чем больше времени проводишь наедине со своими сожалениями, тем сильней сживаешься с ними.
Секта - это предприятие, работники которого трудятся по восемнадцать часов в день и ни черта за это не получают. Вообще-то даже ещё и жертвуют всё свое мирское имущество секте. Мы знаем, что руководство секты крайне заинтересовано в регулярных денежных поступлениях. Поставьте во главе такого бизнеса грамотного администратора и быстро добьётесь успеха.
- Мотоцикл?! Марвин, тебе же нельзя ездить на мотоцикле!
Зои закатила глаза. Эбби предположила, что та уже не раз становилась свидетелем семейных разборок Тейтума.
- Да, я знаю, что некогда ты... Марвин, мне плевать, что там понравится твоей чертовой подружке - ты не станешь покупать мотоцикл!.. В каком это смысле уже купил?
К этому моменту большая часть разговоров в помещении стихла, и все уставились на Тейтума.
- Марвин, я не... Поговорим об этом, кода я вернусь домой. Просто накорми этого чертова кота!
Тейтум дал отбой и прокашлялся.
- Простите.
Эбби одарила его сочувственной улыбкой.
- Сама знаю, каково это. Моя дочка-подросток иногда способна свести меня с ума. Полагаю, что все они рано или поздно из этого вырастают... Сколько лет Марвину?
Тейтум убрал свой телефон в карман.
- Девяносто один год.
Эбби заморгала.
- Ой...
- И если он вырастет из этого, я обязательно дам вам знать. - Тейтум ухмыльнулся.
Удача делает нас щедрыми, и дать хоть что-нибудь, когда мы получили много, значит лишь открыть клапан для избытка кипящих в нас чувств.
каким судом судите, таким и вас будут судить
жизнь слишком коротка, и не стоит тратить ее на то, чтобы лелеять в душе вражду или запоминать обиды
Замкнутые люди нередко больше нуждаются в откровенном обсуждении своих чувств, чем люди несдержанные. Самый суровый стоик все-таки человек, и вторгнуться смело и доброжелательно в «безмолвное море» его души — значит нередко оказать ему величайшую услугу.
Напрасно утверждают, что человек должен довольствоваться спокойной жизнью: ему необходима жизнь деятельная; и он создает ее, если она не дана ему судьбой. Миллионы людей обречены на еще более однообразное существование, чем то, которое выпало на мою долю, — и миллионы безмолвно против него бунтуют. Никто не знает, сколько мятежей — помимо политических — зреет в недрах обыденной жизни.
Неужели лучше ввергнуть своего ближнего в отчаяние, чем преступить созданный человеком закон, если это никому не принесёт вреда?
Жадность слушателя опережает речь рассказчика.
Нет такого безумия, на которое человека не толкнуло бы идиотское желание первенствовать в обществе, а также чувственный угар, слепота и самоуверенность юности, толкающая на бессмысленные поступки.
Люди не прыгают и не кричат "ура", узнав, что они получили состояние; наоборот, они сейчас же начинают размышлять о свалившихся на них обязанностях и всяких делах, мы довольны, но появляются серьезные заботы, и мы размышляем о своем счастье с нахмуренным челом.
Странное это явление - закон внутренней симпатии, а также предчувствия и предзнаменования; вместе они образуют единую загадку, ключа от которой человечество еще не нашло.
Чтобы больше любить, ей, пожалуй, надо поменьше его видеть.
Называть ребенка Виктуар, когда у тебя на морде написано «лузер», это, знаешь, нечто…
Поскольку мужчины умирают раньше, женщинам лишь остается компания подруг. Причем они знают об этом еще до того, как все произойдет. Знают и заранее практикуются, кучкуясь вместе.
«А кто-нибудь вообще видел когда-нибудь веселого налоговика?» — думает он. На свете нет профессии, располагающей к юмору меньше, чем эта.
Правила и законы существуют не для тех минут, когда нет искушения, они как раз для таких, как сейчас, когда душа и тело бунтуют против их суровости.
Чистые воспоминания, ничем не оскверненные, — это восхитительное сокровище, это неиссякающий источник живительных сил
Какое счастье, что время гасит желание мести и заставляет умолкнуть голоса гнева и ненависти!
Предполагается, что женщине присуще спокойствие; но женщины испытывают то же, что и мужчины; у них та же потребность проявлять свои способности и искать для себя поле деятельности, как и у их собратьев мужчин; вынужденные жить под суровым гнетом традиций, в косной среде, они страдают совершенно так же, как страдали бы на их месте мужчины. И когда привилегированный пол утверждает, что призвание женщины только печь пудинги да вязать чулки, играть на рояле да вышивать сумочки, то это слишком ограниченное суждение. Неразумно порицать их или смеяться над ними, если они хотят делать нечто большее и учиться большему, чем то, к чему обычай принуждает их пол.
Пока нет всех фактов избегать выводов.
Быть вместе — значит чувствовать себя так же непринуждённо, как в одиночестве, и так же весело, как в обществе.
Жалость, Джен, со стороны некоторых людей - унизительная подачка, и хочется швырнуть ее обратно тому, кто с ней навязывается. Эта жалость присуща грубым, эгоистическим сердцам; в ней сочетается раздражение от неприятных нам сетований с тупой ненавистью к тому, кто страдает.
только глупые или безвольные говорят: "я не могу вынести", если это их крест, предназначенный им судьбой