Истина не всегда должна врезаться в нас с размаху, требуя признания, не правда ли?
Важно, чтобы иногда тренер не говорил на определенные темы и не отвечал за все нюансы. Не лучшая идея, например, вынуждать игроков общаться с менеджером по вопросам дисциплины. Предположим, какой-то игрок с опозданием возвращается после зимней паузы или на предсезонку. Игрока необходимо оштрафовать, но должен ли менеджер брать на себя эту ответственность, ведь это может вызвать неприязнь и чувство обиды у игрока. Нет – совершенно точно решать этот вопрос должен клуб, что бы менеджер мог дистанцироваться от решения и продолжать делать свою работу безо всяких неприятных ощущений.
Доверие доставляет такое облегчение человеку, такое чарующее чувство связи, что ты становишься беспечным и тебя могут уничтожить.
Мне не нравятся люди, которые приносят другим неприятности, заставляя их страдать. Но люди не могут отказаться от скверных наклонностей.
Требуется немалая сила, чтобы отделить голову от тела. Это многое говорит о преступнике. Мы знаем, что он или она обладает достаточной физической силой. Или очень сильной мотивацией.
Там, где идет речь о проблемах, мы инстинктивно отказываемся проходить сквозь тьму и неизвестность. Мы хотим слышать только об однозначных результатах и при этом полностью забываем, что эти результаты вообще могут появиться лишь тогда, когда мы пройдем сквозь тьму.
Разве хорошие родители позволят, чтобы у ребёнка были слуги? Дитя, уверенное в собственной вседозволенности, воображает себя пупом земли.
Русский человек за халяву готов заплатить любые деньги.
— Пока ты еще щенок, и я люблю тебя как сестру, как ребенка. Однако ты вырастешь и превратишься в жестокого зверя. Однажды я стану для тебя добычей, и ты, наверное, растерзаешь меня. Допустим, мы доживем до конца лета и даже сможем перезимовать, но для чего? Чтобы потом ты меня загрызла?
– Перестаньте отрицать очевидное – и вы выиграете время.
Встречаются иногда уникумы, которые говорят то, что думают, следуют велениям души, и ищут правду, которой никогда не было и не будет. Как пример - такие люди искренне верят в то, что если они выйдут на демонстрацию за что-то или против чего-то, то их кто-то услышит. Еще они верят в то, что если нести людям доброе, светлое, вечное, то все когда-нибудь станут лучше и чище. Или того глупее - они верят даже в то, что их поход на выборы на самом деле изменить состояние дел в стране. Они живут плохо, нервно, бедно, неустроенно, от них уходят вторые половинки, а дети, повзрослев, их стыдятся, называя идеалистами. <...> Нет, иногда таким субъектам везет, они умудряются отыскать друг друга в этом огромном мире, а после сбиться в стаю - и это несет большое неустройство остальным, поскольку это несет глобальные социальные катаклизмы. Например - революции, которые, к слову, потом непременно их же, своих создателей, и пожирают. По-другому быть не может - революции делают прекраснодушные дураки, а их плоды достаются людям с масками на лицах, которые знают, с какой стороны масло у бутерброда и как должна работать система, которая неминуемо появляется после того, как отгремят залпы орудий. И в этой системе для ее создателей места нет. Есть некие правила существования человеческого общества, не мы их придумали и не нам их менять, поскольку до нас жили люди и после нас потопа, скорее всего, не будет. И основное из них - наедине с собой думай и говори, что хочешь, но на людях - будь любезен, следуй правилам игры и той социальной роли, которую ты себе выбрал. Тем более, что революции, по сути, кроме горстки их создателей, никому не нужны, люди в любое время и в любой стране хотят просто жить, желательно - комфортно и уютно.
Образование — это не процесс, и не результат. Образование — краткий миг между бездной невежества и практической деятельностью.
«Я не затем пригласил вас, дорогая, чтобы вы смотрели. – Его губы приблизились к ее губам, как будто для поцелуя. – Я хочу, чтобы вы играли».
детство должно быть настоящим: с ветром в разгоряченной голове, пением лесных птиц, со вкусом дикой земляники и запахом костра.
В мире после Напасти каждый сам за себя. Не то чтобы раньше, еще до бомбардировок было иначе, нет. Просто сейчас это выражение – каждый сам за себя – приобрело уж сильно дословный и прямой смысл. Почти аксиома выживания.
Кажется, что, как нарочно, ударяешься все больным местом, а кажется это только потому, что только удары по больному месту заметны.
Сторонники насилия, конечно же, заслуживают смерти. И желательно убивать их превентивно, пока они ещё не успели совершить никакого насилия.
Нет, все же у человека должна быть любимая женщина и свой дом, куда хочется возвращаться. Пусть у нас дом не поймешь где – то ли в ППД, на зеленой улочке с маленьким двориком, то ли в Аламо, где второй этаж над магазином объединен в одно светлое и солнечное пространство. Нет, не так. Дом – это там, где твоя любимая женщина, и даже если вы спите вдвоем в саванне, в кузове машины, то там твой дом в этот момент. Или нет, не так. Дом – это там, куда вам хочется вернуться вдвоем. Или там, где хочется быть вдвоем. Да, так точнее, пожалуй.
Моя работа научила меня, что порой куда страшнее призраков оказываются живые люди.
Самообман – опасная вещь
ни один ребёнок не обязан слушать родителя беспрекословно, каким бы замечательным тот ни был, – произнёс Питер, когда я подчинилась. – Самые заботливые родители и рады были бы, если б дети всегда оставались беспомощными, привязанными к ним… только вот мы рождаемся, чтобы рано или поздно вылететь из гнезда. Те, кто не сумел вовремя обрубить поводок их заботы, ползают по этому гнезду, не понимая, что оно превратилось в клетку, и умирают, не понимая, что были созданы для полётов
...порой мы совершаем глупые поступки из лучших побуждений.
Голос у него был хорош — таким только полками командовать или матом разговаривать. Впрочем, это почти одно и то же.
Блин! Во ...! Ну, как так можно? Меня, божественно талантливую и красивую, променять на академскую давалку!
"Я думаю, что на все надо смотреть беспристрастно. Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься."