Можно убить веру, можно убить надежду, можно убить любовь. Всё смертно. И мы тоже.
Но когда они дошли до части, посвященной госпоже Шмидт, то сразу же столкнулись с гораздо более значительными затруднениями, поскольку не понимали, что делать с такими грубыми выражениями, как, например «тупая самка с огромными сиськами», как придать должную форму — дабы остаться верными своей профессии — этим небрежным формулировкам таким образом, чтобы содержание никоим образом не потерпело ущерба? После долгих размышлений они нашли удовлетворительным вариант «умственно незрелая личность с ярко выраженной женской сущностью», но не успели вздохнуть с облегчением, как наткнулись на ужасно грубое «потасканная шлюха». Чтобы соблюсти точность, они перебрали множество вариантов: «женщина сомнительной репутации», «дама полусвета», «развратная женщина» и еще несколько подобных выражений, создающих обманчивую видимость решения; нервно барабанили пальцами по столу, мучительно избегая глядеть друг другу в глаза, а затем сошлись на том, что наименьшим злом будет формулировка «женщина, свободно распоряжающаяся своим телом». Первая часть следующего предложения оказалась не более легкой, но, благодаря внезапному озарению, им удалось заменить ужасно разговорное «если кто в округе ее не поимел, так лишь по чистой случайности» на относительно удачное и беспристрастное «образец супружеской неверности». К их огромному удивлению, следующие три предложения можно было без изменений поместить в официальный вариант текста, но затем они сразу же вновь застряли. Напрасно ломали они головы, напрасно перебирали слова, которые казались правильными, они не могли найти ничего приемлемого вместо «от нее несет жуткой смесью запаха навоза, гнили и дешевого одеколона»; они уже отчаялись до такой степени, что чуть было не решили пойти и вернуть работу капитану, а заодно подать прошение об отставке, но тут благодаря робко улыбающейся машинистке на их столе возник приятный аромат дымящегося кофе, который немного их успокоил. Снова они начали искать подходящее решение, до тех пор, пока перед ними вновь не возник угрожающий призрак спазма — тогда они решили больше не мучится, а просто написать: «нетрадиционным образом пытается заглушить неприятный запах тела».
Как и вчерашний, не рехнулась ли барыня окончательно? Кажется, ответ Виктор уже нашел. Но, поскольку второй возможности произвести первое впечатление у меня явно не будет, я снова обмакнула веник в ведро
Удивительно, что после секса моя мать не забеременела. Она, возможно, была единственной женщиной в Ирландии, которая не забеременела. В то время женщины становились беременными, просто надев короткие юбки и высокие каблуки.
Но ведь невозможно гpезить до беcконечноcти. Пpиxодит вpемя очнутьcя.
Я в одежду вообще не верю, так зачем я буду за нее платить?
Наивно полагать, что в наше время можно где-то спрятаться или сохранить собственную анонимность. Если у тебя есть имейл – ты есть в базе. Все, где этот имейл использовался, все сайты, магазины, соцсети – все это можно найти бесплатно и куда проще, чем кажется на первый взгляд.
не всегда стоит верить даже собственным глазам, что уж говорить о чужих. Правда у каждого своя, видите ли, всяк её опишет по-разному, со своей колокольни. Чем ниже колокольня, тем меньше знаний и больше домыслов, чем она выше – тем больше возможностей и желания сказать то, что тебе надо.
– Не пожалею, Гриш, мы с тобой слишком разные. А Седов просто мой начальник. И мне он совсем не нужен. Только вот и ты тоже мне не нужен. Прости
Слова всегда лучше, чем пули! А разговор, пусть и плохой, – всегда лучше, чем пролитая кровь. Каждая капля крови питает бога смерти. Он уже раздулся от крови, как пиявка, но ему все мало и мало. И никогда не будет достаточно.
– У вас хороший бросок. – Но неподходящая цель.
«Братишка, если прошлое не отпускает, то оно еще не прошло!»
«…нас, человеков, — свыше семи миллиардов. Мы вытоптали, высосали планету. Наши идеалы вполне укладываются в детские голливудские антиутопии. Мы никому не нужны в бездне Хаоса, кроме самих себя. Бесполезное поголовье. Нашу плоть даже никто не ест.
Мы вообразили себя»
Революция - это не то, с чем можно играться. Нельзя принять ее, а затем бросить. Это хватало тебя, встряхивало - и навсегда овладевало тобой.
Лишь женщина даёт мужчине одновременно и силу, и слабость, и счастье, и горе. Её любовь может вознести на вершину и ввергнуть в страдание.
Он не все сказал про одиночество. Его острее всего ощущаешь, когда возвращаешься к тому, что у тебя есть. И от этого пункта начинаешь вычитать пространство, имущество, пока не доходишь до самого себя и вычитать уже нечего.
Впрочем, как выяснилось, нарушать приказы время от времени полезно для здоровья.
Из каждой безвыходной ситуации есть как минимум 3 выхода. Их просто нужно найти и выбрать лучший.
"Он думал, что любит Ирину, но та нежность, которую пробуждала в нем Мира, не сравнима ни с чем. Именно она двигала его поступками, которые он не мог объяснить, поскольку в них не было логики,они возникали не по плану. Ему нравилось дарить Мире подарки и радоваться её детскому восторгу.Он наслаждался её смехом, забываясь, желая слышать его бесконечно. И прекрасно знал:девушка уйдет из его жизни если не по собственной воле, то по воле своего брата ... Видя глаза девушки, светящееся любовью, он готов был поверить в чудо"
Понять – значит простить
Технология навязывает нам законы, но и мы, в свою очередь, навязываем законы технологии
Если вы были одним из сотрудников, чтобы попасть в здание, вам нужно было спуститься по круговой лестнице в подземный коридор с серым полом и белыми стенами – как будто входишь в фильм по Оруэллу. Затем нужно дойти до следующей круговой лестницы в середине здания и подняться по ней на свое рабочее место. Я ненавидел этот коридор и предпочитал ходить вдоль газона, переходить внутреннюю дорогу и заходить через гараж, где парковались грузовики. Однако вскоре меня заметили охранники, постоянно следившие за территорией по камерам видеонаблюдения, и мне пришло электронное письмо, в котором меня предупреждали, что если я не буду придерживаться предписанного маршрута в офис, то столкнусь с «внутренней проверкой». Божечки.
Приходи и дрочи...1929
Пообещайте себе прямо сейчас, что освободите время для важных вещей. Думаете, вы пожалеете об этом хоть на секунду? Думаете, однажды утром вы проснетесь и скажете: "Черт, зачем я так долго живу в мире с собой, хотя мог бы соответствовать ожиданиям других?"
Потеря врага, с которым ты борешься целых двадцать лет, оставляет после себя ничем не заполненную пустоту. Ненависть связывает людей такими прочными узами, что, когда порваны узы эти, на их место приходит печаль.