- Кто бы мог подумать, что он так не любит юристов,- задумчиво пробормотала сидевшая напротив девушка.
- Молчали бы вы, вместилище пороков, - огрызнулся я.
— Мы ведь враги, но ты всё равно помогаешь мне. Я очень благодарна тебе за то, что ты полетел со мной.
— Глупая, — усмехнулся Люк, — это ты полетела со мной, на самом деле. Охота в Городах — это дело мужчин, а не женщин. Я бы полетел в любом случае. У нас женщины не воюют…
— А у нас очень даже воюют. Женщина ничем не хуже мужчины и может выполнять точно такую же работу. Получить образование и работать хоть на границе, хоть на энергоустановках. Как захочет.
Доктор Беркли, епископ Клойнский, весьма достойный, способный и ученый человек, написал целую, книгу в доказательство того, что никакой материи не существует, а существует только мысль: что мы с тобой только воображаем, что едим, пьем и спим, ты - в Лейпциге, а я - в Лондоне, что мы только воображаем, что состоим из плоти и крови, что у нас есть ноги, руки и т. п., но что в действительности все это один лишь дух. Доводы его, строго говоря, неопровержимы, и все-таки они настолько бессильны меня убедить, что я намерен по-прежнему есть, и пить, и ходить, и ездить, для того чтобы поддерживать в наилучшем из всех возможных состояний ту самую материю, из которой, как я по слепоте своей склонен считать, состоит сейчас мое тело. Обычный здравый смысл (который на деле не столь уж обычен) - самый лучший из всех смыслов. Будь верен ему, и он даст тебе самый разумный совет. Читай и слушай для собственного развлечения рассказы о хитроумных системах, вникай в интересные вопросы, поставленные там со всей изощренностью, какой только может наделить их пылкая фантазия, но смотри на все это только как на упражнения для ума и возвращайся каждый раз к согласию со здравым смыслом.
Все крупные теории военных действий можно свести к аналитике жадности.
Мгновение - это ничто, твоя жизнь - тоже ничто. Любой временной промежуток меньше десяти тысяч лет - ничто.
Новый день - новые поиски.
Лорд Витинари привык вставать так рано, что, казалось, ложился в кровать просто для того, чтобы был повод переодеться.
Суеверие царит в эпохи разума, ибо оно связано с вполне разумной вещью — сомнением, во всяком случае — с неведением. Люди чувствуют, что, во-первых, мы не знаем законов мироздания, а во-вторых, эти законы могут противоречить так называемым законам логики. Люди поняли, и поняли правильно, что серьезные события нередко зависят от маленьких, пустячных. Когда до них доходит слух, что то или иное невинное действие — ключ к каким-то важным событиям, глубокий и далеко не бессмысленный инстинкт подсказывает им, что это вполне вероятно.
Это был один из тех дней Велеса, когда полагается не молить о чем-то, а воздавать хвалу за полученное. И, как всегда бывает в таких случаях, людей на капище пришло меньше, чем когда приходилось просить.
Кто знает заранее, как человек поведет себя в тяжкую минугу?!
Дома уже давно не строят по индивидуальным проектам, а только по типовым.
... В конце концов, жизнь - не книга.
Мы убиваем не задумываясь, так ведь? Мы сжигаем людей во имя Бога. Мы истребляем самих себя, мы уничтожаем жизнь на этой планете, мы губим Землю. Затем мы переодеваемся в рясы, и Бог разговаривает с каждым из нас. Что же он говорит нам? Он говорит: будьте хорошими мальчиками, а не то я накажу вас. Бог угрожает нам уже много столетий подряд. Однако это ничего не меняет. И не потому, что мы злы, а потому, что мы тупы. Да, у человека есть темная сторона, и ее называют глупостью.
Украшение агнца перед убиением, как однажды сказала миссис Кастауэй, когда Конфетка отважилась спросить, что такое образование.
– ...это – скверная мудрость, которую ты теперь от меня получишь. С ее помощью ты совсем изгадишь себе жизнь. Существует только одно: собственное «я». Это означает: ни к чему серьезному не надо относиться серьезно. Серьезно можно относиться только к мелко-будничному: к спорту или приобретению денег, политике, вину или искусству, что бы там ни было. Относись серьезно к своим туалетам, Приблудная Птичка, к своей прислуге, – но смейся над жизнью. И над смертью, и над любовью, и над Богом. Смейся над этим, Приблудная Птичка, остроумничай, если способна!
