Если сторожить волка чересчур усердно, то мышь укусит за лодыжку.
Попить есть чего?
На подоконнике осталась початая бутылка вермута, которую я и вручила парню.
Тот мученически скривился и выдал:
– Да попить, а не выпить!
Я пожала плечами. Как будто он не знает, что именно вода на вечеринках заканчивается в первую очередь.
Есть такие люди, которых любить просто не получается. Словно отводит тебя от них.
Вроде и красивый фрукт, и кожица яркая, а внутри - гнилье. Злоба, ненависть, презрение...
Оказаться проданным в рабство никому не хочется, но, возможно, ещё хуже, когда тебя даже купить никто не хочет.
Внутри меня словно проснулся дракон. Маленький. Но он очень быстро рос.
Как говорила моя мама, я родилась дракончиком, а выросла в драконицу, и сейчас на миг очень ясно представила, как в неё превращаюсь, и...
Кусь. Грызь. Нет башки!
Как говорится, любишь королеву в ресторан водить, люби и похмельную стерву по утрам терпеть
- Собака, если бы умела говорить, могла бы рассказать чуть ли не всё об этом деле, - сказал священник. - Вас же я осуждаю за то, что вы, благо пёс говорить не умеет, выступаете от его имени, заставляя его изъясняться языками ангельскими и человеческими. Вас коснулось поветрие, которое в наше время распространяется всё больше и больше. Оно узупаторски захватило власть над умами. Я нахожу его в газетных сенсациях и даже в модных словечках. Оттесняя ваш старинный рационализм и скепсис, лавиною надвигается новая сила, и имя ей - суеверие.Вещая собака
Туман прокрался на остров. Он выполз из моря, и никто не заметил его прихода. Внезапно все оказалось завернутым в бледную серую пелену, и казалось, уступ смотрителя маяка плывет одинокий и покинутый в шерстяной пустоте.
Муми-папа любил прятаться в тумане. Он немного спал -- пока его не будил крик чайки. Тогда он поднимался и бродил по острову, бесплодно размышляя о течениях и ветрах, о происхождении дождя и штормов, о глубоких ямах на дне моря, которые невозможно измерить.
Наверное, только в семнадцать лет можно без оглядки, наплевав на мораль, этикет и нормы поведения, предаваться безумию. Только в семнадцать любовь бывает такой головокружительной и страстной, без сомнений, без неуверенности.
Мы созданы не идеальными и должны остерегаться собственных недостатков, иначе они нас погубят.
Этот высокий широкоплечий тип стоял посреди мостовой и смотрел прямо нa меня. Его тяжелый взгляд зеленых глaз, которым он смотрел нa меня из-под темных, сведенных к переносице бровей, словно дaвил к земле. Я ощутилa его нa себе почти физически.
Как я уже сказал, мне снилось, что я стою недалеко от кучки ангелов зажиточного вида, и полисмен взял меня за крыло и спросил, не из их ли я компании.
— А кто они? — спросил я.
— Ну, как же, — сказал он, — это люди, которые нанимали на работу девушек и платили им пять или шесть долларов в неделю. Вы из их шайки?
— Нет, ваше бессмертство, — ответил я. — Я всего-навсего поджег приют для сирот и убил слепого, чтобы воспользоваться его медяками.
— Твой сын тебе и решать эту проблему, — убегаю я с малышкой на руках.
— Он и твой сын тоже, Арлин! — впервые за все года, слышу в голосе мужа беспомощность. — Почему когда он что-то вытворяет, он только мой сын, а когда он ведёт себя, как пай-мальчик, так сразу твой сын?
