парагвайской армии, 2 имели чин генерал-майора, 8 – полковника, 4 – подполковника, 13 – капитана и 23 штабс-капитана русской армии. Как правило, заслуженные боевые…
Первые оперативно-стратегические выводы из опыта Чакской войны сделали японцы, которые первые осознали, что маневренность частей стала фактором, определяющим исход многих военных операций. Страна Восходящего Солнца внимательно присматривалась к Парагваю, как одному из рынков. Одновременно с этим изучался и опыт Чакской…
Не стоит ворчать на судьбу и требовать от нее многого. Она – дама капризная, и если ее брать за горло, может такое отчебучить, что мигом пожалеешь о своей жадности.
Наверное, большая проблема современного общества в том, что тебе точно говорят, каким ты должен быть, что ты должен любить, как ты должен говорить, одеваться. Это уводит человека от себя, и там, в стороне от себя, он несчастен. Павел Лунгин
Развод - это не конец жизни.
Судьба сама знает, какие мотивы преследует, посылая нам испытания. За каждую пролитую нами слезу, рано или поздно, она вознаградит тебя сторицей, сменяя черную полосу на белоснежную дорогу, ведущую к счастью.
Перед сном, я долго думаю над тем, как же легко люди раздают обещания, и как же порой тяжело пережить тот факт, что их слова не стоят выеденного яйца…
Нет ничего хуже обиженной женщины, заручившейся поддержкой хорошего адвоката.
Есть своя прелесть в осознании, что ты обладаешь той, кто прекрасно знает себе цену. Это заставляет держать себя в тонусе.
“I think I would not have been a bad king.” “Telemachus the Just,” I said. He smiled. “That’s what they call you if you’re so boring they can’t think of something better.”
"...добродушный (пристрелит только по необходимости и совершенно беззлобно)"
"Это же просто, как два байта переслать!"
"...лучась улыбкой, как брусок обогащенного урана: естественно, непрерывно и беспощадно"
"Ассоциации насчет своего местоположения у него были исключительно проктологические"
"Прошлая (она же пока единственная) зарплата оказалась такой долгожданной, что удержаться и не развести ее на то, в чем космолетчики долго себе отказывали, было невозможно. К тому же половину денег Полина торжественно отправила маме, чтобы та наконец успокоилась: если ее дочку и распродают на органы, она, по крайней мере, в доле."
"– Йяу-у-у… – печально всхлипнула кошка под баком и, приятно удивленная акустикой, уже увереннее продолжила: – Йа-йя-а-ау-у-у!"
Судьба сама знает, какие мотивы преследует, посылая нам испытания. За каждую пролитую нами слезу, рано или поздно, она вознаградит тебя с торицей, сменяя черную полосу на белоснежную дорогу ведущую к счастью.
Если какая-то связь рвется – не исчезает или растягивается, а именно рвется, разбивается вдребезги, – ты можешь чувствовать себя несчастным и сожалеть, но бесполезно воображать, будто все поправимо, и надеяться, что возврат к прежним отношениям возможен, это никому еще не удавалось; даже если усилия прилагаются с обеих…
She felt not only as if she were dead now, but that she'd always been dead, and had only dreamed of being alive, and that there was no life in the dream either: it was only the meaningless and indifferent jostling of particles in her brain, nothing more.
- Люди - самые страшные существа из всех обитающих в этом мире. - Да. А война - самое страшное их изобретение, о котором благодаря мне опять вспомнили.
– Выбираете ткань для занавесок? – полюбопытствовала я, разглядывая разнообразие тканей.
– Обивку для гроба. –
Я поперхнулась на вдохе.
– Ты не ослышалась, – фыркнула Брунгильда, опускаясь в кресло по другую сторону столика. – Хочешь достойное погребение – подготовь его сама. Иначе похоронят в ящике и в белых тапках. –
– А чем плохи белые тапки? – осторожно уточнила я, с трудом сдерживая нервный смешок. Ничего безумнее в своей жизни не обсуждала!
– Милочка, тебе явно недостает опыта, – неодобрительно поцокала она языком.
– Точно не в похоронных делах. –
– Настоящая ведьма ляжет в гроб только в черных туфлях с каблуками! – отрезала она.