“я работаю в своем «кабинете» – это небольшая комнатка, темная, как могила, с окном, выходящим на стену свинарника.
– Из всех комнат вы выбрали эту? – поразилась я.
– Она больше всего подходит для работы. Вы никогда ничего не напишете, сидя перед окном, из которого открывается чудесный вид. Будете целый день смотреть на птиц и думать, чем бы вы могли заняться на улице. А так ничего другого не остается – и вы работаете.”
Женщина может победить мужчину лишь женственностью.
Меня поразило, что Дерсу кабанов называет «людьми». Я спросил его об этом.
— Его всё равно люди, — подтвердил он, — только рубашка другой. Обмани понимай, сердись понимай, кругом понимай! Всё равно люди…
Молодежь 15 лет и постарше обыкновенно убавляет свои лета. Иная уже невеста или давно уже занимается проституцией, а всё еще 13 - 14 лет. Дело в том, что дети и подростки в беднейших семьях получают от казны кормовые, которые выдаются только до 15 лет, и тут молодых людей и их родителей простой расчет побуждает говорить неправду.
– Илья Сегалович как-то сказал, что «Яндекс» всего лишь монетизирует математику. Мне тогда эта фраза показалась красивой метафорой, но я не представлял себе, что ее можно понимать буквально. То есть мы можем просто продавать математику, сделать ее одним из самых серьезных источников дохода государства?
– Во всяком случае, для этого у нас сейчас есть все возможности. Поиск оказался на переднем крае всего машинного обучения. А машинное обучение открывает огромные возможности для развития национальных экономик. Похоже, что картинки из фантастических фильмов, когда приборы с тобой разговаривают и тебя понимают, скоро станут явью. Мы спокойно будем относиться к тому, что за нас думают и угадывают наши желания. Это огромная индустрия.
"Для гения нестерпима посредственность." (с)
"Нет, подожди, – оторопело спрашивал Леон над раскрытым чемоданом, с концертными туфлями в руках, – ты собираешься ехать с одной парой джинсов?!– Но у меня же одна задница, – спокойно возражала она.– Женщина! Может, ты и трусы берешь в одном экземпляре?!– Я могу ехать вообще без трусов – ты будешь только доволен…– А платье! Твое новое обалденное платье!!!– Прекрати руководить моим гардеробом, Одесса-мама…" (с.)
Человек не выбирает свои мысли, они приходят к нему сами по себе, не спросясь — и хорошие и гадкие, — ничего уж тут не поделаешь.
Шли молча, никакого светского разговора - просто попутчики.
Lindsay felt sure that part of the reason for the continuation of that friendship was that they had never let their separate worlds collide.
Например, если на гребне волны сильного гнева возникает желание причинить вред другому живому существу, мы немедленно применяем противоядие сочувствия, и таким образом энергия гнева преобразуется в сочувствие. Мы не отсекаем эмоцию – исходя из ее нереальности, мы используем сочувствие для ее преобразования.
Когда-то, когда дети были маленькими, у нас была очень черная кошка по кличке Сатана, и у Сатаны был маленький черный отпрыск по кличке Грех.
– Я обдумываю доходящие до меня слухи и складываю из них картину мира. – Спун сделал глоток вина. – Ваше здоровье, Сада.
– Вы составляете картину мира из слухов?
– Это самая точная информация, – улыбнулся Геба. – На пустом месте они не рождаются.
– Я сама иногда запускаю слухи. На пустом месте.
– Искусственные вбросы хорошо заметны, но сейчас не об этом…
Говядина была такой ароматной и пикантной, что дух покойного бычка наверняка одобрительно посматривал вниз.
В детстве надо проходить проверку на подлость и получать прививку от глупости.
Счастье, говоришь? Какой может быть разговор о счастье, если вы все — ну большинство — предаетесь либо воспоминаниям, либо мечтам. А того, что сию минуту, не то что не цените, вообще не замечаете. Разве что изредка.
А происходить там могло все, что угодно.
Резня, оргия, шабаш...
Даже концерт Ланы Дель Рей...
Хотя нет, это уже, наверное, перебор.
Даже безумие должно иметь свои пределы...
Мэрилин Мэнсон - еще куда ни шло...
— Чертом стать легко, — продолжил он. — Достаточно… переступить через свои идеалы… найти оправдание своим поступкам… любым… даже самым страшным…
Тут как раз американский принцип предельно ясен. Всё, что моё, – моё. Всё, что твоё, – моё. И всё, что между нами, – тоже моё.
Нашим миром правят могущественные силы. Они играют судьбами людей, и игры эти эти много опаснее, чем может показаться. Часто мы не властны над своей судьбой.
Гайдар – писатель для одиноких детей. Одиноких потому, что в забавах сверстников, забавах циничных и грязноватых, они участия принимать не могут, они не квакинцы – вот в чем вся проблема. Настоящий-то ребенок – это Квакин. У него все хорошо, ему прекрасно со своей бандой. Гайдар – писатель для тех детей, для кого единственная защита – вот эта большая и добрая страна, которая не даст совершиться несправедливости. И неважно, что в действительности эта страна была другой. Важно, что он сумел создать такой ее образ, в котором хорошо было жить и не так страшно умирать.
«Я радуюсь этому мрачному небу, ибо оно добрее ко мне, чем твои братья-люди.»
Ливийцы превращают гарем в тюрьму, где женщины проводят всю свою жизнь и где они не смеют видеть мужчин, не считая евнухов и детей. Говорят, что даже собаки и кошки мужского пола не допускаются в их гаремы — настолько велико чувство собственности!
Зануда- человек, который лишает вас одиночества, не обеспечивая обществом.
Иногда, если было ясное время и в комнатах довольно тепло натоплено, Афанасий Иванович, развеселившись, любил пошутить над Пульхериею Ивановною и поговорить о чем-нибудь постороннем.– А что, Пульхерия Ивановна, – говорил он, – если бы вдруг загорелся дом наш, куда бы мы делись?– Вот это боже сохрани! – говорила Пульхерия Ивановна, крестясь.– Ну, да положим, что дом наш сгорел, куда бы мы перешли тогда?– Бог знает что вы говорите, Афанасий Иванович! как можно, чтобы дом мог сгореть: бог этого не попустит.– Ну, а если бы сгорел?– Ну, тогда бы мы перешли в кухню. Вы бы заняли на время ту комнатку, которую занимает ключница.– А если бы и кухня сгорела?– Вот еще! бог сохранит от такого попущения, чтобы вдруг и дом и кухня сгорели! Ну, тогда в кладовую, покамест выстроился бы новый дом.– А если бы и кладовая сгорела?– Бог знает что вы говорите! я и слушать вас не хочу! Грех это говорить, и бог наказывает за такие речи.Но Афанасий Иванович, довольный тем, что подшутил над Пульхериею Ивановною, улыбался, сидя на своем стуле.