От того случая, безо всякого чуда, а лишь в силу благостного свойства, спасительного для супругов, на голове у почтенного мужа стало появляться некое изящное и нежное украшение, которое со временем вырастает в рога, не причиняя носителю их ни малейшего беспокойства.
"Отчаянье влюленного": "Вы твердили, что любите меня больше всего на свете, сейчас вы говорите иное. Каждый вечер вы поднимали меня ступень за ступенью к небесам и вот сегодня одним ударом низвергли меня в ад..."
Прекраснейшее творение человека – отнюдь не поэмы, не великолепные картины, не звучная музыка, не замки, не статуи, как бы ни были искусно они изваяны, не парусные или весельные галеры. Нет, наипрекраснейшие творения человека – это дети.
...некая немецкая баронесса, которая до того неподвижна и холодна была, что ее супруг, не распознав, что она преставилась, возлег с нею на ложе, после чего несчастному барону пришлось отправиться в Рим молить у папы отпущение греха, а святой отец издал знаменитый указ, в коем он обращался к женщинам Франции и наставлял их двигаться слегка, будучи на супружеском ложе, чтоб такой грех больше не повторялся.
Но все же он лишился сна, ибо подозревал, что Господь Бог сотворил девушек для любви, подобно тому как куропатки созданы для вертела.
Действительно, любая хорошая книга - это бульонный кубик, который растворяется в своих читателях.
Любое произведение - это шифр. И зритель хочет получать удовольствие, разгадывая его. Если произведение слишком понятно, об этом говорят "умному известно, дураку неинтересно". Если произведение зашифровано чрезмерно, зритель почувствует себя обманутым. Это как если бы в детективе вам не сказали, кто является преступником.
Российские соцсети всё больше, увы, напоминает секту шекеров, где старцы через лонгриды пытаются передать друг другу вину, ностальгию и конец света.
Всякая живая литература - это бесконечное переписывание.
В русской литературе так часто бывало и будет, когда писатель начинает хорошо понимать Россию, находясь за границей.
Гончаров — это русский Кафка. Он ещё до автора «Процесса» нашёл стиль монотонного и фотографически точного рассказа о повседневности.
Нам хочется, чтобы про нас писал Шекспир, но про нас написал Кафка. Про каждого из нас, кто просыпается утром после тяжёлого сна и обнаруживает, что в душе он давно не человек, а насекомое.
Пушкин ушёл ровно тогда, когда мог в себе разо-чароваться. Или разочаровать. Он сделал то, что в России мало кому удаётся — ушёл вовремя.
Кафка — это притча без финала. Это детектив с последней вырванной страницей — той, где сказано, кто убийца. Это любовный роман, где нет сцены свадьбы. Это и есть абсурд.
Как говорила баба Зоя, лес не прощает дураков. Идёшь на день, бери на неделю..
Как дед любит повторять, - Не топор кормит мужика, а летняя работа..
Совет мужчинам. Если хотите, чтобы жена молча и очень внимательно слушала все, что вы говорите, возьмите свой телефон и тихо скажите: «Привет, дорогая!»
Я испытываю большое уважение к ловушкам, - подумал он . - Иначе говоря, к ситуациям без выхода. Не важно, что написано на дверях.
Разве убогая действительность не лучше самой интересной иллюзии?
- Это, конечно, не назовешь большой ложью, - сказал Барни, - но это лишь заменитель большой правды.
Самая интересная иллюзия не может быть лучше нашей жалкой действительности. Или это тоже иллюзия?
— С помощью Чуинг-Зет человек может проживать жизнь за жизнью, быть насекомым, учителем физики, ястребом, простейшим, моллюском, уличной девкой из Парижа 1904 года или… — Глюком, - сказал Лео. — Кто здесь из нас глюк? — глава 6
«Женщины могут сделать с мужчиной все, что угодно, – думал он. – Мать, жена, даже сотрудница, они мнут нас в руках, как незастывшие кусочки термопластика».
Ладно, Барни, я погрожу ей пальцем. Она молодая, переживет. А ты стареешь. Ты должен заботиться о собственном достоинстве и не можешь позволить, чтобы кто-то тебе противоречил.
Требуется определенная смелость, чтобы посмотреть себе в глаза и сказать: я ни на что не годен. Я совершил зло и совершу его снова. Это не случайность; таково мое истинное "я".