Цитаты
285253
И когда же, где же вздумали люди обайбачиться? — кричал он в четыре часа утра, но уже несколько осипшим голосом. — У нас! теперь! в России! когда на каждой отдельной личности лежит долг, ответственность великая перед богом, перед народом, перед самим собою! Мы спим, а время уходит; мы спим...
Жемчужина тургеневской прозы. Один из тончайших и печальнейших романов Тургенева. Поэтичная, удивительно красивая история несбывшейся любви, разбитых надежд и сложной судьбы блестящего, умного человека, совершившего некогда трагическую ошибку – и расплачивающегося за нее всю жизнь... Тургенев – имя уникальное даже в золотой плеяде классиков русской прозы XIX века. Это писатель, чье безупречное литературное мастерство соотносится со столь же безупречным знанием человеческой души. Тургенев...
Мне не нравятся такого рода вестерны, когда нужно таиться от своей же команды.
Антуанетта Конвей и Стивен Моран, блестяще раскрывшие убийство в романе «Тайное место», теперь официальные напарники. В отделе убийств их держат в черном теле, поручают лишь заурядные случаи бытового насилия да бумажную волокиту. Но однажды их отправляют на банальный, на первый взгляд, вызов – убита женщина, и все, казалось бы, очевидно: малоинтересная ссора любовников, закончившаяся случайной трагедией. Однако осмотр места преступления выявляет достаточно странностей. И чем дальше, тем все...
Самые страшные битвы всегда разворачиваются внутри нас.
1892 год, Новая Англия. Приехав в Нью Фиддлхем и находясь в поисках работы, Эбигейл Рук знакомится с Р. Ф. Джекаби, исследователем необъяснимого и загадочного, который не только тонко подмечает все экстраординарное, но и обладает способностью видеть сверхъестественных существ. Дар Эбигейл замечать обычные, но важные детали делает ее идеальной для должности ассистента Джекаби. В свой первый же день Эбигейл оказывается в самом разгаре захватывающего дела: на свободе серийный убийца. Полиция...
С мозгами как с мышцами: если их функцию выполняет какой-то сторонний агрегат, то они медленно, но верно усыхают.
Из-за социальных сетей, эффекта постоянной подключённости («всегда на связи»), агрессивной конкуренции между производителями контента, цифровой зависимости и других новых «зол» изменилось не только количество, но и качество потребляемой нами информации.
Эта фундаментальная трансформация среды с неизбежностью приводит к нашим собственным изменениям. Но из-за когнитивных искажений мы субъективно занижаем значение происходящего: к переменам мы стали привыкать быстро, а собственных изменений не видим, потому что не с чем сравнить – всё человечество меняется разом.
Многие, впрочем, чувствуют: «что-то пошло не так». Изменения вроде бы и положительные, но вот фон – нет, какой-то странный: всё сложнее определиться с целями, жизненные перспективы выглядят какими-то туманными (если вообще просматриваются), нарастает чувство безысходности, отношения между людьми становятся всё более и более поверхностными и формальными.
В ближайшие десятилетия мир переживёт самую значительную трансформацию за всю историю человечества. Технологии радикально изменят политику и экономику, среду обитания и отношения между людьми. Изменимся и мы сами. До неузнаваемости. Эта книга расскажет о том, почему искусственный интеллект — не выдумка, о том, как это работает, и почему он лучше наших мозгов. Вы узнаете, как он думает, и к каким последствиям приведут новейшие научные открытия. Вас ждут все сценарии возможного будущего… Поможет...
…Рассказ о том, как жила-была старуха, вступает в последнюю фазу, печальную и неизбежную: как она умирала, и ни она сама, ни другие герои повествования не знают, сколько времени ей отпущено, сколько раз можно будет повторить классическое: «Вот неделя, другая проходит…» А они между тем идут, одна за другой. Враждебный ноябрь сменился невнятным декабрем, и пока все это происходит, старуха живет, вот и сердце ее бьется в ритм бессмертным словам: жила-была, жила-была, жила-была, хоть она в это время умирает. Умирание — это тоже часть жизни.
Роман «Жили-были старик со старухой», по точному слову Майи Кучерской, — повествование о судьбе семьи староверов, заброшенных в начале прошлого века в Остзейский край, там осевших, переживших у синего моря войны, разорение, потери и все-таки выживших, спасенных собственной верностью самым простым, но главным ценностям. «…Эта история захватывает с первой страницы и не отпускает до конца романа. Живые, порой комичные, порой трагические типажи, „вкусный“ говор, забавные и точные „семейные...
Чарльз Диккенс писал, что "дом" - просто название, слово, но очень сильное слово. Оно сильнее любого заклинания, любого заговора, любых чар. ..."Дом" не обязательно должен быть местом. Иногда это человек...
