Поиск точного слова высшее искусство для автора, как попадание в цель для стрелка из лука. В самую сердцевину, правда, никогда не удается попасть — она прячется в сфере идеального, неподвластного воздействию внешних сил. Однако порядок расположения пущенных стрел указывал на отношение автора к невидимой цели. При любых ситуациях неизменным в его профессии оставалось: поразить цель, выразить словами то, что неподвластно выражению, звуками — гармонию, что слышат небеса, увековечить в мраморе высший полет духа, запечатлеть красками его неземной свет. Самое большее, чего может достичь художник, это ясность задачи и ее понимание.
Десятое правило волшебника гласит: намеренное отрицание правды — есть предательство самого себя.
Не бывает лишних знаний! Бывают дураки, которые этого не понимают. И дорого платят за свою самонадеянность и слова: «На кой мне это надо?»
– … У меня есть правила, которым я всегда следую. Одно из них – никогда не платить вперед.
– Потому что уже оказанная услуга ничего не стоит…
мы получаем то, во что верим, а вера есть самая великая сила, что может перевернуть целый мир
В любви вопроса "зачем?" не существует. В любви не существует вопросительных знаков - только восклицательные.
Часто женщину принимаешь за девушку. Здесь все построено на пикантных неожиданностях, везде заманчивая неизвестность, и часто под опущенными стыдливо глазками, под детскими не сложившимися формами кроется самая знойная страсть.
После знаменитого лондонского ужина в компании Исраэля Зангвиля (1864 1926), еврейско--британского писателя, позднее присоединившегося к сионистскому движению, статный и привлекательный Герцль гневнo заметил в своем дневнике, что eгo гocть, знаменитый своим уродством, имеет наглость приписывать им обоим единое происхождение: «Он настаивает на расовом аспекте, который для меня неприемлем; достаточно взглянуть на негo и на меня. Я говорю следующее: мы это исторически сложившаяся общность, нация, внyгри которой уживаются различные антропологические характеристики. Одного этого достаточно для создания еврейского государства. Ни одна нация не является однородной с расовой точки зрения».
Бежалось размашисто и легко, Ахмет ощущал нечто совершенно новое: организм праздновал победу, только что пережитый страх сменился гаммой доселе неизведанных ощущений. Тон букету этих непривычных чувств задавала эйфория; полный, совершенный контроль над телом, совсем как в давно забытой юности; невероятная легкость мысли – стоило Ахмету мимолетно мазнуть что‑либо краешком внимания – тут же разворачивалась целая картина, будто разархивировался огромный файл с кучей одновременно доступных гиперссылок. Ему даже пришлось себя одернуть: сами собой поперли бодрые планы по добыванию стволов у гнавшихся за ним военных…
— Хватит, — Джас положил мне руку на плечо, ощутимо стиснув пальцами. — Прекрати задевать меня при каждом удобном случае.
— А то что? — повторила я его же вопрос. — Добьешься того, чтобы меня выгнали и из армии?
— Я не хотел твоего отчисления! — буквально прорычал Джас. — И я жалею… очень жалею обо всем! Я был молод и глуп, признаю!
— Был? — усмехнулась я. — Ну ты и самонадеянный!
- Ну, чем ты недоволен? - спросил врач, когда они очутились в его кабинете.
- Я бы хотел стать выше ростом, - ответил Максик.
- Какой именно рост тебя устраивает?
- Я не знаю.
- Вечная история, - проворчал медицинский советник. - Каждый знает, чего он не хочет. Но чего именно он хочет, не знает никто.
Оба мы — жертвы чумы двадцатого века; но в данном случае это — не Черная Смерть, а Серая Жизнь.
Совершать то, что является правильным, не всегда делает человека счастливым!
Каждый согласен: мы должны прекратить воевать; беда в том, что никто не хочет складывать оружия.
Магия, конечно, сила, но на практике проверено: длинная очередь из ручного пулемёта вполне заменяет файербол.
Запомни: мыло серо, да моет бело. Главное - что внутри.
Агафонов, не чувствуя себя, сел на гранитную скамью, вынул листок и карандаш и стал сочетать, как некогда, первые приходившие ему в голову слова. Получилась первая строка. Он сидел над ней и ее осмыслял, затем стал удалять столкновение звуков, затем синтаксически упорядочивать и добавлять вторую строку. Снова, как коробочки, для него раскрывались слова. Он входил в каждую коробочку, в которой дна не оказывалось, и выходил на простор, и оказывался во храме сидящим на треножнике, одновременно и изрекающим, и записывающим, и упорядочивающим свои записи в стих.
Гордый, как бес, он вернулся на набережную.
Запомните, что простым, но очень надежным индикатором неадекватности человека является фраза: «Я от тебя этого не ожидал». Авторы подобных фраз живут в полностью оторванном от реальности мире.
Перемены начинаются с мелочей.
«Никогда нельзя любить кого-то сильнее, чем себя. Самая большая любовь твоей жизни – к себе.»
Вместо большого счета в банке лучше всего иметь пламя в сердце; такой счет никогда не иссякнет и не погаснет, если он дает тебе желание жить, жить бесконечно, на полную катушку.
Бывает, что дело, часом опозданное, годом не наверстаешь…
Я готов, мой Лактанций, заявить тебе, что все боги смертны, ведь нашим богам предшествовал длинный ряд поколений богов, давно умерших и ныне совершенно забытых. Да боги смертны, но земля, их рождающая, – бессмертна!
Помнишь ли ты легенду, созданную народом долины Нила и рассказанную нам нашим замечательным другом Гептаглоссом? Да упокоят его боги в могиле его под платанами александрийского дворца! По верованию египтян, бог солнца, застигнутый врасплох силами тьмы, умирает на краю неба, истекая кровью, но всякий раз успевает оставить жену свою, то есть землю, в доброй надежде; и она на следующее же утро рождает новое солнце, которое мстит убийце своего отца – мраку; и прежде чем умрет само, оставляет семя новой жизни в вечной и действительно бессмертной матери – земле. Мне кажется, мой Лактанций, в этой легенде скрыт глубокий смысл, которого не способно понять своим затуманенным рассудком поколение поклонников быков и крокодилов, и я не стал бы упоминать о ней, если бы опасался, что это каким-то образом заденет тебя. Но я уверен, что яркого блеска твоего разума не смогло затуманить даже ликование по поводу окончательной гибели смертных богов. А твой бог, насколько мне известно, рожден не землею.
В Китае очень сильно стремление личности к благосостоянию, – продолжал губернатор, – и это при том развале, который происходит в государстве и в армии, становится смыслом жизни всех, в том числе власть имущих и образованного общества, то есть чиновников. В стране нет иных образованных людей, кроме имеющих чины. Сама степень образованности – чин. И наоборот.
ЛУНАНастанет Ночь моя, Ночь долгая, немая,
Тогда велит господь, творящий чудеса,
Светилу новому взойти на небеса.- Сияй, сияй, Луна, все выше поднимая
Свой, Солнцем данный лик. Да будет миру весть,
Что День мой догорел, но след мой в мире - есть.