Пусть злится, так он с большей вероятностью наделает ошибок.
И не надо так смотреть на мой живот: это не жирок, а комочек нервов.
Научись ценить то, что у тебя уже есть...
Что есть все мы. Просто души, надевшие маски.
– Ни одна инициатива не должна оставаться безнаказанной
Эту ночь мы провели вместе — всю от начала и до конца. Иногда даже спали.
— Между прочим, я не могу пока понять: Ад это или Рай? Потому что, если вижу тебя, вероятны оба варианта.
— Может быть, и есть другие способы, — жрец посмотрел в огонь. — Но я их не знаю. Мы вообще говорим о том, что не можем толком понять, потому что мы совсем другие — не такие, какими были наши далёкие предки. Они решали всё гораздо более жестоко, чем мы. А нас всегда окружает множество обстоятельств, которые мы считаем очень важными. И непреодолимыми.
«Когда кто-то показывает тебе, кто он такой, поверь ему с первого раза».
Как говорится, ничто не выдавало в Штирлице русского разведчика, даже волочащийся за ним парашют.
– Мои тапочки подойдут? – метнулся он в ванную. Вынес оттуда белоснежный халат и такого же цвета тапки.
– Хочешь сказать, лыжи? – хмыкнула я, разглядывая протянутую мне обувь. Размер был огромным.
– Что лизать? – не понял дракон. Видимо, понятие лыж было ему неведомо.
– Гордость свою, – ехидно фыркнул енот.
– От вашей пары просто искры летят. Такие горячие чувства могут стать прекрасной основой для прочного брака, – отпустил комментарий король, с интересом наблюдающий за этой перепалкой.
– Ага. И взяла она сковородку-кладенец, и пошла налаживать отношения с драконом, – ответила я на былинный манер.
Его тело на миг подёрнулось дымкой – и вот уже передо мной холёная самодовольная рептилия с кожистыми крыльями и наглой мордой. Цвет его чешуи и правда был бронзовым. Сочный тон с металлическим отблеском смотрелся шикарно, вот только крылья как у летучей мыши и самодовольное выражение драконьей морды сильно отталкивали. Особенно по сравнению с красавцем белым драконом.
– Медный тазик, – поморщилась я.
Топчитесь по мозгам, как по своему жилищу! А у меня там по извилинам только мои родные тараканы бегают, которые с постоянной пропиской. Гости не предусмотрены!
– Какие планы на новогодние праздники? – спросила я подругу.
– Охранять диван, – вздохнула она.
Казалось бы, что может пойти не так, если ты лезешь в дупло? Ответ: всё!
Говорить с енотами – это, наверное, нормально. Ненормально – когда они тебе отвечают.
— Любиш-шь его, — довольно усмехнулся дуавар, на что я недоуменно округлила глаза. — Кажется, я всё больше понимаю, что он в тебе нашёл. Хоть ты и тощая.
Как хорошо, что он не доверился земритам слепо — и подготовился! Расцелую его, когда снова увижу. Нет, сначала убью за пережитый стресс, а потом — обязательно расцелую!
жить с домашним тираном — это не то, о чём я мечтала.
Я подняла руки — и повертела их, не понимая, как это вообще возможно. Кожа светилась, исчерченная мельчайшими серебристыми узорами. Это были то ли какие-то руны, то ли сакральные знаки — но они покрывали не только руки, но и грудь, и плечи. Наверное, всё остальное они покрывали тоже, но не проверять же при посторонних мужчинах!
Эдмер вопросительно взглянул на короля, затем на меня — и облегчённо улыбнулся. Поторопился, надо сказать — облегчаться-то.
Ведь те, кто другу предназначен, должны быть вместе.
— Это он затеял ужин, — я передёрнула плечами. — А я не настолько принципиальная, чтобы отказываться от от еды, когда кушать хочется. Или ты предпочёл бы, чтобы я начала закусывать кем-то из местных?
— Эдмер! Не нужно! — я прыгала вокруг них, словно ужаленный осой тушканчик.