Цитаты

Вот что политика делает с людьми, даже сильными и талантливыми: был игрок, а стал игрушкой.

Генерал и его армия

Георгий Владимов

Роман Георгия Владимова «Генерал и его армия», посвященный событиям Великой Отечественной войны, был удостоен Букеровской премии (1995) и премии имени Сахарова «За гражданское мужество писателя» (2000). В центре повествования - судьба генерала Власова и немецкого генерала Гудериана. Автор приоткрыл завесу глухой секретности над некоторыми «неудобными» для официальной литературы эпизодами войны. Сразу же после появления, роман Г.Владимова стал громким событием и был причислен к лучшим...

Правильных отцов не бывает. Почему? Да потому что роль отца в корне порочна. Строгий отец, добрый отец, умеренный отец - все они одинаково плохи. Они преграждают путь нашей жизни, стремясь навязать сыновьям всякий хлам вроде собственных комплексов неполноценности, несбывшихся желаний, досады, идеалов, неловкости оттого, что за всю жизнь так и не смогли объсниться с окружающими, грехов, приторных грез, заповедей, которым недостало смелости следовать самим...

Моряк, которого разлюбило море

Юкио Мисима

Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего...

— Мой сын… — начал Сантос.
— И вам не в чем его упрекнуть. Он жил слишком поспешно для своих лет. Развалины, смерть, пули были ему игрушками. Вам, отцам, придется с этим считаться. Если… если вы не хотите потерять детей.

Печаль в раю

Хуан Гойтисоло

Герои романа Гойтисоло — подростки, почти дети. Война навсегда обожгла это поколение, оставила незаживающий рубец, лишив их детства. Детям из «Печали в раю», в подавляющем большинстве сиротам, рано довелось увидеть горе и смерть. Война вытравила в их душах сострадание, отзывчивость, доброту. С одной стороны, это обычные мальчишки, которые играют в «наших и фашистов», мечтают то убежать на фронт, то создать «Город ребят». Но война наложила на эти игры страшный отпечаток, стерла в сознании грань...

«Я так подавлен этими похоронами ‹…› на душе — гадко, кажется мне, что я весь вымазан какой-то липкой, скверно пахнувшей грязью ‹…› Антон Павлович, которого коробило все пошлое и вульгарное, был привезен в вагоне для „перевозки свежих устриц» и похоронен рядом с могилой вдовы казака Ольги Кукареткиной. ‹…› Над могилой ждали речей. Их почти не было ‹…› Что это за публика была? Я не знаю. Влезали на деревья и — смеялись, ломали кресты и ругались из-за мест, громко спрашивали: „Которая жена? А сестра? Посмотрите — плачут! — А вы знаете — ведь после него ни гроша не осталось, все идет Марксу. — Бедная Книппер! — Ну, что же ее жалеть, ведь она получает в театре десять тысяч» и т. д. Шаляпин — заплакал и стал ругаться: „И для этой сволочи он жил, и для нее работал, учил, упрекал»

Магиня вовсе не желала объяснять никому из оборотней степень своего родства с ними, когда шла сюда, но за последний час ее намерения кардинально изменились. И хотя Апраксии вовсе не нужен был этот дом, в котором, как пояснил ей мельком муж, она теперь главная из хозяек, зато магиня намеревалась хорошенько припугнуть его родичей, обижавших угасшую дриаду

Принцесса для младшего принца

Вера Чиркова

Возвращаясь с Земли вместе с приемными родителями и названной сестрой в их родной мир, Илли всерьез считала, что все ее проблемы остались в прошлом. Да и чего можно опасаться девушке, идущей туда в компании опытной магини и дриад, если теперь она и сама по воле судьбы стала дриадой. Ну, разве только одного — встречи с любимым, которого Иллира вынуждена была обмануть. Однако с первых же шагов семейство графа Хингреда ле Трайда, приемного отца Илли, оказывается перед выбором: отдать на...

Мужчины не всегда быстро отвечают на письма... Иногда ответа приходится дожидаться больше года. Они быстры, когда им что-то надо, но когда что-то надо мне...

Прелестные создания [Удивительные создания]

Трейси Шевалье

Так же, книга выпускается под названием "Удивительные создания". Консервативная Англия начала XIX века. Небольшой приморский городок. Именно в нем происходит встреча уроженки этих мест Мэри Эннинг, чья семья живет в ужасающей бедности, и дочери состоятельного лондонского адвоката Элизабет Пилмотт, которая вместе с сестрами поселилась здесь. Девушки подружились. И дружбу их скрепила общая любовь к неизвестным существам, окаменелые останки которых они находили в прибрежных скалах. Однако их...

Благородные дамы с Вазы говорили, что у меня хороший вкус. Это была неправда. Я тайком смеялась над ними — они не понимали, что я просто всегда соглашалась с покупательницами, говоря: о да, здесь лучше всего подойдет желтая лента, а госпоже Хольм очень идет голубое.

Анна, Ханна и Юханна

Мариан Фредрикссон

Ханна, Юханна и Анна, три поколения дочерей суровой северной страны. Их нрав подобен водам озера близ родовой усадьбы при старой мельнице на шведско-норвежской границе. Эмоциональная умеренность граничит с холодностью. Супружеская верность и чадолюбие уживаются с неспособностью найти общий язык с самыми близкими. Однако трудно отыскать столь разных женщин одной семьи. Приземленность Ханны, порожденная голодным детством, восприимчивость и необычайный дар воображения Юханны, стремление к корням и...

Меланхолия? Депрессия? Отчаяние?
Как же везет людям, у которых есть время на подобные переживания! А мне и того не дадут.

– Что значит «Роза есть роза есть роза есть роза»? – спросила я, захлопнула учебник по биологии и увидела скелет на обложке. Потрогала пальцем пустую глазницу.
– Что вещи всего лишь то, чем они являются, – ответил он.
– И роза есть роза.
– Есть роза. – Он едва заметно улыбнулся.

Язык цветов

Ванесса Диффенбах

Виктории восемнадцать лет, и она боится. Боится прикосновений и слов – своих и чужих, боится любить. Только в ее тайном саду, который стал ее домом и убежищем, все страхи испаряются. Только через цветы она может общаться с миром. Лаванда – недоверие, чертополох – мизантропия, белая роза – одиночество… Ее цветы могут вернуть людям счастье и излечить душу, но подходящего цветка для того, чтоб заживить ее собственные раны, Виктории найти никак не удается… История о девушке, говорящей на языке...

— Вдруг на нас и правда дикое животное нападет? — пробормотала я.
— Ты думаешь, Пит бы тебе пригодился в этом случае?
— Конечно, — отозвалась я. — Пока его ели, я бы успела убежать.

Возлюбленный на одну ночь

Вероника Крымова

Однотомник. Накануне свадьбы меня бросил жених. Я бы и не расстроилась, собственно, мне он не особо и нравился. Но дело в том, что только несчастный беглец мог совершить инициацию, благодаря чему я стала бы полноценным магом. Теперь мне грозит мучительная смерть. Запечатанная магическая сила иссушит тело и сведет с ума. Единственный шанс спастись — найти еще одного мужчину, способного помочь мне, изгнанного и проклятого лорда Арвена, и склонить его к греховной ночи. Ничего сложного, тем более...

Мой мозг был захвачен чьим-то трансцендентально-рациональным разумом, как если бы я всю свою жизнь был безумен, и вдруг, внезапно, излечился и стал нормальным человеком.

«Здоровая бдительность и тяжёлая паранойя — суть синонимы»

Эпоха мертвых. Начало

Андрей Круз

Любопытство и безответственность ученых, злая воля «сильных мира сего», неспособность властей отразить новую, невиданную раньше угрозу — все это привело к коллапсу власти и общества и гибели мира в том виде, в каком мы его знали. И лишь те, кто нашел в себе силы драться за себя и за других, выживают среди хаоса и кошмара, которые принесла с собой пришедшая в наш мир Смерть.

– Да вы шутите!
– Отнюдь. Но самое забавное, что именно японцы поставили почетный караул около могилы. После этого каждый японский охранник, каждый японский офицер, проходя мимо «святыни», отдавал честь. Каждый. И в то же время каждый военнопленный должен был встать и кланяться, если в пределах видимости появлялся любой японский солдат. Если вы не делали этого, то получали прикладом винтовки по голове.
– Непонятно.
– Для них понятно. Таков восточный склад ума. Для них все абсолютно понятно.
– Черт возьми, непонятно! Совсем непонятно!
– Вот почему я не люблю их, – задумчиво произнес Питер Марлоу. – Я боюсь их, потому что у вас нет критериев для того, чтобы оценивать их поступки. Они ведут себя так, как не должны были бы. Никогда.

