Цитаты
288640
Однажды кто-то облил керосином неизвестного человека-лунатика и сжег его заживо, превратив в пережаренную лягушку, а потом велел Жун Яо на плечах отнести его к реке и похоронить, и никто не посчитал, что в этом есть что-то неподобающее.
Чжу Шаньпо (р. 1973) – китайский писатель из провинции Гуанси, выпускник Нанкинского университета. Путь в литературу начал с поэзии, позже стал писать прозу и удостоился многочисленных литературных наград. Автор нескольких романов и сборников. Тайфун – главное ежегодное событие в небольшом городке Даньчжэне («Яйцеград»). Городок этот – маленькая Вселенная, живущая по законам магического реализма, поэтому здесь происходят необычные события, вроде нашествия «человегушек»; поэтому жители городка –...
Нет в детстве ничего лучше бесконечных сравнений, которые заменяют будущие мысли
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Странный, думал я, считая, что странник - от этого слова
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
«Сейчас я вспомнил, что в детстве хотел, чтобы и мой дом стоял на краю деревни. Чтобы, засыпая вечерами, прижавшись к стене, чувствовать за ней гул безграничного простора, куда я мог вылететь в своих снах, не боясь уличных проводов и деревьев – они не раз мешали моему полёту».
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Я не верю мудрецам, говорящим, что все проходит. Все, что было, есть в человеке.
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Пишется жизнь, не требуя слов, умения и желания, пишется на неведомых носителях.
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Что ведет нас по жизни? То, что было перед глазами.
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Я только что пытался объяснить отцу свое невероятное открытие – что я его догоняю по возрасту. Когда-то он был старше меня в тысячу раз, а теперь в пять, а потом, со временем, будет становиться старше все в меньшее количество раз. Даже меньше, чем в два раза. Вот я и догоняю. Это было для меня таким важным, как будто мир сдвинулся с места силой моей мысли! Мне показалось, отец совсем не заметил моих слов, не признал моего открытия. Нет, все-таки он что-то говорил – про дробь, в числителе которой мой возраст, в знаменателе – его, и эта дробь с каждым годом стремится к единице. Я обиделся, что он пересказал мои слова по-взрослому и они стали непонятными.
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Настоящее время, если только существует, не успевает окраситься нашими чувствами и мыслями, которые улетают в прошлое и будущее, оно простое настоящее. Может, потому и неощутимое. Но прошлое обязательно метафорично.
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
«За огромным полем у самого горизонта виднелась тёмная полоса леса. К нему по вечерам опускалось солнце, день заканчивался, но воспоминание о таком же закате обещало новое повторение, и прошлое сливалось с будущим. Мне казалось, время соединялось именно там, у горизонта. Однажды я пошёл туда. Шёл долго, с высокого поля оглядывая всё вокруг, думая о том, что вот иду по поверхности земного шара, как великан. Я любил такие сравнения, любил удваивать всё, что видел, это была моя детская игра. Даже свой примятый в траве след, оглянувшись, я сравнивал со вчерашним днём, в котором события, вспоминаясь, распрямлялись, как травинки. А ещё думал, что, может быть, я остался возле своего дома, откуда часто смотрел на это поле, а здесь не я, а моё желание пойти сюда».
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
«Коля был самым всемогущим человеком в моей жизни. Простите меня те, чьи книги я читал, простите, любимые герои, простите, любившие и воспитавшие меня, простите все, у кого я чему-нибудь научился, но всему вашему сонму придётся протесниться, потому что Коля требует много места. И в моих словах – я не умею летать лишь потому, что он не научил меня этому, - правда уступает место, как это иногда бывает, истине».
Жизнь пишется на неведомых носителях, и человек вечно занят разгадкой этих записей. «Будь я атомом, в капле воды увидел бы океан. Так и в Холочье я видел мироздание», – думает герой романа о деревне, в которой вырос и которая была стерта с лица земли чернобыльской катастрофой. Эта книга написана не словами, а смыслами. Автор создает своего рода феноменологический рисунок жизни. Пожалуй, в современной русской литературе трудно найти столь неожиданный взгляд на человека, социум и природу в их...
Мужики женатые и изменяющие — это отдельный подвид, который живет по своим принципам.
— Что вы… Да как… Ненавижу! Уничтожу! Какая же ты мерзкая гадина!
Мерзкая гадина — это она про меня.
Я бы хотела сказать, что понятия не имею, что тут происходит, но я, увы, имею. Визжащую женщину, стоящую в дверях, зовут Вероника Маркушина и она жена моего непосредственного руководителя Антона Маркушина. Того самого, которой лежит на мне голый.
В тексте есть: жиза, измена, босс и его подчиненная
Ограничение: 18+
Здоровая самооценка не должна зависеть от чьего-то там внимания и красивых слов.
— Что вы… Да как… Ненавижу! Уничтожу! Какая же ты мерзкая гадина!
Мерзкая гадина — это она про меня.
Я бы хотела сказать, что понятия не имею, что тут происходит, но я, увы, имею. Визжащую женщину, стоящую в дверях, зовут Вероника Маркушина и она жена моего непосредственного руководителя Антона Маркушина. Того самого, которой лежит на мне голый.
В тексте есть: жиза, измена, босс и его подчиненная
Ограничение: 18+
Не нужно терзаться вопросами по поводу того, почему человек ведет себя так, как ведет. Ведет он себя так, как позволяет ему совесть и это, пожалуй, все, что необходимо знать.
— Что вы… Да как… Ненавижу! Уничтожу! Какая же ты мерзкая гадина!
Мерзкая гадина — это она про меня.
