ЯГОРаспутство, вот это что. С пальца начинается, а Бог знает чем кончается. Их губы так сблизились, что смешалось дыхание. Грязные помыслы, вот это что, Родриго. Когда уже пошла такая музыка, значит недалеко до главного. Слушайте, сударь. Я привез вас из Венеции. Под видом солдата станьте ночью на часах в замке. Я это устрою. Кассио вас не знает. Выведите его чем-нибудь из себя. Громким разговором, развязностью. Я буду поблизости.
До сих пор, слыша женский голос, люди не воспринимают его как авторитетный, они не научены воспринимать его таким образом...
— Я что, похожа на Красную Шапочку? Я с двумя незнакомцами не пойду в лес гулять. Тем более что один из них вервольф, а другая... я еще не могу понять, кто ты, Марианна. Но оставаться одна с вами двумя я не хочу.
Интересно, чего они тут, в Нью-Красотауне, боятся больше, — мелькнула мысль у Тэлли, — что дом загорится или того, что на вечеринку проберется уродина?
— Вы любите скрипку?
— Не особо.
— Мне тоже больше скрипачки по вкусу
По словам Лакера, современная кремация, какой ее видел Брунетти, «была вопросом науки и технологий». Послание было отчетливым: природа и ее процессы куда как неаккуратны и неумелы. Они месяцами работают над тем, что разогревающаяся до тысячи ста градусов доменная печь способна провернуть за какие-нибудь часы. Вывеска на стенде Брунетти гласила: «Vermibus erepti — Puro consumimur igni», или: «Спасены от червей — поглощены очищающим пламенем».
Иногда я открываю скользящую дверь и слышу, как приближается Рождество. Прохожие болтают о том, кто куда пойдет и кто что собирается купить. Я слушаю, как клерки, надравшись на рождественском кооперативе, орут песни. Иногда я выползаю наружу и смотрю, как парочки беззаконно обжимаются в темных уголках. И задумываюсь о том, что такое эта краденая нежность - начало чего-то или, наоборот, конец.
Во время апартеида одним из худших преступлений, которые вы могли бы совершить, была сексуальная связь с человеком другой расы. Незачем и говорить, что мои родители совершили это преступление.
Мальчишки беззаботны. Просто удивительно, что им удается вырастать в мужчин.
Все, что с нами ни случается, мы сразу кладем на весы: хорошо - нехорошо, удача - неудача, и только спустя долгие годы понимаем, к добру ли это с нами случилось или к худу. Главная же мудрость в том, что происходит все не хорошо и не плохо, а так, как надо, ведь иначе и быть не может.
Молчание-самый страшный палач.
За словом она в карман не лезла никогда, но это не значило, что каждое ее слово было правдивым.
- Я привыкла доверять тому, кто мне платит. Только и всего. И не доверять никому. Рейнардо вздохнул. – Никому – это правильнее всего.
«Все думают, что россияне жестоки, как наше правительство. Это не так, мы измученные души. Мы уникальны, добры, к нам плохо относится государство».
«Мы как тараканы, переживем что угодно. Мы умеем быть благодарными за то, что имеем».
«Да, мы страдаем, конечно, но русские любят страдать».
Взрослея, человек не замечает происходящих с ним изменений — сегодня он видит в зеркале примерно то же, что и вчера, недавнее прошлое еще живо в его памяти, — и лишь старые фотографии или старые друзья способны указать ему на накопившиеся отличия.
Значит она и такая, скорбь: надежды, потом безнадежность? Пустота, которая заполняет вас и пожирает?
"Ты поймаешь больше мух с помощью меда, а не уксуса"
Полоний
Вот он и спятил!
Жаль, что судил о нём я сгоряча.
Я полагал, что Гамлет легкомыслен.
По-видимому, я перемудрил.
Но, видит бог, излишняя забота –
Такое же проклятье стариков,
Как беззаботность – горе молодёжи.
Идём и всё расскажем королю.
В иных делах стыдливость и молчанье
Вреднее откровенного признанья.
Идём.
Все обязательно умрут. В чем-то другом можно сомневаться, но смерти еще никому не удавалось избежать.
Исторически сложилось так, что у женщин прав меньше
Однако действительность такова: никто из нас не знает, на что способен.
А если повезет, то никогда и не узнает.
"Дурачьтесь. Это притягивает людей. Быть нормальным жутко скучно."
Меня всегда страстно влекли различные загадки, да и сам Джерри Пирсон тоже… Мы редко виделись, но всякий раз мне казалось, что он на своем островке около Тинтагеля воображает себя королем Артуром!
В этом беда всех, кто возражает. Они спасают мир, а не самих себя.
Знайте, что настоящий, временный этап вашей жизни и есть именно то положение, в котором вы сейчас должны находиться. Вы пришли к этому моменту, чтобы научиться тому, чему должны научиться, чтобы стать тем человеком, которым должны быть для того, чтобы создать жизнь, которой действительно хотите.