Цитаты
288717
Если живешь в постоянной тревоге, то трудно вырваться из замкнутого круга, чтобы взглянуть на вещи со стороны и отделить настоящие тревоги от выдуманных.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
Суть перемен в том, что нужно захотеть измениться. А перемены — это дискомфорт. Принять решение измениться, довести дело до конца, а затем придерживаться - это дело всей жизни.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
[Психологическая] травма не означает, что ты сломлен и что жизнь никогда не наладится. Травма становится частью тебя, и если сможешь встретиться с ней лицом к лицу, примириться с ней и найти способ двигаться дальше, то будешь в порядке – гораздо в большей степени, чем те, кто подавляет свои чувства, и даже те, кто никогда не имел травмирующего опыта.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
— Всё ясно? — Да, сэр. Он улыбается и кивает — спокойный, довольный и абсолютно уверенный в себе — Мне всегда нравилось, как это звучит «Да, сэр». Одно из многих преимуществ моей работы. Идите в класса, мисс Мартин. Если учитель спросит, где вы были, — можете сослаться на меня.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
Мистер Бреннен прислоняется спиной к стене, и полы его наполовину застегнутого пиджака расходятся так, что становится видна ширина.— Тяга к экспериментам совершенна естественна для девочек твоего возраста. В средневековье ты была бы уже замужем и рожала детей. — Он снова подмигивает. — И в некоторых штатах и культурах тебя бы посчитали весьма недурной партией.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
Может, когда он отдаст концы, трахаясь со своей секретаршей, Патрисия наконец-то сможет перестелить полы.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
Сегодня же… просто удивительно, до чего с детьми носятся. Все для детей, все милое и такое дружелюбное. Неудивительно, что они вырастают абсолютно беспомощными и до тридцати лет живут с родителями. И уж конечно, понятно, почему у них не получается найти работу: ведь все вокруг твердят им, что их ждет прекрасное будущее, что им нужно сосредоточиться на том, чтоб быть собой. Ха! Им нужно сосредоточиться на том, чтоб вырасти работоспособными членами общества.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
— Ты, наверное, не очень знакома с нашей тюремной системой, но поверь: это великолепный инструмент угнетения масс. В любом случае, власти уже давно могли бы решить проблему с вирусом. Лечение почти ничего не стоит, любая лаборатория в стране оснащена необходимым минимумом оборудования. Это дерьмо могут синтезировать старшеклассники на уроках по продвинутой биологии. Но они продают вакцину тем, кто больше заплатит, и затирают все упоминания о ней в сети.
Феминистский роман о том, как женщина становится жертвой домашнего насилия. И как неизвестный вирус, провоцирующий приступы насилия, становится её спасением. 2025 год. Мир окутывает таинственная болезнь, вызывающая вспышки ярости, во время которых инфицированные не контролируют себя и зверски убивают тех, кто попадается под руку. Семья домохозяйки Челси Мартин кажется идеальной, но никто не знает, что на самом деле она много лет терпит издевательства мужа и боится, что ее дочери тоже окажутся в...
- Ты ведь знаешь, что я бы этого не сделал.
- Не сбросил бы меня? Извини, Сандар, не хочу расстраивать известием о неадекватном восприятии реальности, но ты уже сделал. Именно это. Скинул меня на землю. Другое дело, что я умудрилась при этом не убиться, но это уже не твоя заслуга.
- Леста! – прорычал Сандар и рванул ко мне.
Я ударила в него боевым заклинанием. Сандар отразил и все же добрался до меня. Перехватил запястья и впечатал спиной в стену.
- Я же просил не брыкаться! Я случайно тебя уронил!
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Побегала? - Как видите. - Вижу я… - взгляд Шаиттара снова почему-то к груди скользнул. Хотя теперь рассматривать там было нечего – все закрыто. – То, что я вижу, не совсем соответствует твоему объяснению. - Почему? Что не так? - Я могу понять, почему ты отправилась бегать вместе с тенью. Но почему голая?
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Раньше тебе казалось, что весьма уместно целовать меня и расспрашивать о другой. Неужели что-то с тех пор изменилось? - Да, изменилось! – рявкнул Сандар раздраженно. - И что же? - Я понял, что был идиотом, - уже почти спокойно, со вздохом произнес он. - Мне это нравится. Продолжай.
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Через два дня у нас будет делегация драконов.
- Дварлак их задери… - вырвалось помимо воли.
- Боюсь, они этого дварлака раздавят и не заметят, - отец заметно приуныл.
- Это если будут в облике драконов. Но в замок они в таком виде не поместятся, все равно в ипостаси людей будут входить.
- Что, предлагаешь наловить дварлаков, распихать во все углы замка и надеяться, что таки задерут?
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- И все же. Полагаю, ты имеешь отношение к проникновению в мою комнату. - Поверь, я совершенно равнодушна к подушке, на которую ты по ночам пускаешь слюнки. Мне незачем проникать в твою комнату.
