Первая сессия. Она, как первые пять минут атаки нежити, — самое сложное. Дальше ты либо мертвый, либо живой.
Гладким не бывает путь истинной любви.
... меня воспитывали, что нельзя принимать дорогие подарки от мужчины, не являющегося твоим мужем.
...женщине легче поцеловаться с чертом, нежели назвать кого красавицею...
Веннерстрём занимался мошенничеством в таких масштабах, что это уже не считалось преступным — это был бизнес.
Понятие "убежден" имеет существенное преимущество перед понятием "уверен".
Все через жопу, зато от сердца. Кайпиринья сердца
– Я даже не знаю, что такое "нортанийского". – скривилась Теяра, потирая веснушчатый нос. Странное дело: хоть мы и близнецы, но веснушки были только у нее. Нянюшка говорила, что это поцелуи солнца. Видимо, меня солнце не любит. Но это было еще одной причиной, по которой нас никогда не путали. Не считая разницы в характере.
Единообразно рассматриваемые издали, узоры утратили свою ясность, продолжая все же производить отчетливое впечатление.
– Мы припоминаем друг другу слишком много плохого. Не находишь? Почему так? Потому что мы уже не дети. Но произносить этого не хотелось.
Справив всё по обычаю и по чести, гости удалились, а отец взял на обдумывание предложения положенную обычаем многозначительную паузу. Не гоже родителю вот так сразу соглашаться на свадьбу, лицо надо достойно держать. Замуж дочку отдать – дело серьёзное, следует и значимость свою показать.
Меня, собственно, должны послать в 1956 год делать уроки в каком-то подвале.
Живи! Не растрачивай себя! Не давай обрезать себе крылья! Домохозяек и без тебя миллионы. Из бархата не шьют кухонных передников. Ветер не запрешь. А если попытаться, получится спертый воздух. Не волочи ноги! Танцуй! Смейся! Салют, салют!
Но не пытайтесь дважды пройти одним и тем же путем.
Все девочки хотят замуж, а богатые девочки хотят замуж выйти удачно и не готовы тратить свое время и внимание там, где им ничего не светит.
Если в груди у тебя сердце, а не камень, остерегись повторять эти злые и пошлые слова, пока тебе еще не дано узнать, ЧТО есть излишек и ГДЕ он есть. Тебе ли решать, кто из людей должен жить и кто – умереть? Быть может, ты сам в глазах небесного судии куда менее достоин жизни, нежели миллионы таких, как ребенок этого бедняка. О боже! Какая-то букашка, пристроившись на былинке, выносит приговор своим голодным собратьям за то, что их так много расплодилось и копошится в пыли!
... Все вместе это напоминало звуки, с которыми из реки вытаскивает труп.
"Самая сильная защита строилась на своем внутреннем стержне.
Уверенность в себе и в своих действиях,
Спокойствие,
Терпение там, где это уместно, Умение поставить соперника на место там, где без этого нельзя."
Утро началось весело.
Кто-то визжал.
Я сначала даже не поняла, где орут. У меня над головой орут? Зачем орут? Кого орут?
Я что, квартальный отчет не сдала, что ли? Или шефу по пьяни степлером не то пробила? Или в оперу билет купила? Нет, последнее точно нет, уши у меня под нее не заточены.
Никогда, никогда я не прощу тебя ! То, что ты унизил меня, как женщину, это обидно. То, что ты пренебрёг мной, как женой, это горько. Но то, что ты готов манипулировать моим материнством – непростительно. За гранью добра и зла. Я не забуду и не прощу тебе первого горя своего сына.
Змейка не подавала признаков жизни и выглядела обычным браслетом, но его это не обманывало. Сегодня она спасла жизнь своей хозяйке. Он улавливал исходящий от неё голод и понял, что ту изрядно потрепало, но щадя девушку, она не спешила полностью восстанавливать силы
Айрин, единственное чувство, которое сложно обратить в страсть, – это равнодушие. Заметь, я сказал «сложно», а не «невозможно».
Старые враги что старые влюбленные — жить друг без друга не могут.
— И каковы же главные проблемы… у города и Властелина? — на памяти оранжевого Старейшина крайне редко позволял себе столь вкрадчивый тон.
— Главных проблем две — дураки и вопросы.
- Если ещё раз назовёшь меня так, я тебе глаз на жопу натяну.