Успешный автор детективов Мэг Броган отправляется в родной город, чтобы написать книгу о нераскрытом убийстве сестры, которое произошло два десятка лет назад. Мэг тогда нашли без сознания неподалеку от места преступления. Очнувшись, она так и не вспомнила, что с ней случилось. Ныне она пытается хотя бы частично восстановить события, но цель ее приезда не встречает понимания в городе. Кто-то расписывает ее дом кровью и стреляет по окнам…
Чем невозмутимее лицо,тем труднее приходится сердцу и сосудам.
Мир на пороховой бочке, и несколько раз за век эта бочка взрывается Апокалипсисом. Из моря выходят чудовища, звезда Полынь опрокидывается в реки, превращая воду в кровь, ангел трубит в трубу над пепелищами. Лишь загадочные Врата сумеют спасти живых, чтобы люди могли после катастрофы отстроить жизнь заново – если, конечно, успеют войти в эти Врата. Мир привык, потому что привыкают ко всему. Лгут депутаты, мудрствуют спецслужбы, защищаются диссертации, рождаются дети. И конечно же, выдаются...
Их губы были близко, так близко, что Эльф едва не лишилась сознания.
Прелестная Элинор Эшлин готовилась стать монахиней, но по воле короля ей пришлось принести у алтаря не обет послушания, а клятву верности. Отныне благородному рыцарю Ранульфу де Гланвилю, молодому супругу нежной Элинор, предстоит не только защищать ее от коварных врагов, но и дарить ей волшебный мир волнующей, страстной любви.
Людську досконалість та технічну бездоганність неможливо узгодити між собою.
«Стеклянные пчелы» (1957) – пожалуй, самый необычный роман Юнгера, написанный на стыке жанров утопии и антиутопии. Общество технологического прогресса и торжество искусственного интеллекта, роботы, заменяющие человека на производстве, развитие виртуальной реальности и комфортное существование. За это «благополучие» людям приходится платить одиночеством и утратой личной свободы и неподконтрольности. Таков мир, в котором живет герой романа – отставной ротмистр Рихард, пытающийся получить...
От этих историй о любви, таких разных и в то же время одинаково безумных, ночь наполнялась волшебством, а сердце согревалось теплой нежностью воспоминаний…
Недолго продлилось победное шествие Повелителя по миру, из которого он когда-то был с позором изгнан и куда намеревался торжественно вернуться. Самые разные люди из нескольких миров объединились против новоявленного кандидата в боги. Старым волшебникам придется вспомнить молодость, юному ученику — повзрослеть, суровому вояке — поверить в чудеса, а агентам «лавочек» — нарушить кучу инструкций и предписаний. Король станет шпионом, а бард — магом-сновидцем… И их усилия не пропадут зря.
...нельзя извлечь пользу из своих ошибок, если стараешься их забыть. Нужно помнить и учиться на них.
Представьте себе библиотеку, где вместо книг на полках лежат мертвецы. У каждого из них своя особая история, которую под силу прочесть только Библиотекарям. Поэтому они называют мертвых Историями, а место, где хранятся Истории, – Архивом. Маккензи Бишоп – Хранитель Архива, она спасает мир от вторжения бесприютных призраков – пробудившихся Историй. Но однажды ей пришлось спасать сам Архив, когда кто-то начал переписывать Истории, подчас стирая целые жизни… Теперь для того, чтобы вернуться к...
Надеюсь, рай существует. Потому что, когда умирает человек, которого ты любил сильнее всех, это единственное место, где вы можете воссоединиться, но если рай – просто фантазия или городская легенда, надежда обрести его вновь исчезает навсегда.
Жизнь когда-то энергичной, независимой женщины с бунтарской жилкой изменилась в одночасье после трагических событий 12-летней давности. В попытках заглушить свое горе она каждое утро вне зависимости от сезона и погоды плавает в открытом бассейне и в компании волкодава навещает могилы на старинном викторианском кладбище. Она почти не осознает, что ее жизнь практически остановилась… Но однажды Маша (как назвала ее подруга в честь одной из героинь «Чайки» Чехова) встречает таинственную...
– В первый же день, когда ты произнесешь что-либо без сарказма, Костоправ, я лягу и помру на месте, – пообещал Ильмо.
– Сарказм не дает мне свихнуться, приятель.
– А это спорный вопрос, Костоправ. Спорный.
Наемникам наплевать – на чьей стороне сражаться. Согласно меткой пословице, за золото они готовы идти хоть на всадников Апокалипсиса. Однако для лихих парней из Черного Отряда эта пословица неожиданно становится реальностью… Их нанимают не короли, не графы – великие маги и чернокнижники. Они сражаются то на стороне Света, то на стороне Тьмы, и противники их – не только люди, но демоны, монстры и даже древние боги… Смерть? Опасность? Наплевать. Наемники издавна торгуют собственной кровью. А...
