«А вдруг я изменюсь?» — спросила она много лет назад у гадалки в надежде, что ответ поможет ей избежать горя и неудач. «Обычно люди не меняются», — ответила ей та.
И прежде, чем Хортима перевернули на живот, он увидел отвратительно красивое грозовое небо. Розовато-оранжевая полоса заката проглядывала сквозь темно-синие тучи, которые сходились с волнами, извергающими вверх столпы пены. Волны шипели, льнули к щитам, щипали борта и норовили распластаться по палубе, затопленной дождем.
А толпа – стадо, она не может накопить и сохранить информацию.
Где-то в мире есть религия, считающая, что все мы умираем дважды: первый раз – обычным способом, а второй – когда умрет последний человек, который близко нас знал, и с земли исчезнет последняя память о нас.
Характерец-то, характеришка-то у нас особенный. Не так ли? У кого, например, ещё существует милейшая поговорчка „сор из избы не выносить“? Кельты, норманны, саксы, галлы − вся эта свора избы, небось, свои очищала, вытряхивала сор наружу, а вот гордый внук славян заметал внутрь, имея главную цель − чтоб соседи не видели. Ну, а если все эти гадости из национального характера идут, значит, всё оправдано, всё правильно, ведь мы же и говном себя называем, а вот англичанин говном себя не назовёт.
Может, женщин потому и прозвали слабым полом, потому что на них проще все скинуть?
Максим Пулемет резко перестал жевать, перевел взгляд с тарелки на собеседника, и по его заросшему щетиной брутальному лицу медленно расплылась добрая, по-детски непосредственная, такая нежданная улыбка, от которой Стасу сделалось вдруг так легко и спокойно на душе, так беззаботно и радостно, словно никакие беды и тревоги не способны были поколебать мир, в котором живут такие добрые великаны.
– Херня, – сухо констатировал моментально помрачневший Максим, и сказочное наваждение тут же исчезло.
Мысли - это то, чем мы наказываем самих себя, и никуда от них не деться.
Хорошо излагает.
Душевно.
А главное, именно то, что князю хочется слышать.
Образование и воспитание ценились Аробинном наравне с прочими атрибутами ремесла ассасина, поскольку слова способны убивать не хуже мечей.
Лолину и Ривалиса отправляли в реальность Тамилия в королевский дворец к придворному алхимику. Лола огорчилась, так как с нее и замка родителей было достаточно, но деваться было некуда. Гастона, Каришу и Ялину – в реальность Бевас к какому-то герцогу и его библиотекарю. Ялина и Кариша радовались, а Гастон скрипел зубами от расстройства. В общем, всех нас направляли в разные миры
– Нет, твой муж был более красноречив в своих высказываниях, – неожиданно задорно улыбнулся мужчина. – И да, обязательно исполнит обещанное, если откажешься. Он, как я понял, слов на ветер не бросает. Если сказал что-то, значит обязательно исполнит
Девушкa, утерев слёзы, поднялaсь нa ноги, медленно отступaя. В теле чувствовaлись слaбость и морaльное опустошение. Онa знaлa, что её сейчaс нaкaжут зa непослушaние, ведь супругa министрa финaнсов позволялa слугaм рaспускaть руки в отношении Дэмии и её мaтери
Конечно, мой кот мне дорог, но, если бы выбор стоял между его жизнью и необходимостью понюхать собственную задницу, ему пришлось бы отправиться на небеса.
А господин детектив, чтоб его сожрала подземная тварь, нависает теперь надо мной. Еще и пальцы на горло положил, явно с целью удушения.
- Мертвяков никто не любит.
- Их Эдгар Аллан По любил.
– Хозяин, неужели мы прервали морское путешествие из-за маленькой золотой безделушки?
Он так долго молчал, что я уже отчаялся услышать ответ. Но он наконец отозвался:
– Морской компас – тоже безделушка… Но если стрелка начинает бешено вертеться – не надо быть Прорицателем, чтоб заподозрить неладное…
Покупатели ошибочно считают, что продавцы из-за своей кассы за ними не наблюдают. Поэтому многие позволяют себе даже красть товары, намеренно или случайно.
Кроме того, у вас есть сильный соперник. Она не сможет любить обоих — и вас, и Бога.
Я помню вкус самой дешёвой лапши и то звериное чувство, когда у тебя нет ничего, кроме собственного упрямства и злости.
Во время работы в «Tokyo Ad» у него было ощущение, что он умер: дни — один за другим — проходили в суперсовременном, чересчур ярко освещенном офисе, где все были одеты по последней моде и занимались непыльной работой. А сейчас он, наверное, являет собой странное противоречие — человек, решивший умереть, сидит, потягивает коньяк и, наплевав на смерть, что-то еще ожидает от будущего.
Мы застыли над треснутой льдиной, и лишний шаг может увеличить разлом, утопив нас под толстым слоем размолвок.
Зоя – моя болезнь, она же – лекарство.
Вот только слишком часто мечты сбываются криво и косо, словно услышавший их ангел был тугоух
Нет лучше способа провести время, когда соскучишься: уснешь, а там, глядишь, куда и скука девалась.