За свои дела нужно платить. Закон для всех
У воинов острова Яха нет цели, есть только путь.
Здоровое отношение к себе порождает здоровое отношение к другим. Ты не станешь выше, наступив кому-то на голову.
– Любые знания человек получает благодаря своим трудам. А уж мудрость и вовсе невозможно получить от других в подарок, сколь бы высоко ты не ценил и не уважал их.
Правда мифа не в словах, а в общей идее.
Мозг Маяковского весил 1700 граммов. Он был, таким образом, на 360 граммов тяжелее мозга Ленина, что вызвало некоторое смущение у идеологов Института мозга, ранее уже столкнувшихся с подобной проблемой, когда выяснилось, что мозг вождя был меньше нормы — печальный факт, с которым справились, снизив норму с 1395–1400 до 1300 граммов.
«Уж такая я оптимистичная кретинка.»
Наука не может просто приписать всему непознанному в природе божественное происхождение. Если бы это было возможно, никакой науки просто не было бы.
— Я тебя люблю. — Нет. Не любишь. — Правда, люблю. В каком-то смысле. — Так не бывает. Либо ты любишь человека, либо нет. — Разве? — Да. — Тогда мне надо подумать.
Мы помним только то, чего никогда не было.
Слоны, как уже было сказано раньше, умеют влюбляться. У них это видовое, генетическое. Они влюбляются раз и навсегда. А «всегда» у слонов длится лет триста. И лет триста слон, полюбивший кого нибудь, никого другого в целом мире не замечает.
Теперь ему оставалось только одно, и он это сделал. Он слепо запаниковал.
И всегда они возвещали о том,как бог,или Христос,или божественное милосердие спасли их от того или иного несчастья,и никогда не говорили о том,как сами спасли хоть кого-нибудь.
Я не хочу больше шутить, Лиз, я за всеми шутками не заметил, как влюбился, кому это надо? Не понимал, что со мной в последние дни, а как понял, так сразу к тебе поехал. Ты со мной случилась, и я слишком до хера времени потратил, чтобы это понять, но теперь точно не уйду, мы и так многое потеряли.
Внутренний мир отражается во внешности.
Многие вещи понимаешь, когда оказываешься на грани жизни и смерти. В тот момент, когда тебе кажется, что еще немного, и тебя просто не станет.
Когда-то я уже писал о том, как меня возмущает черный юмор судьбы, играющей с человеком в кошки-мышки: то прижмет когтистой лапой, то вроде бы отпустит и даст побегать, но в конце обязательно сделает цап-царап, да иногда ещё с особым цинизмом.
- Спасибо. Наверное.
- Пожалуйста. Точно.
Конечно, мир не без психов - так всегда было, но теперь, после случившегося, я вынужден признать, что люди могут пойти на что угодно, никаких табу нет. Фантазии не хватает себе это представить, она просто отказывает, по крайне мере моя фантазия, но у других тоже как я посмотрю. Сначала я думал, что это у меня, экономиста,она не развита, но оказалось, что даже у тех, кто с фантазии кормится, не хватает воображения.
Это только кажется, что русскому эмигранту не составило бы труда выдать себя за советского человека. То, что они говорили на одном языке, - устойчивый миф. За двадцать лет, прошедших после революции, язык жителей СССР обогатился столькими новыми словами, выражениями и аббревиатурами, что эмигранты зачастую не понимали, о чем вообще идет речь. Простой пример. Кладут перед вами на стол пару картофелин и задают вопрос: "Где должен быть командир?" Любой, кто видел фильм "Чапаев", разумеется, тут же уверенно отвечал: "Конечно, впереди, на лихом коне!" А откуда это было знать бывшему штабс-капитану армии генерала Врангеля, который последние двадцать лет жил в Европе?
Вследствие того что Майк Ланг обратил меня в единственного продавца билетов на самый большой в истории человечества концерт, я оказался в гуще людей, которых знал до того лишь по газетам да телепередачам. Это были не ньюйоркцы, с которыми я имел дело всю мою жизнь. Они не были материалистами, не стремились к богатству или славе. Они не поддавались четкому определению, многие из них отвергали все, в чем можно было усмотреть путь к осуществлению великой иллюзии, именуемой Американской Мечтой. Они были длинноволосы, одеты в джинсовку, они покачивали бедрами, ходили босыми и носили банданы. От них веяло свободой. Многие красили волосы в оранжевые, розовые, красные, зеленые, лиловые и синие тона. Очень многие носили бусы, "пацифики" и всякого рода украшения на шеях, запястьях, лодыжках и в волосах. Некоторые из них щеголяли нечесаными бородами, очень немногие принимали душ хотя бы с какой-то регулярностью и еще меньшее их число заботило какое-либо одобрение со стороны окружающих. И все они пели, все смеялись. Такого количества смеха я не слышал за всю мою жизнь.
Есть такая шутка: если бы у Чехова был телевизор, то он стал бы обычным районным врачом. Наверное, если бы у Ломоносова был айфон, то он бы даже до Москвы не дошел.
Деньги решают всё. Врут. Они решают многое, но не всё.
Богом мы называем то, что пока ещё не в состоянии убить, но когда это удаётся, вопрос снимается.
Жизнь должна быть открытым городом, где можно странствовать множеством самых разных путей.