Другие его товарищи тоже были искусны в подобных «кунстштюках» и рыскали по своим участкам, по образному сибирскому выражению, «как звери рыкающие».
............
Той зимой Пит взял за правило подходить к своей двери, обнюхивать ее — и поворачивать обратно. Его, видите ли, не устраивало противное белое вещество, покрывавшее землю и все вокруг. Он начинал приставать ко мне, чтобы я открыл ему человечью дверь, ибо был твердо убежден: хоть одна из дверей да должна открываться в лето. Поэтому всякий раз мне приходилось обходить вместе с ним все одиннадцать дверей и приоткрывать их по очереди, дабы он убедился, что за каждой из них та же зима. И с каждым новым разочарованием росло его недовольство мною. И все-таки он оставался дома до тех пор, пока гидравлика естества не понуждала его выходить наружу. Когда он возвращался, льдинки на лапах стучали по полу, словно башмаки на деревянной подошве. Он свирепо посматривал на меня и отказывался мурлыкать, пока не слизывал льдинки, после чего милостиво прощал меня — до следующего раза. Но он никогда не прекращал искать Дверь в Лето..........
Однако Пит, как подобает настоящему коту, предпочитает выходить на улицу. И он не оставил надежду, что одна из дверей, которую ему еще не открывали, все-таки должна быть Дверью в Лето. Знаете, я думаю, что он прав.
Обычно концу света предшествует спокойный день. Люди идут на работу, садятся в метро, платят налоги. Никто ни о чем не подозревает. Да и с чего бы? Каждый продолжает делать то, что делал всегда, опираясь на простейшую предпосылку: если сегодня все так же, как вчера, почему завтра должно что-то измениться?
В Новый год можно и нужно делать то, чего от тебя никто не ждет. Только так и можно изменить жизнь и воплотить в жизнь свои мечты.
Ты полюбил ее раньше, чем научился ходить!
Родись такой бродяга где-нибудь в Америке, про него обязательно бы сняли фильм, но тут в кого ни плюнь - попадешь в человека сложной судьбы, на всех кинопленки не хватит.
В бездонных тайниках его памяти, прапамяти, оставшейся от предков, гнездился закон жизни: схватившийся с потомком Юкки обречен. Все могучие инстинкты немедленно приказали Арману бежать, сломя голову; но в этот момент, в этот самый момент он стал неподвластен ни инстинктам, ни здравому смыслу.
Клешни тянулись к Юте.
И тогда он понял, что погиб. Потому что порождение моря не осквернит Юту даже прикосновением, и ни волоска не упадет с ее головы, и за это он, Арм-Анн, сейчас отдаст жизнь.
Парень без характера - хуже упрямой девки
Человек воспитывается в окружающей его культурной среде незаметно для себя.
Только разум в состоянии обнять материю и энергию и вложить в них значимость.
Говорят, что сейчас иметь дела с Россией опасно. А мы с Кысей просто совершим экскурсию, — и тут Фридрих сказал до боли знакомое словосочетание, которое я сотни раз слышал по телевизору: — По местам его бывшей боевой славы… Мне, действительно, очень хотелось бы посмотреть, во что превратился этот гигантский, чудовищный монстр с огромной атомной дубиной в руках после того, как он распался на враждующие между собою куски
Искренность — это противоположность рассудительности.
Особняк выглядел до неприличия роскошно: кованая решетка с позолотой, мраморные колонны, над крыльцом - настоящий греческий портик. Такой дом должен быть музеем, театром или библиотекой, а никак не частным владением удачливого бизнесмена.
Вежливость – первое оружие вора? А информация первое оружие любого бизнесмена.
— Как думаешь, если уснуть в кабинете Баюна, в моих кошмарах будут присутствовать котики?
Если один перестает создавать счастье, другой,даже приложив усилий вдвойне, никогда не спасет отношения.
Все животные интуитивно чувствуют, что им враждебно, а что нет.
Как я мог тебя ревновать, если все это время ты тосковала обо мне, Данте?
– Я бы лучше поселилась в лесном скиту, нежели в доме, битком набитом женщинами, что трещат без умолку! – обронила Моргауза. – Если Господь и в самом деле там, то-то непросто Ему вставить словечко!
Воображение бедно, и воображение поэтическое – в особенности. Видимая действительность неизмеримо богаче оттенками, неизмеримо поэтичнее, чем его открытия. Это всякий раз выявляет борьба между научной явью и вымышленным мифом, – борьба, в которой, благодарение богу, побеждает наука, в тысячу раз более лиричная, чем теогония.
— Готовo, - Кэрвальд посмотрел на меня, склонив голову к плечу. - Будете зверствовать, миледи? – осведомился он непринуждённо.
— Воспитывать, - сквозь зубы процедила я и направилась к выходу из котельной.
«Он не умрет, пока не осуществит свою миссию», – записал в дневнике Геббельс.
Воин должен завоевать крепость, даже если сама крепость жаждет немедленно сдаться ему в плен. И точка!
Читатель - ребенок, мечтающий попасть на ярмарку.
Разлука подобна смерти, единственное хоть и существенное между ними различие - это надежда