Я заметил, что истории о мавританских сокровищах, столь обычные во всей Испании, более всего по сердцу простолюдинам. Нужно же хотя бы призрачное утешение. Жаждущий мечтает о фонтанах и потоках, голодный – о пиршествах, а бедняк – о грудах золота: нет щедрее воображения нищего.
Гранада и Альгамбра, — прекрасный древний город, «истинный рай Мухаммеда» и красная крепость на вершине холма, — они навеки связаны друг с другом. О Гранаде и Альгамбре написаны исторические хроники, поэмы и десятки книг, и пожалуй самая известная из них принадлежит перу американского романтика Вашингтона Ирвинга. В пестрой ткани ее необычного повествования свободно переплетаются и впечатления восторженного наблюдательного путешественника, и сведения, собранные любознательным и склонным к...
Дети не слушались, нарушали правила, дрались, портили вещи, не хотели учиться, ленились, врали, ныли, объедались сладким и хамили взрослым всегда, сколько стоит этот мир.Вот, к примеру, излияния родителя из древнего-предревнего Египта: «Дети больше не слушаются своих родителей. Видимо, конец мира уже не очень далек… Эта молодежь растленна до глубины души. Молодые люди злокозненны и нерадивы». Чувствуете родственную душу? Не мы первые, не мы последние. Поговорите с любой мамой на детской площадке. Поговорите с английской королевой. Поговорите с самым заслуженным педагогом. От любого из них вы можете услышать: «Он иногда так себя ведет – прямо не знаю, что с ним делать».Слушайте, но, если вдуматься, это же хорошо. Проблема не нова. Множество умных людей тоже с ней намучились. Специалисты между собой спорят. Сами вы уже все перепробовали, а толку нет (иначе зачем бы вам эту книжку читать)? Из этого следует, что спешить-то некуда. Немедленно решать проблему необязательно. Ну, не знаете вы, что делать, чтобы ребенок так больше не делал (или чтобы наконец делал). Вы уже давно этого не знаете. И если не будете знать еще какое-то время, ничего страшного не случится, правда?
Новая книга известного семейного психолога, лауреата премии президента РФ в области образования, автора бестселлеров «Что делать, если…» и «Что делать, если… 2» адресована родителям детей и подростков с особенностями поведения. Издание поможет найти с ребенком общий язык, сориентироваться в сложных ситуациях и конфликтах, достойно выйти из них, сохранить терпение, восстановить понимание и мир в семье.
Что имеем - не храним, потерявши - плачем. Потеряв что-нибудь, только и начинаешь замечать, что оно же у тебя оказывается, было. Проснувшись поутру, ты и не думаешь здороваться с каждой мелочью окружающего мира, но ведь эти мелочи - из них же и состоит мир, весь мир. И людей, которых ты видишь, их тоже вот так воспринимаешь, что есть они, и это - нормально, и говорить тут особенно не о чем, и никуда они не денутся.
Будущее? Фантастика? НЕТ! Альтернативное настоящее. Будущее, которое уже началось. Стильный футуристический триллер, открывающий вторую трилогию Гибсона (вслед за «трилогией кибер-пространства» Нейроманта, Графа Ноль и Моны Лизы Овердрайв) – «трилогию Моста». Разрушительное землетрясение, разделяющее Калифорнию на Северную и Южную. Вырождение экосферы, делящее всех людей на аллергиков и «приспособившихся». Разлом проходит не только по планете, но и внутри общества, внутри...
Вот ты живешь в городе, на втором этаже с балконом, ходишь в фотокружок, а вечером подтягиваешься на косяке, уже семь раз, почти ГТО; и отец уезжает каждое утро на свой завод, а мать печет голландские пирожки на один укус, и сестра... а потом раз - мельтешение какое-то, грохот, сирены, огонь, и я уже иду через лес и прячусь в канаве, в руке нож, и никакого промежутка, всё другое.
Сегодня писать о войне – о той самой, Великой Отечественной, – сложно. Потому что много уже написано и рассказано, потому что сейчас уже почти не осталось тех, кто ее помнит. Писать для подростков сложно вдвойне. Современное молодое поколение, кажется, интересуют совсем другие вещи… Оказывается, нет! Именно подростки отдали этой книге первое место на Всероссийском конкурсе на лучшее литературное произведение для детей и юношества «Книгуру». Именно у них эта пронзительная повесть нашла самый...
– Ложь? Разве можно назвать предположение ложью? Утверждение, догму и даже факты – да, но предположение?!
