- У беднейшей половины мира столько же денег, сколько у восьмидесяти пяти самых богатых людей. Вы знаете о этом?
- Разумеется, да. Это было во всех газетах. Бессмысленная статистика.
- Бессмысленная? Разве она не заставляет задуматься?
- Я и задумываюсь - о том, что беднейшей половине мира пора взяться за ум.
-Чтобы увидеть что-то , нужно по-настоящему в это верить. Это первое правило эльфов. Нельзя увидеть то, во что ты не веришь...
Я бы сказал, что одна из самых полезных привычек — это усердие.
Когда придет время, скандальная ситуация сложится сама собой. Можно не сомневаться.
Шейн напоминал самое мерзкое, самое противное, и самое надменное существо из всех, что только можно вообразить! Его взгляд говорил лишь одно: "Ну, давай, ничтожество, облажайся и я с удовольствием это прокомментирую".
Люди любят тебя только до тех пор, пока получают от тебя выгоду, но стоит сказать или сделать что-то, что им не понравится, хорошее отношение куда-то исчезает.
– Я думаю о Европе по-польски, – сказал он. – А о Палестине я думаю на иврите. Зато о еде мне думается на идише.
Бессмысленно что-либо загадывать. Я позволяю жизни увлекать меня туда, куда ей заблагорассудится, поскольку случиться может все.
- Зачем мне твоё тело, когда нужны сердце и душа?
Нет, он не прижал меня к стенке лифта, и не начал лапать. Не стал жадно целовать, впиваясь губами, причиняя боль. Ничего этого он не сделал, но все равно мое сердце ухнуло, когда он в буквальном смысле поставил меня в лифт, и задержал руки на моем теле чуть дольше, чем нужно. И чуть ниже, чем позволяют приличия.
— Даша, ты такая худая! — с наигранным восхищением вздыхает Лика. — Просто модель!
Модель скелета? Да у неё скоро колени назад выгнутся. Как можно подпитывать её нездоровые диеты восхищением? Но здесь принято в лицо хвалить любую дичь, а осуждать и высмеивать шёпотом и за спиной.
Иногда самое простое решение может полностью изменить жизнь.
Сталкиваешься с человеком, совершенно не чувствуя в тот момент, что он станет кем-то особенным в твоей жизни. Общаешься между делом, не замечая, что все чаще думаешь о нем. И однажды понимаешь, что уже вряд ли когда-нибудь забудешь его имя
Лунный свет порой создает такие тени, какие никогда не случаются при свете солнечном.
Как бы то ни было, мужчина, избегающий женщины, и женщина, набрасывающаяся на половые наслаждения, оба они представляют явление ненормальное.
В сумасшедший дом лучше попадать через служебный вход, а не через приемный покой.
Жизнь - это когда ты стоишь, опустошенный и отправленный, и тебе ни грамма не плохо. Просто несколько бессмысленно.
Идея о переносе столицы витала не только у меня — достаточно вспомнить царя-реформатора, да и Грозный страной правил из Александровской слободы. А один коллега, родом из Вологды, рассказывал, что вроде бы Иван Васильевич собирался перенести столицу к ним, но его чуть не пришибло кирпичом на строительстве собора и царь как-то быстро охладел к этой идее. «А с тех пор в Вологде больше ничего значительного не происходило» — грустно закончил рассказ коллега. Так это же и замечательно! Отличное место, значит!
Если захотеть, тень улыбки можно отыскать даже на кувалде
Есть картины, которые ты пишешь душевной болью, извлекая из себя слишком личное.
- Охрана!
Влетели стражники и первым делом уставились на нас, но мы стояли спокойно. А вот их начальник был белее мела. И стражники обратили взоры на главу департамента, явно не понимая, что стряслось.
— Этого в камеру! — кивнул лорд Хэйдес на дознавателя. — С ним я позже разберусь. Этих, — кивок в нашу сторону и многообещающий взгляд на меня, — доставить под охраной в Академию, и если с их голов хотя бы волосок упадёт — не пощажу. Чего стали? Выполнять!
Стражники застыли в шоке от приказов.
— У меня создаётся впечатление, что на службу здесь берут одних идиотов, — меланхолично заметил Тень.
Стражники отмерли и взяли под конвой дознавателя, я же дёрнула за рукав Сольена и скосила глаза в сторону двери. Надо выбираться отсюда, пока и нам не перепало. Нас в Академию? Отлично! Мы это… во дворе сопровождение подождём. Зачем под ногами мешаться.
но обида она такая – пока не выплеснешь, желательно на самых близких, будет разъедать изнутри
Глупо разрывать отношения из-за трех месяцев разлуки.
За возможность нормально выспаться я сейчас была готова убивать... И мы ещё посмотрим, кто ляжет : я - в свою кровать или этот тип - в гроб!
Если бы люди могли спокойно существовать, никому не объясняя своих обид и желаний, то так и остались бы немыми, как рыбы. А поскольку все мы говорим — следовательно, без этого человечеству просто не выжить. И хотя молчуны еще встречаются, но жизнь у них стократ сложнее, чем у тех, кто умеет договариваться.