Цитаты
284389
admin
добавил цитату
из книги
«Ярмарка тщеславия»
7 лет назад
не раз бывало, что какой-нибудь ослепленный пастушок по ошибке принимал бесчувственность за скромность, тупость за девичью сдержанность, полнейшую пустоту за милую застенчивость, - одним словом, гусыню - за лебедя!
— Знаешь, — прошептала она, — мы все катимся прямиком в ад.
— Ты права. — Масако невесело усмехнулась и кивнула. — Это то же самое, что съезжать с горки без тормозов.
— Хочешь сказать, что остановиться уже невозможно?
— Нет, остановка будет… когда во что-нибудь врежешься.
«Во что же врежемся мы? — подумала Йоси. — Что ожидает нас за поворотом?» Она невольно передернула плечами.
Впервые на русском — знаменитый психологический триллер, ставший международным бестселлером, современный японский вариант «Преступления и наказания».
Преступление страсти объединяет четверых работниц ночной смены с фабрики быстрого питания. Противостоит им владелец ночного клуба, мафиозное прошлое которого скрывает еще более кровавый секрет, а неутолимая жажда мести грозит, вырвавшись из узды, перейти все границы…
Мне думается, что жизнь, в идеале, должна быть похожа на менуэт, или на виргинскую кадриль, или на тустеп – чтобы этому можно было без труда научиться в школе танцев.
Брат и сестра Уилбер и Элиза Суэйн, герои романа «Балаган, или Конец одиночеству», в глазах родных и близких внешне безобразные и умственно неполноценные люди. Но они оригинально мыслят и чувствуют, когда делают это сообща. Вместе они гениальны. После насильственного разделения их удел – одиночество. Даже став президентом страны, будучи на Олимпе власти, Уилбер не смог преодолеть барьер одиночества.
“Часто, когда Дэвид и Гарриет лежали, повернувшись липом к лицу, казалось, что в груди у обоих распахиваются дверцы и наружу изливается мощный поток успокоения и благодарности, которые их по-прежнему удивляли”
Гарриет и Дэвиду с самого начала удается осуществить прекрасную мечту всех молодоженов: у них есть большой и уютный дом, стабильный доход, четверо счастливых и прелестных ребятишек и куча любящих родственников. Каникулы в их доме — изобильные праздники жизни и семейного счастья. А потом у них появляется пятый ребенок, ничего сверхъестественного… Но вот человек ли он?
Подошёл Голли с девушкой под ручку и тычет на Вольфганга; тот медленно вытанцовывает и обнимает всякого, кто проходит мимо.
– Вольфганг-то – настоящий – говорящий – кровь леденящий, офигенный чувак!
Прежде чем выпустить в 2004 году «Порно» — продолжение его нашумевшего дебюта «На игле», — знаменитый разоблачитель «героинового шика» Ирвин Уэлш написал «Клей». Клей — это не только связующее желеобразное вещество, вываренное из остатков костей животных; четырехполосный роман воспитания, доподлинный эпос гопников и футбольных фанатов, трогательная история о любви и дружбе.
АК68
добавил цитату
из книги
«Том 1»
6 лет назад
Но и после густого супа в потеплевшем желудке оставалась сосущая боль – мы голодали давно. Все человеческие чувства – любовь, дружба, зависть, человеколюбие, милосердие, жажда славы, честность – ушли от нас с тем мясом, которого мы лишились за время своего продолжительного голодания.
- Они плохо стреляют, мой генерал, - невпопад отвечает Марбо.
- Стреляют, может, и плохо, но попадают - превосходно! У нас уже двоих ранило.
Роман «День гнева» посвящен краеугольному событию испанской истории — мадридскому восстанию 2 мая 1808 года против Наполеона, безжалостно подавленному французскими войсками и послужившему толчком к долгой Франко-испанской войне и возрождению испанского самосознания; восстанию, известному всему миру по картине Ф. Гойи «Расстрел повстанцев в ночь на 3 мая 1808 года». С непревзойденным мастерством Перес-Реверте разворачивает перед читателем панораму охваченного бунтом города, любовно выписывает...
I should have thought practically anybody could be bedworthy, if she put her mind to it - I mean, even if she hadn't much mind to put.
«Во всем виноват лишайник» рассматривает проблемы, которые ставит перед человечеством случайное получение вещества, дающего бессмертие. Бессмертие всегда манило людей своей призрачной недостижимостью. Но когда оно рядом, оказывается, что овладеть им не так просто.
- Главное — ее незапятнанный идеализм. Мне вспомнилось, какие мы сами были прежде. Помнишь, Рэй?
— Прости, Чарли, но, сколько помню, идеалистом ты не был. Вот эгоистом и гедонистом — это да…
От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня», — первый в его блистательном послужном списке сборник рассказов. Эти пять поразительных историй о волшебной силе музыки и сгущающихся сумерках объединены не только тематически и метафорически, но и общими персонажами, складываясь в изысканное масштабное полотно. Здесь неудачливый саксофонист ложится на пластическую операцию в расчете, что это сдвинет с мертвой точки его...
Почему каждый злодей рассказывает свою историю прежде, чем поставить в ней жирную точку? Потому что любой человек, даже преисполненный желчью и ненавистью ко всему живому, хочет быть понятым.
Одри больше не бежит от прошлой жизни. Теперь она – полноценная Верховная ведьма, которая готова собрать новый ковен.
Одри должна защитить Шамплейн от нерадивых родственников и вернуть Коулу утерянное. Ради этого она пойдет на все. Даже на то, чтобы освоить темную магию Шепота, отправиться в дикий ковен пустынных ведьм и заключить еще одну сделку с Дьяволом.
Но как при этом не потерять свою душу? Или рассудок…
Как и многие мужчины, на самом деле он являлся мечтателем.
Таинственное убийство в спортивном клубе Дакуорт явилось первым звеном в цени зловещих преступлений. Корни этого злодейства столь глубоко проросли в прошлое, что доктору Фаруку Дарувалле пришлось переосмыслить всю свою жизнь, чтобы дойти до истоков трагедии.
Любовь - форма предвзятости. Любишь то, в чем нуждаешься, любишь то, от чего тебе хорошо, любишь то, что удобно.
Чарльз Буковски – культовый американский писатель XX века, чья европейская популярность всегда обгоняла американскую (в одной Германии прижизненный тираж его книг перевалил за два миллиона), автор более сорока книг, среди которых романы, стихи, эссеистика и рассказы. Несмотря на порою шокирующий натурализм, его тексты полны лиричности, даже своеобразной сентиментальности. Буковски по праву считается мастером короткой формы, и единственный в его позднем творчестве сборник рассказов, “Музыка...
воцаряется тишина, и проблема повисает в воздухе, тем временем вонючие притоны заполняются разочарованными и отверженными; бедняки умирают в богадельнях от нехватки врачей; тюрьмы так переполнены оступившимися и заблудшими, что не хватает коек, и заключенные вынуждены спать на полу, приносить утешение — значит совершать милосердный поступок, действие коего длится недолго, и сумасшедшие дома набиты битком, потому что общество играет людьми, как пешками…
чертовски приятно быть интеллектуалом или писателем и наблюдать за всеми этими мелочами, пока САМОГО не прихватит за жопу, вся беда интеллектуалов и писателей в том, что они ни черта не чувствуют, кроме собственного комфорта или собственной боли, что, в общем-то, нормально, но гнусно.
Чарльз Буковски — культовый американский писатель XX века, чья европейская популярность всегда обгоняла американскую (в одной Германии прижизненный тираж его книг перевалил за два миллиона), автор более сорока книг, среди которых романы, стихи, эссеистика и рассказы. Несмотря на порою шокирующий натурализм, его тексты полны лиричности, даже своеобразной сентиментальности. Буковски по праву считается мастером короткой формы, и его классический сборник «Истории обыкновенного безумия» — яркое тому...
Сюсюканье — язык универсальный. Слова везде разные, а звук и значение — одинаковые.