— Вы должны, товарищ Момыш-Улы, продержаться четыре дня.
Он по пальцам перечислил эти дни:
— Шестнадцатое. Первые сутки. Они будут для вас легкими. Семнадцатое. Уже придется вам тяжеловато. Восемнадцатое. Вы останетесь в окружении. Девятнадцатое… — Он помедлил, не дал никакой характеристики этому дню. — Да, и девятнадцатое. Надо, товарищ Момыш-Улы, удержаться до двадцатого.
Он не спросил: «Вы меня поняли?», но я понял, все понял. Наверное, он это прочел в моем взгляде.
— Вам, товарищ Момыш-Улы, вашему батальону, будет тяжело. Очень тяжело.
Он был благодарен этому чуду техники, которое, появившись в его доме, вдруг переменило жизнь к лучшему. Компьютер был точно живой, помогал противостоять невзгодам, делая их не такими тяжкими. Это был единственный и по-настоящему преданный друг.Артем
Ящик для меня не тупик, в который я в конце концов забрел, а широко распахнутая дверь в иной мир. Не знаю в какой, но в совсем иной мир.Меняешься сам, вместе с тобой меняется и внешний мир — никаких других изменений не существует. И изменения эти столь огромны, что за ними не угнаться и самым сенсационным новостям.Ты, так не верящий в перемены, противоречишь самому себе — боясь осуществления того, о чем сам же молил, ты остановил часы.Во всем, что написано до сих пор, нет ни капли лжи. Плод воображения — да, но не ложь. Ложь призвана, вводя в заблуждение того, для кого она предназначена, увести его от правды, воображение же, наоборот, может ближайшей дорогой привести к правде. <--> Я, разумеется, не обязан раскрывать истину. Также и ты не обязан верить мне. Проблема не в обязанностях, проблема в реальных приобретениях и потерях. <--> ...наиболее быстрый способ приближения к истине — не выяснять, кто настоящий человек-ящик, а установить, кто ненастоящий....болезненно реагировать на взгляды окружающих — значит усложнять себе жизнь.Начинать заново можно бесконечно.Вместо того чтобы вылезать из ящика, я лучше весь мир запру в него. Как раз сейчас мир должен закрыть глаза. И он станет таким, каким я представляю его себе.
— Судя по их виду, они здорово голодны, — шепнул он мне. — Ничто в целом свете не может так сплотить их в работе, как надежда пожрать.
— Вот эта гостиница, — произнес дон Хуан, указывая на здание, — представляется мне подлинным олицетворением жизни среднего человека на Земле. Если ты удачлив или безжалостен, то снимешь здесь комнату с окном, выходящим на улицу, чтобы наблюдать из окна за нескончаемым шествием человеческих бед. Если ты не столь удачлив или не столь безжалостен, то снимешь себе внутреннюю комнату, с окном, глядящим на глухую стену соседнего дома. Подумай о том, что это значит — провести всю жизнь, разрываясь между двумя такими видами. Завидуя виду на улицу, если живешь во внутренней комнате, и завидуя виду на стену, если поселился в наружной и устал смотреть на мир.
Он медленно растворялся и уплывал в тёмное удушливое марево дергающегося зелёного или малинового света. Тонул в вязкой и черной, как мазут, грязи собственной слабости и никчемности.
"Уроки жизни получают не только в университете, - думала она. - Жизнь учит нас повсюду".
Календарная реформа создала условия для фальсификации истории. Иноземные придворные ученые — Байер, Миллер, Шлецер, именующие себя «великими русскими историографами», в своих научных трудах вскоре заставят забыть подрастающие поколения о том, что же на самом деле было в России до Петра.
С точки зрения биохимии внутренних процессов организма правильно протекающий флирт подобен инъекции стимулятора – активно работают легкие, ускоряется сердечный ритм, улучшается кровоснабжение всех внутренних органов, в кровь поступают адреналин и эндорфины. Человек ощущает себя как никогда сильным и обаятельным, способным горы свернуть и очаровать любого встречного. Он словно бы слегка пьян или под легким кайфом, – но происходит все это самым естественным путем, изнутри, безо всяких наркотиков и вреда для здоровья.
Нельзя терять себя в отношениях, потому что не любовь это вовсе. Это игра в одни ворота, когда один любит, а второй позволяет себя любить, восхищаться... Что угодно это, только не любовь!