— Доброе утро!
— Что вы хотите этим сказать? Просто желаете мне доброго утра? Или утверждаете, что утро сегодня доброе — неважно, что я о нём думаю? Или имеете в виду, что нынешним утром все должны быть добрыми?
— И то, и другое, и третье. И ещё — что в такое дивное утро отлично выкурить трубочку на воздухе. Если у вас есть трубка, присаживайтесь, отведайте моего табачку! Торопиться некуда, целый день впереди!
— Почему мужчина не должен жениться?
— Нельзя жениться. Нельзя! — сердито повторил он. — Если ему суждено потерять все, не следует ставить на кон еще и это. Он не должен загонять себя в положение человека, которому есть что терять. Нужно обзаводиться лишь тем, что потерять невозможно.
Это похоже на детскую игрушку для рисования спиралей: ручка двигается по бумаге, направляемая пластиковым шаблоном. Узор, но потом что-то смещается – и хаос. Некомпетентность и неразбериха соединяются воедино. Добрые намерения уступают место инстинкту самосохранения.
Но я не понимаю, зачем Богу было давать мне разум и запрещать думать? А за этой мыслью следует другая: если Он даровал мне сердце, значит, хотел, чтобы я любила. Я прекрасно знаю, что связь между этими двумя предложениями не имеет отношения к философии. Скорее, это мысли поэта и писателя, которого слова увлекают не меньше, чем их смысл. Бог даровал мне разум - значит, Он хочет, чтобы я думала. Бог дал мне сердце, значит, я должна любить.
Я постоянно слышу эти слова в своем сердце, но никогда не произношу их вслух, даже здесь, в пустой часовне. Но когда я поднимаю взгляд от того места, где стою у ограды алтаря и смотрю на икону с распятием, я вижу лишь мрачную улыбку Томаса Сеймура.
Это самая извращенная версия «Красавицы и чудовища», какую я могу себе представить. Со шлюхой-красавицей и монстром, который вряд ли хоть когда-то был принцем.
Одежда человека точно географическая карта. Она может рассказать, где этот человек побывал и где ещё только может побывать.
...когда-то все проблемы мироздания зависели от того, что Господь позволил двум людям самим решить, как им быть с каким-то деревом… Нравится вам это или нет, но Создатель признает человечество достаточно взрослым для того, чтобы отвечать за последствия принятых им решений.
Существование способности забывать так и не доказано: мы лишь знаем, что некоторые вещи не приходят на ум, когда мы того желаем. Фридрих Ницше
Упасть на землю и разбиться на миллион кусков - это не конец. Конец - это не захотеть подняться и оттолкнуть руки тех, кто хочет поднять.
"...подлинник и подделка - это любимые темы турок для разговора."
"Не знаю, когда все это началось и кто заразил веселое и беззаботное человечество опасным вирусом самоограничения, но каждый год, в канун Нового года принимается такое количество опрометчивых решений, что, воплотись они в действительность, жизнь на нашей планете стала бы унылее, чем собрание сотрудников похоронного бюро"
Самое отвратительное в неприятностях то, что они чаще всего случаются неожиданно.
Отцовство само по себе не осеняет нас мудростью, которой стоило бы делиться.
нечистая совесть может стать для человека проклятием всей его жизни.
"...я знаю, что знаю его имя, но оно меня знать не желает..."
Иногда молчание лучше слов. Иногда слова не нужны.
«Распространение принципа равенства не только на людей, но и на другие создания природы сегодня, может быть, и звучит дико, но вызвано оно тем, тупиком, в котором находится мысль в вопросе: что есть человек?».
Близость любимого человека тянула меня вперед, как огромный невидимый магнит.
Когда подходим к “объекту” работы, у меня, по-моему, даже начинают нервно трястись руки. Боже, какая машина! Это же Додж Дюранго третьего поколения! У-у-ух, восторг в моих глазах, наверное, сияет ярче солнца! Таких машин у нас в стране очень и очень мало. Считай, эксклюзив. А стоят они запредельно дорого. Если бы могли закапать слюни от обожания к этой тачке, то уже закапали бы, но я держусь. Из последних сил, честно.
Велика ли важность - начистить картошки? Оказалось - велика.
Первая схема написания убедительного текста1. Создаем интерес.
2. Создаем интригу и усиливаем желание приобретения.
3. Даем реальные отличия того, о чем пишем.
4. Указываем выгоды и уникальные свойства.
5. Оправдываем покупку.
6. Усиливаем ценность преимуществами.
7. Предлагаем какое-то ограничение, даем гарантии или используем историю.
8. Призываем к действию.
В зависимости от цели, размера, предмета описания и прочего в схему можно вводить любые приемы и добавлять блоки. Это не статичное знание, просто вектор. Усиливать его можно и самому.Вторая схема написания убедительного текста1. Привлекаем внимание к тексту. История, факты, какие-то цифры, проблема и т. д.
2. Заручаемся доверием читателя. Находим главные проблемы и нужды и предлагаем помочь их удовлетворить или решить.
3. Предлагаем конкретное решение проблем и/или удовлетворение нужд.
4. Даем выгоды для читателя.
5. Вставляем факторы доверия: статистику, преимущества, гарантии и т. д.
6. Призываем к действию.
7. Повторяем главную идею.
Ненависть — большое чувство, настоящее, удел сильных людей. Если попробовать заставить ненавидеть слабого — чувство выродится в уродливый суррогат
После родов она почти сразу поняла одну вещь: дети – это вечные проблемы.
Справедливость – очень субъективная вещь. Вот, допустим, вору может показаться несправедливым, что у тебя есть бриллиант, а у него – нет.
Я не злопамятный, но хату спалю…