— Мои дорогие! Кто из вас встал первый?
— Не знаю. — Рон смущенно глянул на Гарри.
— По–моему, это не имеет никакого значения, — холодно заметила профессор МакГонагалл. — Если только за дверью не стоит сумасшедший с топором, готовый отрубить голову первому, кто выйдет в холл.
— На этой метле летать нельзя! — отрезала ни с того ни с сего Гермиона.
Рон и Гарри недоуменно взглянули на нее.
— И что же Гарри с ней делать? Пол ею мести, что ли?
— Посмотри, Гарри, что ты видишь в моей чашке. — Коричневую жижу.
— Крестного отца? — мгновенно рассвирепел дядя Вернон. — Нет у тебя никакого крестного отца! Нет и не было!
— Есть! — просиял Гарри. — Он был лучшим другом моих родителей. Его осудили как убийцу, но он сбежал из тюрьмы для волшебников и сейчас скрывается. Но со мной он поддерживает связь... Беспокоится обо мне... Следит, чтобы мне было хорошо...
— Ты думаешь, что мёртвые, которых мы любили, навсегда нас покинули? Но ведь мы их зовём, когда нам плохо. Твой отец живёт в тебе, Гарри, и он, очевидно, явил себя, когда ты так в нём нуждался. Да как иначе ты смог бы сотворить именно такого Патронуса? Этой ночью Сохатый вновь вышел в поле.
— Вы прекрасно выглядите, Поттер. Так что не будьте на меня в обиде, если я не освобожу вас от домашнего задания. Но не сомневайтесь, в случае смерти выполнять его не обязательно.
— Профессор Дамблдор... Вчера во время последнего экзамена у профессора Трелони... она стала... стала очень странной...
— В самом деле? — удивился Дамблдор. — М–м–м... Ты хочешь сказать — еще более странной, чем обычно?
Чем больше спрашиваешь, тем больше вранья услышишь.
— Что же ваша голова могла делать в Хогсмиде? — мягко промолвил Снегг. — Вашей голове запрещено там появляться. Равно как и всем остальным частям тела.
Мама всегда предлагает чашку чая, когда кому-нибудь плохо.
- Гриффиндор ведет со счетом восемьдесят - ноль, - вещал комментатор. - Посмотрите, что вытворяет на "Молнии" Гарри Поттер! Он демонстрирует все её возможности! Особенно видна сейчас точно выверенная балансировка...
- ДЖОРДАН! ВАС ЧТО, НАНЯЛИ РЕКЛАМИРОВАТЬ "МОЛНИИ"? КОММЕНТИРУЙТЕ МАТЧ!
Γубозакатывательную машинку с собой надо было брать! Самая нужная вещь в хозяйстве!
Буду кормить Дэна! Вот. А путь к сердцу мужчины лежит, как известно…
Я хихикнула. Как иногда говорила Машка: «Неправильный порядок. Сначала желудок, потом член, затем уже сердце. – И добавляла, подумав: – Первые два пункта, впрочем, можно и поменять местами».
- Я предложил лишь кольцо на палец и штамп в паспорте. Ни верности, ни любви я ей не обещал.
... мир жесток и странен, а жить как-то надо...
Понимать - это лишнее, надо усыплять себя, чтобы понимать как можно меньше.
- А для чего люди на дачу ездят? Тут ты дважды огорожен - участком и домиком. Это не отдых, для отдыха море. А здесь теперь особая порода живёт - дачные люди. Вот ты сюда зачем ездил?
- Бу... бухать, - честно ответил Никита.
- Вот. Спрятался и бухаешь. Тут укрытие, логово. Для тех, кто не успевает. За жизнью, и вообще, сейчас время такое быстрое... И всем ты должен. Успешным должен быть, счастливым, чтобы всё как у людей. Не каждому это нравится, мне вот не нравится.
- Мне тоже.
<...>
- Потому ты и стал дачным, - кивнула Катя. - Тут никто к тебе и в тебя не лезет. И ещё на дачу всегда старое тащат. И сами домики древние, новая дача - она же какая-то неправильная, да? Как будто мы тут время остановить пытаемся, потому что не успеваем...
Оно, может, и к лучшему, в одиночестве как-то проще, спокойней - живешь как хочешь, никто не мешает.
Всё равно таял летний кусок дачного счастья, вожделенный и ускользающий ещё со времён школы, института, работы, придуманных для того, чтобы отнимать время и вызывать спустя годы ничем не оправданную ностальгию...
– Лягушечка ты моя, – выдержав ну о-очень долгую паузу, протянул Глеб. Причем так ласково прозвучало и та-ак жутко.
– Почему лягушечка?
Он коснулся губами моих губ, а потом выдохнул в самое ушко:
– Потому что допрыгалась…
— Некрасиво поднимать с кровати главного врача из-за какого-то пустяка, — бросила девушка.
— Я плачу этому доктору такую сумму, что он даже из гроба должен подняться и лечить тебя.
Видов любви больше, чем звезд. Возможно, вы не чувствуете одного из них, но есть еще немало других. Вы ведь знаете, каково это – любить родных и друзей. То, что для нас свято, хранит нас. Подумайте о том, что, пытаясь защититься от боли, вы захлопываете перед любовью дверь и живете в темноте.
Если будешь притворяться, что ничего не чувствуешь, притворство может стать правдой. Это было бы прискорбно.
"Возможно, рано или поздно все города превратятся в один Безмолвный Город".
Лицо любимого человека – лучшее зеркало на свете. Оно показывает твое собственное счастье и боль, и помогает вынести то и другое.