У большинства людей есть друзья детства. Иисус Христос некогда тоже был человеком, и друг детства у него имелся — по прозванью Шмяк. Что очень кстати, ибо детство и юность Сына Божьего окутаны мраком. Точнее, были окутаны — до того момента, как силы небесные решили вернуть Шмяка на землю, дабы он написал правдивую историю первых тридцати трех лет жизни своего божественного друга. С младенчества Джошуа (более известный как Иисус) знал, что избран и что папа у него не из рядовых. Не знал юный...
admin
добавил цитату
из книги
«Это моя война, моя Франция, моя боль. Перекрестки истории»
7 лет назад
Каждый утешается как может.
Морис Дрюон — один из самых знаменитых французских писателей — никогда не запирался в башню из слоновой кости, не был писателем-отшельником. Всю свою долгую жизнь он был окружен столпами искусства, политики и просто неравнодушными людьми. Вместе с ними он искал пути в будущее. Он видел войну, разбивающую романтические мечты, и понял, что многие носят внутри себя чудовище, которому нельзя давать пищу. Он наблюдал за своим временем не только с восторгом, но и с тревогой. От Мориса Дрюона,...
Скажите, вам самому не кажется нелепым, что судьба государства может зависеть от того, кто варит королю шамьет или фехтует с ним по утрам? Как-то это странно.
– Судьба королевства порой зависит от поразительных пустяков, милорд, – вздохнул Аранвен. – От красивого женского личика, от сказанного или, напротив, не сказанного слова. И даже от выпитой не вовремя бутылки карвейна. Судьбу страны творят люди, милорд Фарелл, а они редко руководствуются чистым разумом, гораздо чаще – чувствами.
«Грани безумия» – фантастический роман Даны Арнаутовой и Евгении Соловьевой, первый том третьей книги цикла «Королева Теней», жанр романтическое фэнтези, приключенческое фэнтези, эпическое фэнтези. Правление нового короля постепенно вытаскивает Дорвенант из пучины бедствий, но счастлив ли сам Аластор? Грегор Бастельеро готов на все ради Айлин, но почему она все реже улыбается? В Академии появилась крайне подозрительная личность, и Совет Магистров то и дело противодействует своему главе… ...
Вечные вопросы умнее не стали - на то они и вечные.
Повесть "Шлем ужаса" стала результатом реализации международного проекта издательства Canongate, которое обратилось к самым ярким и популярным писателям современности с предложением переписать на новый лад ряд мифов. Наряду с Виктором Пелевиным в этом проекте принимали участие такие известные зарубежные писатели как Дженет Уинтерсон, Умберто Эко, Карен Армстронг и ряд других признанных мастеров своего жанра. Виктор Пелевин так рассказывает о своей работе над новой книгой: "Это очень...
Люди всегда просят о помощи так, что этого сразу и не поймешь.
Англия, конец 90-х. Два брата, Алек и Ларри, встречаются в доме матери, в котором не были много лет. Первый — литератор и переводчик, второй — спортсмен и киноактер. Тень былого омрачает их сложные отношения. Действие романа перемещается из страны в страну, из эпохи в эпоху, от человека к человеку. Один из тончайших стилистов нашего времени, Эндрю Миллер мастерски совмещает в своем романе пласты истории, просвечивая рентгеном прошлого темные стороны настоящего. Роман заслуженно вошел в...
Чувства человека можно сравнить с воротами. Но в определенном смысле они - полная противоположность воротам: ворота запираются перед набегом и широко открыты, когда нам ничего не грозит; органы чувств, напротив, притворяются, обмирают в состоянии покоя и раскрываются нараспашку, когда нам грозит опасность. Счастье - тоже угроза для чувств, потому что когда человек испытывает его, чувствам трудно это вынести, они трещат, грозя не выдержать и распасться. Увы, чувствам не всегда удается из всех опасностей выделить опасность счастья, ведь оно желанно. Не всякий ведь может его вынести.
Саулюс Томас Кондротас (род. 1953 в Каунасе) – литовский прозаик, сценарист, автор трех романов и пяти сборников рассказов и повестей. Преподавал философию в Вильнюсской художественной академии, в 1986 году эмигрировал на Запад, работал на радио «Свободная Европа» в Мюнхене и Праге, с 2004 года живет в Лос Анджелесе, где открыл студию макрофотографии. В романе «Взгляд змия» (1981) автор воссоздает мироощущение литовцев XIX века, восприятие ими христианства, описывает влияние на жизнь человека...