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
Я всадила ритуальный кинжал в бок незнакомца, рывком высвободилась из ослабевших рук и под злое шипение, отскочив в сторону, развернулась к нему лицом.
- Вот агрох болотный! – выпалила я изумленно.
- Для тебя лучше бы, если б действительно он. Шаиттар, верховный демон империи, - с недоброй усмешкой представился… собственно, да, верховный демон.
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Признаюсь, давно было любопытно, что произойдет, если приворотное зелье выпьет тот, к кому оно должно приворотить… Эриан явно занервничал. - Но увы, завеса сей тайны в этот раз не приоткроется. Зелье-то работает не так, как нужно. Но вы все равно его выпьете, лорд.
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Ты сам просил пока не убивать! «Начало правления с горы трупов – плохая примета», - передразнила я. – Ну, чьи слова?
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Для начала, верните мой ритуальный кинжал.
- Нет.
- Вы не имеете права…
- Неужели? – оборвал он меня, не позволив договорить. – А я всегда считал, что с железками, которые оказываются в моем теле, имею право распоряжаться так, как захочу. – Шаиттар внезапно сделал шаг вперед, схватил за плечи, склонился надо мной и зловеще произнес: - Как и с теми, кто нападает на меня.
- О, давненько передо мной не разворачивались сценки насилия. Не поучаствую, так хотя бы понаблюдаю за вами, да…
Мы вздрогнули и одновременно повернулись к мастеру теней.
- Какое еще насилие? – прошипел Шаиттар.
- Больно надо насиловать этого хама… - пробормотала я.
- Как это какое? – удивился мастер теней. – Помнится, любил верховный в демонической ипостаси смазливых девок так и этак… Или… постой. Так это был не ты? Проклятье, точно… другой верховный. Таираш, кажется?
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
- Сам делал? - Что делал? - Зелье. - Какое зелье? - Приворотное зелье, которое Вы, лорд Эриан, незаметно подлили в мой бокал. - Прощу прощения, но я не понимаю, о чем Вы говорите. - А корня дриара здесь многовато… - Как многовато?! Не может быть!
Отец принимает бразды правления в свои руки. Высокородные лорды пытаются добраться до него через меня. Обучение на последней ступени подходит к концу, испытания все ближе. Но как к ним готовиться, если даже собственная тень вдруг сходит с ума и вытворяет неведомо что? Теперь еще и делегация драконов заявилась с сомнительной целью!
Спокойствие и только спокойствие.
Но как же наглый дракон меня бесит! Вот с него и начнем. Проверенное средство – кинжалом промеж глаз – еще не подводило.
Утраченная возможность — это еще один тяжкий груз
Один из лучших женихов Лондона, дуэлянт, не знающий поражений, красавец — таков был неотразимый маркиз Родгар. Однако блистательный светский лев поклялся НИКОГДА не поддаваться женским чарам, НИКОГДА не связывать себя узами брака — и долгие годы свято держал свою клятву… До того дня, когда по воле короля он стал защитником графини Дианы — красавицы, в которой слились воедино прелесть прирожденной соблазнительницы и яростная независимость женщины, имевшей все основания не доверять представителям...
Разве люди, которые хвастаются даже количеством будильников, будут молчать, если собираются покупать новую машину?
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.
Бросать без конца якоря, плывя на маленьком судёнышке, - не означает ли это тоже принадлежность к категории мечтателей? Не делай он этого, давно бы уже вышел в море.
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.
«Ну да, сколько людей без конца куда-то отправляются… и у каждого из них определенная цель… сколько же этих целей?.. вот и я люблю, сидя здесь, наблюдать за тем, что делается снаружи… никому не нужный, тоскуя, с тяжелым сердцем. Все идут и идут без отдыха, а у тебя цель потеряна, и остается только смотреть, как идут другие. От одной мысли об этом судорогой сводит ноги… становится как-то тревожно и грустно… ради какой угодно, даже самой ничтожной цели идти, просто идти – какое это счастье, я ощущаю это всем своим существом…»
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.
«Не нужно искать дорогу в прошлое. Хватит звонить по телефону, записанному на бумажке».
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.
Любая окружность имеет точку, с которой она начинается, и точку, которой она заканчивается… любой лабиринт имеет вход, имеет и выход…
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.
. Если смотришь сверху вниз, ясно осознаешь, что люди – шагающие животные. Кажется даже, что они не столько шагают, сколько, борясь с земным притяжением, усердно тащат свой мешок из мяса, набитый внутренностями. Все возвращаются. Приходят туда, откуда ушли. Уходят для того, чтобы прийти обратно. Прийти обратно – цель, и, чтобы сделать толстые стены Наших домов еще толще и надежней, уходят запасаться Материалом для этих стен.
Но изредка появляется человек, который уходит и не возвращается…
Роман Кобо Абэ «Сожженная карта» (1967) вышел одновременно в Японии, Соединенных Штатах и Советском Союзе. Читателям в столь разных странах оказались одинаково близки главные темы в творчестве японского писателя: беззащитность человека перед обществом, враждебность, страх и одиночество.