Король крыс

Джеймс Клавелл

Весна 1945-го. Сингапур. Лагерь для военнопленных англичан, американцев и австралийцев. Условия жизни, оскорбляющие достоинство человека, убивающие его физически. Этот роман Джеймса Клавелла о том, как жить, как выжить и как при этом остаться человеком, не перейти ту невидимую черту, за которой — потеря самого себя, нравственных ориентиров, а в итоге — смерть.

Возможно, лучше вовсе не иметь родителей, чем иметь родителей-троллей.

Тенистый лес

Мэтт Хейг

После смерти родителей двенадцатилетний Сэмюэль Блинк и его младшая сестра Марта переезжают в Норвегию к единственной родственнице, тете Иде. Теперь им предстоит жить со скучной, чопорной женщиной и ее собакой по имени Ибсен в расположенном на опушке леса деревянном домике, где нет даже телевизора и абсолютно нечем заняться. Кроме того, тетя Ида строго-настрого запрещает детям даже приближаться к лесу. Но однажды Марта нарушает запрет тети и уходит в лес. Сэмюэль отправляется на поиски сестры и...

Нет уж, лучше продолжу верить в плохое. Это обычно выручает: всегда есть повод обрадоваться, если дела пойдут чуть лучше, чем предполагалось.

Дикий дракон Сандеррина

Кира Измайлова

Простое дельце — скрытно сопроводить ценный живой груз к заказчику. Точнее — дикого дракона, последнего в этих краях. Рок Сандеррин брался и не за такие задания, вот только чутье подсказывает: что-то здесь неладно. Чародеи ведут себя странно, старый друг-посредник явно недоговаривает… Но плата очень уж хороша, а скрытые дороги манят. Что-то ждет на них Рока? Быть может, судьба?

Мужчина хочет, чтобы его супруга была для него безопасным убежищем, где он мог бы расслабиться, быть самим собой и чувствовать себя уверенно. Осознание того, что вы, возможно, не удовлетворены им, ставит под угрозу его чувство безопасности, точно так же, как вы потеряли бы уверенность, если бы почувствовали, что он вас не любит. Это может выбить его из колеи, разрушив надежду и стимул стремиться к лучшему.

Очарование женственности

Хелен Анделин

Сегодня женское очарование важнее, чем когда-либо! "Я абсолютно убеждена: В том, чему учит эта книга, мир нуждается сегодня больше всего. Это утверждение вполне обоснованно. Брак в любви является фундаментом счастливой семьи, а счастливая семья – фундаментом и стабильного общества. Большинство проблем этого мира зарождается в неблагополучных семьях. Если мы хотим иметь мир в мире, мы должны начинать с семьи."

Любовь - это чувство, а чувством нельзя "заниматься", его можно только дарить.

Мод навсегда

Доминик Дьен

Новый роман самой популярной в настоящее время писательницы Франции начинается на грустной ноте. Франсуа хоронит жену, причины смерти которой неясны. Что это – трагическая врачебная ошибка или роковое стечение обстоятельств? И почему на церемонии прощания отсутствовали родители скончавшейся Мод? И почему вопреки обычаям гроб был закрыт? И кто, наконец, так настойчиво ищет встречи с живущим теперь в одиночестве Франсуа?

- Вот если бы у нас были дети…
- Я знаю, - перебила её я. – Тогда бы у нас не оставалось времени на то, чтобы волноваться по каждому поводу. Это было бы просто благословение.
- Скорее, проклятие. Мы бы стали такими же, как все – помешанными на своём потомстве.
- Ага, вместо того, чтобы быть помешанными на самих себе.

Наша трагическая вселенная

Скарлетт Томас

Свой первый роман английская писательница Скарлетт Томас опубликовала в 26 лет. Затем выпустила еще два, и газета Independent on Sunday включила ее в престижный список двадцати лучших молодых авторов. Ее предпоследняя книга «Наваждение Люмаса» стала международным бестселлером. «Наша трагическая вселенная» — новый роман Скарлетт Томас. Мег считает себя писательницей. Она мечтает написать «настоящую» книгу, но вместо этого вынуждена заниматься «заказной» беллетристикой: ей приходится оплачивать...

