...но не так скоро молния блестит и в облаке исчезает, как быстро голубые глаза ее обращались к земле, встречаясь с его взором.
Человек никогда не удовлетвориться достигнутым: дайте ему желаемое, и он попросит что-нибудь еще.
Мужчина - это голова, спору нет. Но женщина - глаза этой головы. Куда ты посмотришь, туда голова и повернётся.
Люди словно лемминги, которые сначала чрезмерно размножаются, а потом взбираются на скалу, чтобы совершить самоубийство. Только люди делают это более изощренно.
— Ну, знаешь, вы и существа! Зовешь вас в гости, а вы приходите и начинаете вить гнездо.
— С тобой, Евгений, можно свить только веревку и на ней повеситься, — ответила Лайма, которой девицы Корнеева надоели до чертиков. Порой приходилось проводить настоящие спецоперации, чтобы освободить его от очередной Джульетты.
Женщина влюблена в черта. Да, не шутя.
Нормальный попаданец ... первым делом мчится в матушку Россию. Спасать отечество, вразумлять царя, ковать победу. Отчего я сижу в Ливерпуле и считаю чужие залоги?
Я честно попробовал представить. Россия 1859 года: Александр Второй, готовящаяся отмена крепостного права, Крымская война позади. Кого там спасать? Страна как раз шла уверенным курсом на реформы, и мешать ей было бы глупо, а помогать нечем. Промежуточный патрон? Разумеется. Прямо сейчас, только сначала изобрету бездымный порох, потом нормальную латунь, потом унитарный патрон, потом пистолет-пулемёт, а уж потом, на десерт, и промежуточный. Дорожная карта у меня готова, не хватает мелочей: химии, металлургии и ста лет.
А главное, ... я не чувствовал тяги... Когда пытался вспомнить родину, вспоминал квартиру, где ужинал в одиночестве, и офис, где лечил чужие убытки. Родиной это называть как-то не получалось. Родиной, кажется, называют место, где тебя ждут, а меня в Саванне ждала нянька с ключами, и это выходило убедительнее.
В великодушной помощи, которую оказывают скрытно, избегая всяких изъявлений благодарности со стороны тех, кому оказывают благодеяние, есть известная доля высокомерия.
Если согласиться с тем, что мысль человека есть мысль рода человеческого, то нет возможности понять, что она такое. Подобно всей остальной части в созданной вселенной , ничто в мире сознаний не может быть постигнуто как совершенно обособленное, существующее само собой.
Да, слишком чист, потому что слишком умозрителен. Чистота – пустота проклятая. Чистое умозрение в делании – донкишотство, смешное и жалкое. Я ничего не сделал, только унизил великую мысль, уронил святыню в грязь и в кровь. Но я все-таки пробовал сделать; Пестель даже не пробовал.
У меня есть и свои спички и своя сера, и я сумею сам устроить себе ад.
Сынам Невы не свергнуть ига власти,
И чернь крылатым идолом взойдет
Для Индии уснувшей, для Китая
Для черных стран не верящих в восход.
Вот я стою на торжищах Европы
В руках озера, города, леса
И слышу шум и конский топот
Гортанные и птичьи голоса.
Коль славен наш Господь в Сионе
Приявший ночь и мглу и муть
Для стран умерших сотворивший чудо
Вдохнувший солнце убиенным в грудь.
Труднее всего спорить, когда вы имеете дело с очень элементарным и малокультурным противником.
Ты когда-нибудь целовала кролика между ушек? (Выворачивая карманы.) Хочешь попробовать?
В заключение, помните следующее: хорошая жизнь – это не количественные показатели; хорошая жизнь – это позиция, это действие, это идея, это открытия, это поиски. Хорошую жизнь определяет хорошо сформированный стиль жизни вне зависимости от размера Вашего счета в банке. Стиль жизни, который дает Вам постоянное ощущение радости жизни.
В одиночку магию не создать. Для этого нужны двое.
Въезжают борзятники, расседлывают лошадей, выторачивают зайцев, уносят потники на просушку; в избе (откуда хозяйская семья перешла в холодную, а красную на дворе очистили для господ) повар хлопочет с ужином, появляются охотники, швыряют потники на печь, угромащивают шапки с рогами, сворами и арапниками на полку, распяливают мокрые кафтаны вокруг полатей; вбегает борзая, кладет голову на стол и умильно глядит на жареную курицу. Повар кричит, топает, гонит собаку; борзятник отпускает остроту насчет повара и курицы; рог и арапник валятся с полки и падают на блюдо с котлетами; брань усиливается, смех возобновляется; входят новые лица. Та же раскладка потников, распялка кафтанов. В избе стало душно, тесно, темно; голубой дым от махорки стелется пластом и колет глаза… Входят, выходят…
У одного древнего учителя христианской церкви, Ефраима Сирийского, есть глубокое психологическое наблюдение: «мы все изменчивы по своей воле, но не по своей природе». Природа человека двойственна: воля его не может остановиться ни на чем, не может отдаться всецело ни пороку, ни добродетели, ни полной свободе, ни полному самоотречению, ни счастью земному, ни счастью небесному. Она жаждет успокоения и вечно колеблется, потому что мы — дети двух миров.
… гораздо более точное представление о времени дает не песок, сыплющийся неощутимой струйкой из одной колбочки в другую, а простой камень, «с течением времени» превращающийся в песок, или же песок, превращающийся постепенно в камень и снова «с течением времени» делающийся песком, потому что я не только ощущаю, но вижу разрушительное или созидающее действие времени, не отделимого от материи.
– Не будете ли вы любезны сказать мне, имеются ли на этом острове деревни, где можно достать чего-нибудь поесть без опасения самому быть съеденным?
Казалось, неисчерпаемая способность Ромеша ошибаться доставляла Хемнолини огромное удовольствие.
Лишь любовь способна извлекать радость из ошибок, слабостей и даже диссонансов.
... ответы на главные жизненные вопросы никогда не бывают спонтанными, за ними – годы детального исследования контекста и построения шаблонов нашей жизни, что в конце концов начинают управлять всем нашим поведением.
— Вы — позер. Вы хорошо сложены и думаете, что все женщины только этого и хотят.
— Чего — этого?
— Физического.
— Те, кто этого не хочет, — уверенно сказал я, — никогда не пробовали.
Идет борьба хаоса с порядком.
Заметьте, сегодня любая реклама - это маленький миф о том, как очередной продукт или услуга улучают нашу жизнь.