Я бы хотела сказать, что понятия не имею, что тут происходит, но я, увы, имею. Визжащую женщину, стоящую в дверях, зовут Вероника Маркушина и она жена моего непосредственного руководителя Антона Маркушина. Того самого, которой лежит на мне голый.
В тексте есть: жиза, измена, босс и его подчиненная
Ограничение: 18+
...женщин, не доставляющих проблем, мужчины явно не ценят.
— Что вы… Да как… Ненавижу! Уничтожу! Какая же ты мерзкая гадина!
Мерзкая гадина — это она про меня.
Я бы хотела сказать, что понятия не имею, что тут происходит, но я, увы, имею. Визжащую женщину, стоящую в дверях, зовут Вероника Маркушина и она жена моего непосредственного руководителя Антона Маркушина. Того самого, которой лежит на мне голый.
В тексте есть: жиза, измена, босс и его подчиненная
Ограничение: 18+
Все девочки мечтают выйти замуж! А те, кто говорят, что не мечтают, на самом деле хотят, но стесняются.
В первый раз я увидела его, когда сбегала из ресторана через окно туалета. И даже представить себе не могла, что увижу этого слишком брутального и слишком делового незнакомца еще раз. И еще. И еще…
Он меня не преследует, мы просто постоянно сталкиваемся.
Я приехала в другую страну, чтобы забыть прошлое, познакомиться с новой семьей мамы и найти работу. А вместо этого нашла кучу проблем на голову.
И этот тип входит в их число.
— Представляешь. — шепчет мне Дейв. — Мы завтра проснемся вместе. Кто готовит завтрак?
Я выдерживаю театральную паузу, а после так задумчиво произношу:
— Нет ну если ты соскучился по моей яичнице с подгоревшими помидорами…
— Это были самые вкусные подгоревшие помидоры. Рецепт так и не дала.
— Увы, готовится исключительно по вдохновению.
В первый раз я увидела его, когда сбегала из ресторана через окно туалета. И даже представить себе не могла, что увижу этого слишком брутального и слишком делового незнакомца еще раз. И еще. И еще…
Он меня не преследует, мы просто постоянно сталкиваемся.
Я приехала в другую страну, чтобы забыть прошлое, познакомиться с новой семьей мамы и найти работу. А вместо этого нашла кучу проблем на голову.
И этот тип входит в их число.
Можно быть до предела правильной, но рано или поздно жажда чего-то нового и необычного проникнет в кровь.
В первый раз я увидела его, когда сбегала из ресторана через окно туалета. И даже представить себе не могла, что увижу этого слишком брутального и слишком делового незнакомца еще раз. И еще. И еще…
Он меня не преследует, мы просто постоянно сталкиваемся.
Я приехала в другую страну, чтобы забыть прошлое, познакомиться с новой семьей мамы и найти работу. А вместо этого нашла кучу проблем на голову.
И этот тип входит в их число.
— Ты влюбилась или спятила?
— А это не одно и то же?
В первый раз я увидела его, когда сбегала из ресторана через окно туалета. И даже представить себе не могла, что увижу этого слишком брутального и слишком делового незнакомца еще раз. И еще. И еще…
Он меня не преследует, мы просто постоянно сталкиваемся.
Я приехала в другую страну, чтобы забыть прошлое, познакомиться с новой семьей мамы и найти работу. А вместо этого нашла кучу проблем на голову.
И этот тип входит в их число.
Лучше я буду неправильной, так интереснее.
В первый раз я увидела его, когда сбегала из ресторана через окно туалета. И даже представить себе не могла, что увижу этого слишком брутального и слишком делового незнакомца еще раз. И еще. И еще…
Он меня не преследует, мы просто постоянно сталкиваемся.
Я приехала в другую страну, чтобы забыть прошлое, познакомиться с новой семьей мамы и найти работу. А вместо этого нашла кучу проблем на голову.
И этот тип входит в их число.
добрые дела — они на то и добрые, что совершаются просто так, без оглядки на выгоду.
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
когда источаешь полные радушия улыбки, играть необходимо не только губами, но и всем остальным телом. Руками, ногами… Но в первую очередь — глазами. «Никто не поверит в твою любовь ко мне, если её не будет в твоих глазах»
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
Обычно легко нарушают границы управленцы или психи, первым положено выходить за нормы, вторые просто неадекватные.
— Адель, милая, у нас тут проблема: другу надо настроение поднять. Невеста укатила без обратного билета, — Михаил отрывается от телефона и обращается к приятелям: — Брюнетку или блондинку? — Брюнетку! - требует Степан. — Или блондинку. А двоих можно? — Ади, у нас глаза разбежались. Что-то бы особенное для лучшего друга. О! А такие бывают? Михаил возвращается к гостям: — У них есть студентка юрфака, отличница. Чиста как слеза, в глазах ум, попа орех. Занималась балетом. Либо она, либо две...
Зачем искать себе неприятности, когда они и сами с этим неплохо справляются?
Всю свою жизнь я посвятил изучению целительского мастерства, стал лучшим, самым сильным лекарем в своем мире... Но брат почему-то решил, что я буду претендовать на его трон и привел свое войско. Впрочем, неважно, всё равно уже давно собирался провести этот ритуал, и теперь...
Я в другом мире? В теле какого-то юнца? И что значит лекарь здесь - это самый убогий дар? Вы просто не умеете обращаться с силой. Но я покажу, как надо...
Моя любовь жалким, кровоточащим комком еле пульсирует где-то на задворках. Она черная, грязная и бесконечно уставшая. Я не знаю, как ее реанимировать. И не знаю хочу ли это делать.
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…