– Давай, чтобы добру быть, а злобне сгнить.
– я предпочту иметь рядом врага, говорящего правду открыто, чем друга, который лжет и использует.
– Ты что, все сожрала? – глянув на развалившуюся на столе пушистую, пузико которой напоминало мячик.
– Очень не сож-ралею, и мне ни капли не ж-раль
– Подожди, эта рыжая, как проснется, еще и есть затребует. А после обязательно будет что-нибудь ломать: комедию, психику, на крайний случай – руку.
– Как всё-таки легко управлять людьми, обменивая сегодняшние мелкие монетки на завтрашнюю кровь и сегодняшнюю кровь на обещание рая.
– В этом вся суть, мой дорогой. В этом вся суть.
Начальственная любовь и ненависть беспокоят только в первые десять лет службы, а после тебе уже практически всё равно, если, конечно, целью жизни не стоит занять почётную должность главного подлизывающего.
– Как? Попаданец? – Кропоткин рассмеялся. – Забавное словечко. И как тебе здесь?
– А что? – вскинулся Горыня. – Местами забавно, местами непонятно, а так – всё то же самое. Мы тут, они там. И пока мы тут, они там не успокоятся. Так что планы на будущее простые. Показать в крымскую войну у кого длиннее да умыть их кровью.
...счастье — это когда утром хочется идти на работу, а вечером — домой.
— Природа — она мудрая, — сообщила я, поразмыслив. — В природе самцы крупнее и красивее, ярче, чем самки. А у нас все наоборот — дамы перышки чистят, охорашиваются, а самцы выбирают. Разве это справедливо?
…Да-а, красота — страшная сила. Причем, чем дальше, тем страшнее.
То, что мысль начальственная ходит запутанными путями, он знал давно
- Слушай, давай немного скорректируем историю нашего знакомства.
- Зачем? По-моему мило получилось.
- Что мило?! Я сломала о твою голову металлический тазик тети Тамары!
- Так и скажем, что я - крепкий орешек.
ожидание… Оно было очень ярким, словно рассвет. Когда ты только проснулся, открыл глаза, ещё не привыкшие к свету, — а тебе в лицо бьёт пронзительный солнечный луч, заставляя жмуриться, столь же непримиримый, как и наступление нового дня. Хочешь ты или не хочешь, ждёшь или не ждёшь — а он всё равно настанет. И не когда ты будешь готов, а когда придёт время.
Страх может как парализовать, так и вести вперёд. Повинуясь страху, можно совершать подвиги, а можно, наоборот, бежать с поля боя. Страх способен сделать человека растерянным и беспомощным и при этом он же способен озарять неожиданными и находчивыми решениями.
…Что ж… нужно же давать людям повод для пересудов. А то они такого обо мне напридумывают…
До этого момента я думала, что принцип «кто умрет на практикуме, на теорию может не приходить» – это исключительно метода преподавания темных.
Еще в детстве я знала: из меня выйдет толк. И правда, весь толк куда-то к двадцати с хвостиком годам вышел. И осталась, видимо, одна легкая, как весенний ветерок, дурь.
…Каждый раз, когда в моей жизни случается каюк, я думаю, что он полный, завершенный и окончательный. А по факту выясняется, что это были только подготовительные работы.
Снежок посмотрел на меня таким взглядом, словно еще вчера убедился: у меня с крышей все в порядке. Она никуда не уехала. Просто поехал сразу мой дом. Сразу с фундаментом.
— Я раздумывала, а не поделиться ли с тобой душевным теплом, - соврала не моргнув глазом. - Сделать так, чтобы мой спаситель согрелся в нем.
— В смысле ты была бы не прочь испепелить меня?
…Сила притяжения подушки оказалась столь высока, что я лишь со второй попытки, преодолев немыслимое притяжение, смогла подняться, чтобы сесть.
— Ты будешь спать? - прозвучало сонно сбоку, и Снежок ехидно добавил: – Или зло никогда не дремлет?
И, судя по его интонации, он почти видел, как за окном в облаках красиво и почти незаметно для прохожих летит моя кукушечка.
— Как не брать грех на душу? - Я прищурилась . – Вы за кого меня принимаете? Я же темная! Там, где эти самые грехи раздают, я их два мешка возьму, а третий еще и сворую!
…Убеждение и атакующее заклинание лучше, чем одно убеждение.