Как люди могут думать - мир станет лучше, если уничтожить что-то прекрасное да еще оставить валяться обломки?

Наследство рода Болейн

Филиппа Грегори

После смерти своей третьей жены король Англии Генрих VIII снова намерен жениться — на принцессе Анне Клевской, портрет которой ему очень понравился. Однако прибывшая в Англию невеста оказывается совсем не такой привлекательной, как на портрете, и вызывает у него скорее отвращение. Брак все-таки заключен, и для молодой королевы начинается время тяжелых испытаний. Она ни на минуту не забывает о печальной судьбе своих предшественниц и вынуждена противостоять попыткам мужа избавиться от нее. Да и в...

То проклятие, то соревнования академия, то арест. Это безумие какое-то, а не мужчина.

Вызов для ректора

Ольга Валентеева

Аланел Дагеор уехал в Кардем – и пропал. Друзья бездействуют, академия требует постоянного внимания. Но женщина, доведенная до отчаяния, способна на всё. Даже на то, чтобы бросить привычный уклад и отправиться вслед за любимым. Вот только какие тайны скрывает в себе Кардем? И удастся ли ректору достойно принять очередной вызов судьбы?

— Тебе приснился страшный сон? — Да. Очень страшный. — Побыть с тобой? — Останься со мной навсегда.

Хрупкая душа

Джоди Пиколт

В семье О'Кифов две дочери. Старшая совершает попытку самоубийства, чтобы привлечь к себе родительское внимание, целиком и полностью прикованное к младшей. И тому есть страшное объяснение: Уиллоу от рождения слишком хрупкая. Ее кости ломаются от любого неосторожного движения… Решилась бы мать родить, зная диагноз? Ответ она даст на суде!

Ну и спектакль я здесь устроила. Но зато было весело. Хоть немного пар спустила. Мне даже немного поправилось.

Развод. Я это зря

Janne Portmann

- Я ведь тебя любила! Любила больше всего на свете! Любила даже больше чем себя! А ты так подло меня предал! - Прости меня, лучик… Прости… - Не смей! - Пожалуйста, Анюта… - Шлюх своих «Анютами» теперь называй, а я с тобой… закончила… *** Это вторая книга. Первая книга «Измена. Ты это зря».

С одной стороны, математика — совершенно абстрактная наука: квадратный корень минус единицы и все такое; но мир вовсе не подчиняется строгим математическим правилам. Значит, это просто один из способов смотреть на мир, который объединяет в себе все силы: умственную, социальную и физическую…

Вокзал потерянных снов

Чайна Мьевиль

Фантасмагорический шедевр, книга, которую критики называли лучшим произведением в жанре стимпанк со времен «Машины различий» Гибсона и Стерлинга, а коллеги по цеху – самым восхитительным и увлекательным романом наших дней. В гигантском мегаполисе Нью-Кробюзон, будто бы вышедшем из-под пера Кафки и Диккенса при посредничестве Босха и Нила Стивенсона, бок о бок существуют люди и жукоголовые хепри, русалки и водяные, рукотворные мутанты-переделанные и люди-кактусы. Каждый занят своим делом: хепри...

в битве выигрывает тот, кто действует, веря в свою правоту и победу.

Знак предсказателя

Татьяна Полякова

Трое мужчин со странными прозвищами – Джокер, Воин и Поэт – появились в моей жизни недавно, мгновенно перевернув все с ног на голову. Наша сплоченная команда занимается расследованием преступлений. Вот и сейчас к нам обратился новый клиент, богатый бизнесмен Павел Ключников, проживающий в поселке Черкасово, где творятся зловещие дела. Началось все с пропажи домашних животных – кошек, собак… Потом утонула подруга дочери Ключникова. Он подозревает убийство и опасается за жизнь своей дочки. А со...

в любом человеке природой заложено желание передавать кому-то накопленный опыт, направлять и воспитывать по своему образу и подобию.

Каникулы строгого режима

Андрей Кивинов, Федор Крестовый

Двое заключенных — бывший мент и матерый рецидивист — вынуждены вместе бежать из зоны, чтобы остаться в живых. Охотники дышат им в спины. Спрятаться негде. Кругом — тайга, но в тайге не выжить. Продержаться надо три месяца. Когда положение становится совсем отчаянным, беглецы узнают, что поблизости — детский лагерь отдыха, в который требуются воспитатели…