...Женщину любовь всегда захватывает целиком. Женщину влечёт к тому, чтобы отдать за любовь всё, что она имеет, и оставить сдачу на прилавке.
Оставь пистолет. Захвати пирожные.
А тогда мне казалось, что есть хорошая семья с приличным достатком. Хорошая свекровь, она всегда была на моей стороне. Свекор, который умеет решать любые проблемы с помощью мата и несметного количества денег.
Глядит решительно всё, ничему не дано остаться неувиденным, даже у простых обоев память лучше чем у человека.
Любая ваша мысль одновременно варится еще в миллионе голов.
Иногда странные вещи прекрасны
В каждом мужчине, даже если ему это невдомёк, теплится образ женщины, которую ему суждено полюбить. Из чего сплетается её образ - из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, - никто не рискнет сказать наверняка. Чьи у нее глаза: не его ли родной матери; чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, - никому не дано этого знать.
Оставайтесь занятым. Продумайте, как структурировать ваше время так, чтобы быть занятым и не допускать промежутков безделья. Незанятость способствует большей чувствительности к голоду и ненужным размышлениям.
Со временем перестаешь верить в Деда Мороза, в волшебников, во всезнание родителей.. и в такую вот бьющую через край, самозабвенную, безумную. сказочную любовь, которая считается идеалом. На деле все заканчивается сексом, изменой, разводом.
С тех пор, как вместо «ЗИМа» у меня «УАЗ», я стал человеком-невидимкой. Ну, почти. Прежде видно было издали: «вот по дороге едет „ЗИМ“, и мы на Чижика глядим!» А теперь «Пусть по дороге едет „УАЗ“, какое дело нам до вас!»
Ребёнком, в сущности я и не был. То есть маленьким-то я был , но ребёнком... нет, никогда.
«Слишком порывист, что ведет к неспособности просчитывать ситуации наперед».
Эта земля находится в общественной собственности. Здесь даже Господь Всемогущий не сможет наложить запрет на видеосъемку.
Когда федерацию образуют два разных народа, два разных государства - это прогресс, решающий шаг к согласию и единению людей. Но когда один народ раскалывается надвое, чтобы обрадовать федерацию, - это регресс.
— Глуп тот мужчина, что считает, что знает всё о женщинах.
- А, – Френн махнул рукой, – это печи здесь такие. Или кромешный ад, или как в морге на леднике. Там, за окном, сейчас минус тридцать Реомюров. Так что, поверьте, уж лучше маленький Египет, чем большой Таймыр.
Я не сержусь, но я понял, что жалеть, кого любишь, можно не только за их страдания. Кролик, который не помнит, кто подарил ему спокойную жизнь, — просто убогий слизняк, хотя сам он, возможно, думает по-другому.
Кровь капала на пол, словно осыпающиеся красные лепестки.
Вся человеческая мудрость, мораль и законы – не более чем горькие плоды необходимости, подсиропленные услужливым воображением. Они не имеют другой цели, как только пристроить к делу человеческий эгоизм и обратить на общую пользу естественно вредную деятельность каждой особи.
Каждый раз, как звонит телефон, у меня сжимается сердце: я думаю, что это тот самый звонок. Я боюсь его так же сильно, как жду. И все время думаю, что пересилит - чувство облегчения или горе.
Мне стыдно.
Как можно желать смерти того, кого ты любишь? Когда, при каком условии ты имеешь на это право? Когда это становится возможным? Добро это или зло?
За время разъездов я понял, что если не пишу один день, мне становится не по себе. Два дня — и меня начинает трясти. Три — и я близок к безумию. Четыре — и меня корежит, как свинью при поносе. Один час за пишущей машинкой бодрит мгновенно. Я на ногах. Бегаю кругами, как заведенный, и громко требую чистые носки.
Если любишь, надо уметь отпускать, а там время само расставит все по местам, я в этом уверен.
Человеческая жизнь сводится к жалким потугам ощутить себя дома, пока мчишься куда-то в состоянии беспамятства.
...бред берется из жизни, из самой обыкновенной обыденной жизни.
При самообмане человек не осознает, что лжет самому себе, и не знает, чем мотивирован его обман.