– Как же так, Шаисса? – помрачнел он. – Вся эта ворожба черная – от Шайтаса, демонская. Неужто нет никого сильнее его? – Есть. – Я пригладила мальчишке темный вихор. – Есть, Таир. – Светлый Атис? – с надеждой спросил он, а Лелька хмыкнула. – Человек, – вздохнула я. – Да где же человек сильнее? – округлил глаза парнишка и…
Нет лучшего оправдания собственной слабости, чем считать себя рабом, от которого ни черта не зависит.
...есть вещи, которые не нужно обличать в слова, их просто ощущаешь.
Богатые люди редко бывают глупыми и неинтересными, а с умными, с теми, кто может показать что-то новое, поддержать беседу, всегда приятно. Ведь мозги — это так сексуально.
...есть вещи, которые не нужно обличать в слова, их просто ощущаешь.
Богатые люди редко бывают глупыми и неинтересными, а с умными, с теми, кто может показать что-то новое, поддержать беседу, всегда приятно. Ведь мозги — это так сексуально.
"Вот так отпускай мужчин за едой! Сидишь и ждешь булочку с заварным кремом, а он втихую участвует в дуэли."
"– Это же почти вечеринка, только днем!
– Вечеринку днем называют утренником, – справедливо заметила я"
"Я попробовала кислое вино, скривилась от омерзения и немедленно наткнулась на смеющийся взгляд Ноэля. Умел же подловить на неловком моменте!
– Благородное вино всегда кислое, – с умным видом пояснила я.
– Смотрю, ты в этом разбираешься, принцесса, – сыронизировал он.
– Нет, но так сказала Зои. Она дочь владельца винных погребков. – Я помолчала и добавила: – Понятия не имею, зачем тебе это знание. Просто живи с ним…"
"– А? – очередной раз продемонстрировала я чудеса интеллекта и виртуозное умение облекать мысли в слова. Просто гений в искусстве флирта! Уровень: богиня."
"– Госпожа Тэйр! – в дребезжащем голосе появилась неожиданная сила. – Ваш дед в гробу сейчас перевернулся!
– Деда кремировали, – вырвалось у меня. – Наверное, родители подозревали, что когда-нибудь я начну изучать северные диалекты, и подстраховались"
…мы с тобой прекрасно понимаем, что месть ничего не даст. Она — яд, отравляющий любую душу.
Капитан Шарп! Он почти не слышал, что говорил Уэлсли, потому что одержал безоговорочную победу. Враг раздавлен. Капитан Шарп! Разве имеет какое-то значение, что он произведен в чин капитана временно, что его еще должно утвердить военное министерство? На данный момент хватит и этого. Капитан! Капитан Ричард Шарп из…
Как же ей хотелось найти в этом человеке что-то симпатичное, что-то, что давало бы возможность хоть немного его пожалеть!
— Я мужчину видела, — сказала Катарина. — В саду, — уточнила она. — Голого. — Да? — мьесс Джио оживилась. — Почти голого, — Катарина ощутила, что вновь краснеет. — Подштанники он снимать не стал. — Это зря. — Почему? — Мужчина, который снимает все, кроме подштанников, априори подозрителен.
Мы совершаем известные акты и думаем, что нам известны их действия; мы подвергаемся другим актам и льстим себе надеждой, что мы проникаем в их причины лучше, чем это делают пчелы; но кроме того, что это предположение не основано ни на чем непоколебимом, эти акты ничтожны и редки сравнительно с огромной массой Других, и…
И как правильность поступка узнаётся, в частности, по тому, что в нём замыкается также минувшее, так и любовь Сильвии ко мне высветилась в новом свете. Я понял, что с предубеждением рассматривал её саму и её мать и что я, ибо легко получил её, слишком легкомысленно обошёлся с нею, как принимают за стекло драгоценный…
Недостаточно сотворить чудо и надеяться, что другие станут бесконечно восхвалять и благодарить тебя за то, что ты разогнал пепел и вернул еду на их столы. У благодарности есть срок, и, к сожалению, он очень короткий.
Нельзя отмотать время назад, но можно перестать придавать увиденному особое значение.
Любая безвозмездно данная помощь в какой-то момент становится привычной, и её перестают ценить по достоинству, начиная воспринимать как что-то само собой разумеющееся.
Любой секрет раскрывается со временем. А ещё страшнее, если секрет обрастает надуманными фактами!
Пустыня – это мир, где нет дорог и правильных троп, здесь можно шагать, куда хочешь, быть свободным в своём выборе, где каждый вариант с большой вероятностью приведёт к гибели.
Насколько тяжело начинать путь, заранее зная, что он приведёт к плохому концу?
Власть – это тяжкое бремя, но вместе с тем и большое искушение
Только тот, кто не видел смерть близко, полагает, что глаза у мертвецов “стекленеют”. Нет, они становятся муляжом, подделкой, рисунком. Становятся как будто бумажными – с намалеванными наскоро, в первые пять минут яркими, а потом сразу выцветшими радужками, зрачками, белками. Потому их так поспешно и закрывают – чтобы не…