Тот, кто ценит знание превыше всего, неминуемо жаждет власти, а это заводит в темные и пустые края.
Сперва игрок проходил игру в нормальном режиме, потом – во второй раз – в более сложном режиме «Кошмар», потом продирался через «Ад». В дополнение к этим трем в Diablo III добавили и четвертый уровень сложности, «Инферно». Он был разработан для игроков, которые уже получили максимальный уровень, и сложность тому соответствовала – по сути, пройти этот режим можно было, только если у тебя есть лучшее в игре снаряжение. Но вот беда: лучшее снаряжение в Diablo III тоже падало только на «Инферно»! Так возникала демоническая вариация дилеммы про яйцо и курицу.
Удивительно, но можно привыкнуть даже к боли. Особенно, когда выбора всё равно нет.
Time doesn't wait for you to make amends. Time waits for nobody.
– Прошлое определяет сущность каждого из нас. Важно помнить, что было прежде. Время – круг, история – колесо. Впрочем, людям это трудно понять. У вас память коротка, а ум ограничен.
Доши хотела было резко возразить, но Листопад продолжил:
– Не сочтите это за личное оскорбление. Я попросту напоминаю, что человеческая жизнь быстротечна, а сами люди не отличаются дальновидностью и склонны повторять ошибки наших с вами предков.
Миллионы людей, одурманенные пропагандой и отсутствием информации, отупевшие от догматизма и изоляции от внешнего мира, лишенные свободы и воли, а от страха — даже и любопытства, пришли к угодничеству и покорству и стали обожествлять Трухильо. И не только боялись его, но и полюбили, как начинают любить дети своих властных отцов, убеждая себя, что те бьют и наказывают их для их же блага.
Мне всегда казалось, что религия подобна коллекционированию жуков. Одному чёрные жуки нравятся, другому - нет, а спорить об этом без толку.
-Сижу одиноко я в клетке с едой, вокруг столько женщин , а мне- ни одной !
-Что ни говори , мужик мужиком , хоть и птичка!- усмехнулась я .
Любовь набирает силу не равномерно, а нарастает рывками, толчками, неожиданными скачками.
Средний российский хипстер – это бесхозный блютусно-вайфайный голем с очень
ограниченным умственным ресурсом. Многие его ненавидят, в то время как стоило бы пожа-
леть: чаще всего это сборщик хлопка, из последних сил делающий вид, что он анфан тер-
рибль золотого миллиарда. Он не столько даже рассчитывает, сколько мечтает, что все вокруг
рухнет – и его пустят пошустрить в дымящихся руинах, как это случилось с поколением
отцов.
Едва ли разуму человека дано загадать такую загадку, какую разум другого его собрата, направленный должным образом, не смог бы раскрыть.
Если тебе не нравятся законы, отправляйся туда, где они тебя не достанут.
После чего создай собственные законы.
Так блудный, балованный кот смотрит на лакомый, запретный кус, с мягким мурлыканьем ходя тихонько вокруг и щуря чуть видные глазки.
Альдонса. Почему же, Санчо, твой Дон-Кихот и на этот раз не пришел ко мне, когда я сама его позвала?Санчо. Да потому, что по законам рыцарства, он сначала должен был выполнить свое обещание и спасти принцессу от великанов! А потом уж думать об удовольствиях!
Если стоишь по уши в говне, не остаётся ничего другого, кроме как смотреть вверх на звёзды. Удивительно, что если говна по колено, люди смотрят вниз под ноги.
Когда имеешь дело с тиранами, самое правильное, пожалуй, это говорить им правду в лицо, — пусть поймут, что ты их ненавидишь, пусть усвоят, что ты готова при первой возможности сделать им больно. Их это пугает.
Поколение телогреек уходит. Новому поколению next и wi-fi противно слушать вранье.
Абсолютное молчание слишком завораживает. Стоит довериться ему хоть на миг, и его чары потом слишком трудно сбросить.
У врачей Средневикторианской эпохи в кабинетах стояли обычные письменные столы, а не столы для обследования. Собственно, в последних у них не было нужды. Врачи были джентльменами и почти никогда не опускались до того, чтобы пачкать руки о пациентов. В крайнем случае измеряли у них пульс. Неблагодарная работа по настоящему лечению больных выпадала на долю стоявших ниже по социальному статусу хирургов.
- Я открыл, что человек превращается в скотину невероятно быстро.
Ты был таким надежным. Она всегда могла на тебя положиться. Заговори она — ты бы ее выслушал. Ну ладно, да, Люк был более ярким, и язык у него был подвешен лучше, чем у тебя. Но это не всегда хорошо. Люк был звездой, но людям, по большей части, не слишком нравится играть роль второго плана в своей собственной жизни. С тобой было по-другому. Ты-то всегда беспокоился больше о других, чем о себе.
В этот момент я понимаю, что не люблю его, что не любила уже какое-то время. Что, может быть, вовсе никогда не любила. Вот он, прямо здесь, бери его. Я могла бы его снова поцеловать, могла бы сделать своим. Но я не хочу его. Я хочу кое-кого другого. Странно, потратить так много времени, желая чего-то, кого-то, а потом в один прекрасный день вдруг просто остановиться.
У меня была власть, но я не знала, как ею воспользоваться. Я была правителем, не умевшим править. Я была близнецом, потерявшим свою половинку. Я была дочерью отсутствующих родителей. У меня было полдюжины поклонников, но я не знала, что такое любовь.
Взглянул вниз, во внутренний двор.
Четвертый этаж…
М-мать…
Но внизу песок. Целая куча песка.
Немного. Куча метра в три высотой. Но это песок… а я очень люблю песок… Я знаю и понимаю пустынный песок.
Стоит только начать смотреть на людей свысока, и уже будет трудно смотреть на них как прежде.