Став королевой Страны Чудес, я кое-что поняла: сила ничего не стоит, если она не взращена среди опасностей.
Это и есть жизнь… свободное падение навстречу неведомому.
Я сказала, что не люблю фокусов, люблю, чтобы на страницах воссоздавалась жизнь, какой я ее знаю.
Он сказал, что без фокусов нельзя воссоздать жизнь на страницах.
Искать виноватого – это перекладывать ответственность.
Мир жил своей жизнью.Человека не стало,но ничто в мире не изменилось.
Мы по опыту знаем, что зло, на которое закрывают глаза, возвращается, став ещё злее.
Представляя себе сидящих за ланчем господ, она словно пыталась представить себе или даже предсказать возможное или вполне реальное будущее. Но ведь таким образом можно было вызвать к жизни и нечто несуществующее.
Близость к трону - основное условие успеха. Как прикажешь плести заговор, не владея всей информацией?
– Я этой пошлости не одобряю! – хмуро заявил Саша.
– Как говорят на телефонных станциях, даёшь связь без брака! – цинично ответил Игорь.
Я выдаю правильные ответы, и Билли счастлива.
... в его характере было удовлетворять свои желания, не соглашаясь на меньшее.
Заметьте, любезный доктор, - сказал я, - что без дураков было бы на свете очень скучно... Посмотрите, вот нас двое умных людей; мы знаем заранее, что обо всем можно спорить до бесконечности, и потому не спорим; мы знаем почти все сокровенные мысли друг друга; одно слово - для нас целая история; видим зерно каждого нашего чувства сквозь тройную оболочку. Печальное нам смешно, смешное грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя. Итак, размена чувств и мыслей между нами не может быть: мы знаем один о другом все, что хотим знать, и знать больше не хотим; остается одно средство: рассказывать новости. Скажите же мне какую-нибудь новость.
"Послушайте, Иван Кузьмич, нельзя ли вам, для общей нашей пользы, всякое письмо, которое прибывает к вам в почтовую контору, входящее и исходящее, знаете, этак немножко распечатать и прочитать: не содержится ли в нем какого-нибудь донесения или просто переписки. Если же нет, то можно опять запечатать; впрочем, можно даже и так отдать письмо, распечатанное."
— И вы уходите… просто так. Я ведь даже… даже не поблагодарил вас. Человек, которого я, по существу, не знаю, рискует ради меня… Не знаю прямо, что и сказать. — Я всегда так ухожу. С беззаботной улыбкой, небрежно кивнув головой. Искренне надеюсь никогда больше не видеть вас.
Трудовое законодательство нарушалось злостно, и я почувствовал, что у меня исчезло всякое желание бороться с этими нарушениями, потому что сюда в двенадцать часов новогодней ночи, прорвавшись через пургу, пришли люди, которым было интереснее доводить до конца или начинать сызнова какое-нибудь полезное дело, чем глушить себя водкой, бессмысленно дрыгать ногами, играть в фанты и заниматься флиртом разных степеней легкости. Сюда пришли люди, которым было приятнее быть друг с другом, чем порознь, которые терпеть не могли всякого рода воскресений, потому что в воскресенье им было скучно. Маги, Люди с большой буквы, и девизом их было -- "Понедельник начинается в субботу".
Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.
«…плетью обуха не перешибешь».
Многим пришлось испытать на себе, что дорога, которой можно уйти от любви, гораздо труднее той, что ведет к ней.
Проще говоря, если вам кажется, что для улучшения вашей жизни надо кого-то убить, у вас на месте смысла дырка. И вы отчаянно смертны - вот прямо сейчас
Большинство руководителей разработки продуктов, с которыми мне приходилось работать, предпочтут выбросить на рынок неработоспособный продукт, но не опоздать со сдачей этого продукта.
Здесь такой здоровый, хороший, славянский климат. Лес, река… и здесь тоже березы. Милые, скромные березы, я люблю их больше всех деревьев. Хорошо здесь жить. Только странно, вокзал железной дороги в двадцати верстах… И никто не знает, почему это так.
Потому что если бы вокзал был близко, то не был бы далеко, а если он далеко, то, значит, не близко.
– Почему ты не сказала, что замёрзла? – возмутился кицунэ.
– Я... – Она не могла отвести взгляд от его пальцев. – Я просто...
– Просто хотела, пока я не вижу, превратиться в ледышку? Мне что, надо всё время за тобой следить? – Вокруг Эми вспыхнули четыре кицунэби, и её окутал жар, такой сильный, что после долгого холода ей стало больно. – Это такой женский способ меня наказать за то, что я чуть не умер, или как?
Моё сердце принадлежало ему, даже если у него не было сердца, которое бы он, в свою очередь, мог отдать мне.
Дело и дети – это и есть твердые островки в болоте жизни.
Писатель пишет, потому что не может не писать. В самом писательстве нет ни пользы, ни спасения.
Жизнь — это неутомимая жажда насыщения, а мир — арена, где сталкиваются все те, кто, стремясь к насыщению, преследует друг друга, охотится друг за другом, поедает друг друга; арена, где льется кровь, где царит жестокость, слепая случайность и хаос без начала и конца.