Желание учиться - это не честолюбие. Стремление к познанию - наша судьба, потому что мы люди.
Дело здесь в биологическом законе отбора - выживают те виды и роды, которые умеют приспособляться. Ведь эволюции - это приспособление. А раз человек стоит на вершине лестницы, царь природы, то он, значит, самая приспосабливающаяся скотина из всех скотов. Тот, кто не приспосабливается, погибает и, значит, падает с лестницы развития, ведущей к божеству.
Зачем братьям Райт понадобилось построить аэроплан? Чтобы дать работу стюардессам? Чтобы нам удобнее было бомбить Вьетнам? Нет. Я полагаю, в тот момент они думали только об одном: а выйдет ли? Я полагаю, так же думали и те, кто запускал первые искусственные спутники Земли. Им тоже хотелось посмотреть: а выйдет ли? Как ребятам, которые запалили шутиху под консервной банкой, чтобы посмотреть, взлетит ли она. И, на мой взгляд, это веская причина. Потом, конечно, понапридумали всяких впечатляющих целей, чтобы оправдать неимоверные расходы на такие игрушки, а сперва, мой мальчик, все, что делается, делается просто ради интереса: а выйдет ли?
— Выходя замуж, каждый раз от чего-то отказываешься. Возможно, я отказалась от своего прошлого.
С затуханием огня прекращается жизнь. Неправы они с этим адом, подумал Джо. Ад – это холод, и всё там – холодное.
Пескарь - это маленькая рыбешка, а каприз - это уже маленькая страсть.
самое ценное, что есть в женщине, – это мозги. Ни красота или длина ног, ни очарование или умение флиртовать… Только мозги.
С удивительным мастерством, не лишенным оттенка иронии, передает он изящество и обаятельную грацию светских красавиц, нередко пренебрегая реальными пропорциями, изображая фигуры слишком тонкими, руки и ноги неправдоподобно маленькими. Эта вольность - отличительная черта искусства Гойи, который, внимательно изучая натуру, никогда не был ее рабом.
Есть откровения, о которых не хочется знать...
Я знаю, что чувства были настоящими. И я люблю его за то, что он предоставил мне возможность их испытать. Надежду. Надежду, что из этой трагичной истории может вырасти нечто прекрасное.
Если гороскоп сулит вам новые сексуальные ощущения – не обольщайтесь! Возможно, вас вызовет к себе начальник…
Я слышала, ад в это время года просто очарователен.
Загляни внутрь себя вместо того, чтобы пытаться донести что-то человеку, которого ты даже не пытаешься понять.
… человек живет, пока на этой земле его держат дела. Нет дел – нет человека, помирает сразу. Выходит, все мы здесь, в лагерях, живы еще только потому, что где-то там, на воле, нас ждут мужья и сыновья…
— Я пока не совсем освоился. Ещё раз прошу меня извинить.
— Не волнуйтесь: он у нас вежливое чудовище, — насмешливо заметил Бер, повернувшись к гостям. — Так что если и сожрёт, то потом непременно пожалеет.
Я была продуктом своего образования: оно сформировало мой мозг, дало мне голос.
Бунт ни в коей мере не является требованием тотальной свободы. Напротив, он призывает к суду над ней. Он по всей справедливости бросает вызов неограниченной власти, позволяющей ее представителям попирать запретит границы. Отнюдь не выступая за всеобщее своеволие, бунтарь хочет, чтобы свободе был положен предел всюду, где она сталкивается с человеком, причем под этим пределом подразумевается не что иное, как право человека на бунт. В этом глубочайший смысл бунтарской непримиримости. Чем более бунт осознает необходимость соблюдения справедливых границ, тем неукротимей он становится. Бунтарь, разумеется, требует известной свободы для себя самого, но, оставаясь последовательным, он никогда не посягает на жизнь и свободу другого. Он никого не унижает. Свобода, которую он требует, должна принадлежать всем; а та, которую он отрицает, не должна быть доступна никому. Бунт — это не только протест раба против господина, но и протест человека против мира рабов и господ. Стало быть, благодаря бунту в истории появляется нечто большее, чем от ношение господства и рабства. Неограниченная власть уже не является в нем единственным законом. Во имя совсем иной ценности бунтарь утверждает невозможность тотальной свободы, в то же время требуя для себя свободы относительной, необходимой для того, чтобы осознать эту невозможность. Каждая человеческая свобода в глубочайшем своем корне столь же относительна. Абсолютная свобода — свобода убивать — единственная из всех, не требующая для себя никаких границ и преград. Тем самым она обрубает свои корни и блуждает наугад абстрактной и зловещей тенью, пока не воплотится в теле какой-нибудь идеологии.
Нельзя отрицать того факта, что в натуре большинства людей существует скрытая, противоречащая всему их поведению черта, проявление которой удивляет и ошеломляет даже тех, кто знает их близко. Уважаемый, строгих правил человек вдруг обнаруживает тайный, непристойный аспект казавшейся безупречной жизни. Предприимчивый делец оказывается почитателем и ценителем тонкого искусства. Жестокие, бессердечные люди являют примеры неслыханной доброты. Под великодушием и общительностью могут таиться скаредность и свирепость.
Никогда не отказывайся от объятий. Кто знает, когда тебя захотят обнять в следующий раз и захотят ли вовсе.
... по натуре не спасатель, могу помочь по настроению, однако на том всё. Не зря же увольнялась из следственного. Зарплата мизерная, а помощь нужна многим. Смотреть на них мне было слишком грустно, поэтому решила не смотреть.
Если я что и усвоила за свою короткую жизнь, так это то, что ответ рано или поздно обязательно найдется.
– Ты бога нянькой не назначай, – вымолвила наконец Агаша. – Он отец наш, а смотреть за собой люди сами должны.
Правила - штука хорошая, особенно если нужно их нарушить, когда того требуют обстоятельства…
Слова мои неловки, как пердеж на похоронах, но искренни, как вопли на допросах...
Когда происходит несчастье, очень важно, чтобы рядом были друзья.