«Попробуй добиться, чтобы в твоей голове была абсолютная пустота. Этого люди не понимают. Нужно иметь мозги, чтобы не думать вообще о том, что ты делаешь.»
Действие романа разворачивается в университетской среде одного из восточных штатов. Автор переплетает судьбы двух супружеских пар самым причудливым образом, вскрывая на глазах читателей слой за слоем самые глубинные и темные тайники человеческой личности. Пытаясь вернуть остроту своим эротическим ощущениям, герои идут на смелый эксперимент. Но человеческие отношения не поддаются планированию как простая игра.
Наши теории - способ доходчиво обосновать охрану своих внутренних границ.
Стареют ли звезды? Неужели некогда известные, обожаемые публикой актеры знают, что такое дряхлость, болезни, угасание? Одетт, бывшая звезда эстрады, выходит на сцену, чтобы доказать – свет настоящих звезд не меркнет с годами.
Новая книга лауреата Гонкуровской премии Мишеля Ростена – о великой алхимии искусства, которое сильнее старости и увядания.
Всё, что ей известно про Отто, – это плод её собственного воображения, а придуманный человек, как правило, кажется куда привлекательнее, чем настоящий.
Автор переносит нас в Амстердам XVII века, в дом очень состоятельного купца Йохана Брандта. Сюда приезжает Нелла Оортман, которую сосватали за Брандта. Она почти незнакома с будущим мужем, но готова стать ему хорошей женой. Она чувствует, что Йохан – не такой, как все. Он умный, образованный, независимый, и это ее притягивает. Нелла молода, полна надежд и очень плохо знает жизнь. Но судьба позаботится о том, чтобы она недолго пребывала в счастливом неведении. Ей предстоит узнать, как жестоки...
Ныне он терпит такие страшные муки, что тело его, душа и вся жизнь всегда будут хранить глубокие следы перенесенной боли. Ничто ничем не компенсируется, подумал он. «Я», которое смеется, и «я», которое плачет, – это два разных «я»…
Роберт Ирвин - известный английский писатель, историк-медиевист, выпускник Оксфорда, специалист по истории Арабского и Ближнего Востока. Мировую известность Ирвину принес его первый роман "Арабский кошмар" (1983), переведенный на все европейские языки, иврит и японский.
Я был маминым сыном и жил на ее орбите. Был маленькой луной, что вращалась вокруг ее гигантской земли, пылинкой в поле ее притяжения и управлял приливами, погодой, силами чувства.
«Измышление одиночества» – дебют Пола Остера, автора «Книги иллюзий», «Мистера Вертиго», «Нью-йоркской трилогии», «Тимбукту», «Храма Луны». Одиночество – сквозная тема книги. Иногда оно – наказание, как в случае с библейским Ионой, оказавшимся в чреве кита. Иногда – дар, добровольное решение отгородиться от других, чтобы услышать себя. Одиночество позволяет создать собственный мир, сделать его невидимым и непостижимым для других. После смерти человека этот мир, который он тщательно...
«Эта книга о том, как убедить людей, что вы очень умны, при этом не повышая ваших умственных способностей, —
рассказал он. — Но, увы, мне не удается много писать, потому что всегда находятся более важные вещи, например мультики. А если бы я собрался писать книгу о том, как улучшить жизнь, то вышла бы полная ерунда, потому что я понятия не имею, как улучшить собственную жизнь».
Мы - то, что мы помним. Фоер Дж. В среднем каждый из нас тратит примерно 40 дней в году, чтобы вспомнить те или иные события, факты или имена. Только представьте, насколько выше была бы ваша производительность, если бы вы сумели улучшить свою память так, как это удалось Джошуа Фоеру. Всего за год он превратился из человека, вечно забывающего о дне рождении своей девушки, в победителя чемпионата США по запоминанию, а вскоре — в автора мирового бестселлера, посвященного памяти. В книге...