Смерть оказалась… странной. Головокружительной, стремительной, сверкающей… Я куда-то падала, крепко удерживаемая чем-то, смертью, наверное, затем оказалась лежащей на твердой земле. Точно на земле — несколько камешков ощутимо давили в спину… А еще у смерти имелся… смех — безумный, громкий, исполненный невыразимого облегчения и… очень напоминающий смех кесаря. И самое невероятное — как выяснилось, после смерти очень даже чувствуется ветер, слышно как шумит листва деревьев и даже птички пением...
— Сколько вы уже вместе?
— Четыре месяца.
— Боже, это ведь всего ничего.
— Но ведь время тут не всегда главное? Главное – что ты чувствуешь.
Молодые люди Адам и Эмили любят друг друга, планируют создать семью и жить долго и счастливо. Они проводят вместе все свободное время, но Адам не торопится знакомить девушку с членами своей семьи. Эмили настаивает. День, когда Адам приводит ее на обед к своей маме, становится для Эмили началом настоящего кошмара.
Порочность портит и отравляет все самое лучшее - она убивает любовь.
Роман «Шерли» английской писательницы Ш. Бронте (1816–1855) получил на родине широкую известность — он много раз переиздавался, его экранизировали в кино и на телевидении, по нему готовили радиопередачи.
Вот уже полтора столетия читателей волнует история любви двух героинь романа к одному мужчине, их трагическая судьба.
Но даже это, появляющиеся на моём пути трудности и препятствия, мне нравились.
А теперь я снова стану Лайрой. Бездельницей шиари Ноэро, проводящей время…
Бесцельно.
Трилогия. Книга 2. Отправляясь вместо брата в военную академию, я рассчитывала в скором времени из нее исчезнуть. Но все пошло не по плану, и теперь я чаровик, бесценный для императора. А вдобавок к этому девица на выданье и желанный трофей для многих шейров Эргандара. Чье еще успела привлечь внимание? Сил, жаждущих, чтобы я поставила шах и мат правящей династии. Сыграла партию, в которой черные начинают и побеждают. Ну и как не упомянуть генерала. Того, кто будучи всегда рядом, сам того не...
"Так или иначе, не всегда стоит ворошить прошлое, миледи, даже если это и любопытно."
«Красавица и чудовище» — это, собственно, и есть аннотация. Так что, сюжет предсказуем… но не совсем…
Тот же мир, что и в романе «Шут и слово короля» (он законченный и бесплатный), страна Грет (да, откуда родом королева Астинна). Книга самостоятельная, с «Шутом» сюжетно не пересекается.
Итак, прекрасная леди Айд, герцогиня Нивер, стала жертвой злого колдовства, которое обезобразило ребенка в ее чреве: второй сын герцога Нивера родился чудовищем, похожим на неведомого зверя…
Бабушка всегда говорила : "Люди при виде улыбки сразу становятся добрыми и отзывчивами. Улыбка - это ключ к сердцу людей. А окровавленный кинжал - это всего лишь приятное дополнение к милой улыбке!"
Меня зовут Пенни Вайс! Я приехала из провинции поступать в Великую Магическую Академию Темных Искусств города Тварьбурга! Но меня не берут! Ну и что, что я опоздала на вступительные экзамены? Разве это повод не брать меня? Я готова на все, чтобы поступить! Но упрямый ректор не хочет меня брать! Бумажку с адресом родственников сдуло. И я пришла по памяти. А что это за красавец меня встречает? Неужели остальные поумирали и нам не сказали? - Здравствуйте! Я - ваша внучатая племянница по...
Как ни странно, ненависть к себе – один из главных симптомов клинического нарциссизма.
Биография Стивена Фрая, рассказанная им самим, богата поразительными событиями, неординарными личностями и изощренным юмором. В Англии книга вызвала настоящий ажиотаж и волнения, порой нездоровые, – в прессе, королевской семье, мире шоу-бизнеса и среди читающей публики. А все потому, что, рассказывая о своей жизни, Фрай предельно честен и откровенен, и если кое-где путается в показаниях, то исключительно по забывчивости, а не по злому умыслу. Эта книга охватывает период зрелости – время, когда...
Вся ответственность лежит на том, кто принимает решения, отдает приказы. Люди же в большинстве своем - просто стадо. Куда его поведешь, туда оно и пойдет. И сосед может ополчиться на соседа, с которым бок о бок прожил не один десяток лет, лишь потому, что тот принадлежит к другому народу.
Дилогия. Книга 1 Казалось бы, простая история. Юную травницу, сироту, насильно выдают замуж за сына деревенского старосты. По традиции первую брачную ночь девушка должна провести в постели сеньора, но владетель земель решает уступить свое право заезжему дворянину из столицы Империи. Однако герои вовсе не те, за кого себя выдают. Провинцию вот-вот охватит мятеж. В столице Империи зреет заговор. Пробуждается к жизни культ древней магии… А простая на первый взгляд история может всколыхнуть...