Я могу поверить в то, что правда, и в то, что неправда, и в то, о чем вообще никто не знает, правда это или нет. Я верю в Санта Клауса и в Пасхального Зайца, и в Мэрилин Монро, и в "Битлз", в Элвиса и в мистера Эда. Послушай, я верю, что люди могут измениться и стать совершенными, что познание бесконечно, что миром управляют тайные банковские картели, что к нам регулярно наведываются инопланетяне, как добрые, похожие на сморщенных лемуров, так и злые, которые увечат скот и желают захватить нашу воду и наших женщин. Я верю, что будущего нет и что оно рок-н-ролл, я верю, что настанет день и вернется Белая Женщина Бизон, чтобы наподдать всем под зад. Я верю, что взрослые мужчины на самом деле мальчишки переростки с проблемами в общении и что упадок хорошего секса в Америке от штата к штату совпадает с сокращением числа кинотеатров под открытым небом. Я верю, что все политики - беспринципные мошенники, и тем не менее верю, что альтернатива еще хуже. Я верю, что однажды Калифорния с большим "бум" затонет, а Флориду затопят химические отходы, безумие и аллигаторы. Я верю, что антибактериальное мыло уничтожает наш естественный иммунитет к грязи и болезням, и поэтому рано или поздно всех нас прикончит простая простуда, как марсиан в "Войне миров". Я верю, что великими поэтами прошлого века были Эдит Ситуэлл и Дон Маркис, что малахит - это высохшая сперма драконов и что тысячу лет назад в прошлой жизни я была однорукой сибирской шаманкой. Я верю, что будущее человечества лежит среди звезд. Я верю, что леденцы и впрямь были вкуснее, когда я была ребенком, и что майский жук по законам аэродинамики не может летать, что свет - это волна и частица, что где то есть кошка в коробке, которая одновременно жива и мертва (хотя если они никогда не откроют коробку, чтобы покормить животное, у них рано или поздно будет две по разному мертвых кошки), что во Вселенной есть звезды на миллиарды лет старше самой Вселенной. Я верю в личного бога, который заботится и тревожится обо мне и присматривает за всем, что я делаю. Я верю в безликого бога, который запустил Вселенную, пошел тусоваться со своей телкой и знать не знает о моем существовании. Я верю в пустую и безбожную Вселенную случайного хаоса, фоновые шумы и слепой случай. Я верю, что всякий, кто говорит, что похвалы сексу преувеличены, просто никогда не имел настоящего секса. Я верю, что всякий, кто утверждает, будто знает, что происходит, солжет и в малом. Я верю в абсолютную честность и в разумную ложь во спасение. Я верю в право женщины выбирать и в праве ребенка на жизнь, что хотя всякая жизнь священна, нет ничего дурного в смертном приговоре, если внутренне доверяешь юридической системе, и что никто, кроме идиота, не станет ей доверять. Я верю, что жизнь - игра, что жизнь - это жестокая шутка, что жизнь - это то, что происходит, пока жив, и что вполне возможно просто ей радоваться.
Уважение не заменит издохшую любовь, а выгода - дружбу.
Устраивать истерику без зрителей - совсем уж глупо.
После смерти Просветленного он и его учение изображались в виде символов: колесо, пустой трон или следы ног. В течение почти 500 лет не появлялось антропоморфных изображений Будды. Но примерно в первом столетии нашей эры его начали изображать в монашеских одеяниях.
Если два человека независимо друг от друга делают один и тот же неутешительный вывод - жди больших неприятностей.
Наша земля держится на трех слонах, те - на панцире огромной черепахи, черепаха - на спине невообразимых размеров кита, и все они - на таблетках.
Мой разум ярок, как бутон, но тело разваливается
на части – голая электрическая лампочка в темной
и сырой комнате. Смерть витает здесь в воздухе,
но мы не говорим о ней.
Сама действительность - вот настоящий эксперимент.
– Сердце – это компас, – говорю я. – Оно направляет нас обратно, к тому, что мы любим больше всего.
В любовь не шмякаешься без ума, к ней восходишь.
Когда Маргарет говорила о божественном спокойствии греков, об их радостном жизнелюбии, он поражался ее уму, хотя, услышав такие рассуждения от мужчины, почувствовал бы раздражение.
Все еще не привыкла. Уже четвертый месяц живу с этим, но привыкнуть никак не выходит. Внутри что-то недовольно дернулось. Это мне мягко напомнили, что подобное отношение к такой маленькой драгоценности, как это нежданное дитя, недопустимо.
– Я помню, лисенок, помню, – нервно прошептала я, невольно поглаживая живот. Чужое присутствие сразу же истаяло. Мой лисенок старался не слишком беспокоить свою будущую маму, знал, что мне, чистокровной человечке, тяжело выдерживать его постоянное присутствие. – Обещаю, скоро все закончится. Я не стану затягивать с нашими делами, честно-честно.
Мне не поверили. По крайней мере, насмешливая тишина внутри была именно такой, многозначительной. Странно, наверное, общаться с плодом, но это был не совсем обычный ребенок. Совсем необычный. Да и у меня это первая беременность, так что на самом деле мне весьма сложно судить, как там все должно быть в реальности. Да-да, я в курсе, что каждая мать стремится наделить свое дитя чем-то особенным, выделить его… Вот только мой лисенок действительно был особенным.
– Льяса, ты почему еще не переоделась?! И где шляется Марта, когда тебе давно пора делать макияж к выходу?! – Ари ворвался в комнату без предупреждения.
Мой младший дядюшка. Трехцветный кот. И не говорите мне, что для мужчин такая расцветка невозможна, ибо передо мной было живое воплощение этой «невозможности». Пегая из-за пресловутой трехцветности шевелюра обрезана почти под корень – Ари не любит, когда на него обращено слишком много взглядов. Кстати, глаза у него красивые: как и у всех в нашей семье, они насыщенного синего цвета. Да и черты лица правильные, их не удалось испортить даже парочке длинных белых шрамов, пересекающих левую щеку – это он неудачно упал на забытый кем-то инвентарь при отработке номера, задолго до моего рождения. Кстати, именно из-за поврежденных мышц улыбка у него всегда выходит немного кривоватой, а вовсе не из-за бесовского нрава. Так что не верьте сплетникам, господа! Из троих братьев Корвир Аринэл самый спокойный, рассудительный и надежный.