Твои приходили, - устало и просто сказала она. - На этот раз всё было по-настоящему. Без игры. Все по очереди прошлись. Во все дырки.
- У самых суровых мужчин обычно самое мягкое сердце, -...
Если вы посидите часов шесть на своих местах, то благодаря приливам сантиметров на двадцать "погуляет" относительно центра Земли
Если в душе поют птички, то значит скоро они будут гадить.
Лишить людей слов и рассказов - все равно что заключить их в тюрьму.
У нас почему-то мужчин не осуждают за измену, это женщинам полагается быть верными.
- Вы… вы собираетесь убить меня?
- Ну что вы? - .... - Мы не душегубы. Да и убивать вас, если разобраться, не за что… мы вас так похороним.
Вам кажется, что в вашей жизни все настолько плохо, что хуже быть просто не может? Не отчаивайтесь. Вероятнее всего, в самом ближайшем времени вы осознаете всю глубину своих заблуждений.
Из предисловия к книге "Жизнь ужасна, или Пособие для начинающего пессимиста"...
… не бойся, до смерти не убьет…
Себастьян вздохнул и, похлопав брата по плечу, произнес:
- Никогда не дари разгневанной женщине розы!
- Почему? - не удержался приказчик...
Себастьян снисходительно пояснил:
- Потому что розами по физии получать неприятственно. Колючие они.
- Вот скажи, она тебе нравится?
- Нравится, - мрачно заметил Лихо... - Я… я для нее крендель украл.
- Тогда это любовь.
- И кто она? Допустим, я на ней женюсь и… что дальше?
- Не знаю. - Себастьян сцепил руки на груди. - Никогда не думал, есть ли жизнь после свадьбы.
Какой смысл в гордости, если нельзя быть счастливым?
Лишь историки знают, как много героических поступков было совершено ввиду отсутствия других альтернатив.
Важно не то, насколько долго ты знаешь человека, а то, насколько хорошо ты смогла его узнать.
Говорят, человек всегда оказывается там, где он должен быть. Где в нём больше всего нуждаются.
Каждый сам определяет степень своей человечности
Перед его мысленным взором возникла картина, где древняя монахиня объясняла супружескую жизнь Алесандре, используя слова «храм» и «восхищение». Господи, хотелось бы ему присутствовать при этой задушевной беседе!
Давным-давно, в раннем детстве, Фредерик любил бросать в огонь оловянных солдатиков и наблюдать, как металлические фигурки оплывают и меняют форму, охваченные пламенем. Юноша подумал о командирах, способных отправить на смерть тысячи людей из-за нелепой ошибки в расчетах, собственного тщеславия или простого стечения…
Мне что нравится в твоем искусстве, что его людям не стыдно показать. Нарисовано не пойми что, а со вкусом. Заходят гости, поговорят, выпьют, картины посмотрят – и нормально.
Когда ты знаешь, что наводишь на людей ужас, научаешься вести себя осторожно.
Соратники Ермака, хорошо знавшие его, были весьма далеки от того, чтобы представить его в образе христианского подвижника. Поэтому духовенству пришлось подвергнуть "списки" их речей основательной переработке. Былинный зачин воспоминаний о Ермаке оказался безнадежно испорчен вставками житийного содержания. Между словами…
Филип. Ты ревнуешь? Анита. Нет. Только ненавижу.
Только теперь бабушка увидела, что за широким кожаным поясом этого человека торчат сабля и семь ножей. Тогда она побледнела и спросила испуганным голосом: – Вы, случаем, не разбойник Хотценплотц будете? – Он самый! – сказал человек с семью ножами. – Не устраивайте сцен, я этого не люблю. Быстренько подавайте-ка мне…
— Добродетели для женщины — то же самое, что перец для супа. Небольшое количество улучшает вкус, но стоит только переперчить, и блюдо уже никому не доставит удовольствие.